— Да, — сказала Илна. — Во время моих путешествий сразу после Изменения мне помогали двое бывших охотников по имени Асион и Карпос. Они здесь, в Панде, но им неуютно в городе. Она криво улыбнулась самой себе. — Они чувствуют себя еще более неуютно, чем я, — сказала она. — Они будут выполнять разумные приказы. Но из них не получились бы хорошие солдаты...
Это было мягко сказано, и Илна поморщилась. На самом деле, это было достаточно мягко, чтобы быть ложью, если присмотреться внимательнее, а Илна ненавидела ложь. — … но я думаю, они были бы полезны вам в качестве разведчиков. Они...
Она снова сделала паузу и сглотнула. Внезапно она обнаружила, что задыхается от эмоций — неожиданное обстоятельство и, к тому же, очень необычное. — Асион и Карпос, — решительно продолжила она, — заслужили мое уважение и благодарность. Я полагаю, вы принимаете мужество как должное, но они много раз демонстрировали хладнокровие и большое мастерство. Я бы хотела, чтобы они оказались в хорошей ситуации.
Зеттин решительно кивнул. — Да, конечно, — ответил он. Его взгляд скользнул в сторону пчел, жужжащих над календулой, затем снова встретился с ее взглядом. Более резким тоном он продолжил: — Они смогут работать с Коэрли?
— Да, это не будет проблемой. Я скажу им, чтобы они избавились от накидок из кошачьих скальпов, которые они сшили, пока были со мной.
Зеттин рассмеялся, а затем выглядел шокированным. Он пробормотал: — Извините, госпожа, я не хотел смеяться... Он остановился.
— Я хотела пошутить, — едко сказала Илна. — Это правда, конечно, но Асион и Карпос слишком рассудительны, чтобы я могла им это сказать.
— Все будет в порядке, — сказал Зеттин, снова становясь хладнокровным профессионалом. — В Разведывательном корпусе есть подразделения, состоящие исключительно из людей — и подразделения, состоящие исключительно из Коэрли, если уж на, то пошло. Но смешанные подразделения добиваются лучших результатов, и это еще одна вещь, о которой нужно беспокоиться при распределении заданий. Он прочистил горло. — Да, госпожа? — продолжил он. — А вам самой больше не понадобятся услуги этих мужчин? Потому что я могу проследить, чтобы они разместились рядом с Пандой, если хотите.
Илна покачала головой. — Я не знаю, как долго я здесь пробуду, — ответила она. — Я и так пробыла здесь гораздо дольше, чем хотела. Она услышала горечь в своем голосе и нахмурилась, так как проявила слабость. — Я не знаю, что буду делать в будущем, — сказала она, сохраняя нейтральный тон. — Умру, полагаю, но до этого... Она развела руки ладонями вверх. — Ну, без сомнения, что-нибудь появится.
На мгновение показалось, что Зеттин пристально смотрит на багровый артишок. Он побарабанил пальцами левой руки по скамье, затем повернулся к Илне с решительным видом. — Госпожа, — твердо сказал он. — Я собираюсь затронуть личную проблему, не имеющую никакого отношения к делам королевства. Единственная причина, по которой я осмеливаюсь упомянуть об этом, заключается в том, что вы намекнули, что хотите уехать из Панды?
— Продолжайте, — сказала Илна. Ее пальцы распускали узор, который связали; когда она превращала его в распущенную пряжу, то снова вязала. Ткачество давало ей занятие, пока она слушает…
— Моя сестра Зусса вышла замуж в богатую семью, но они занимаются торговлей, — начал Зеттин. — Я хочу внести полную ясность в это дело.
Илна фыркнула. — Я полагаю, моя семья тоже занималась торговлей, — сказала она, — до того, как мой отец, мой и Кэшела, пропил свою долю семейной мельницы. Пожалуйста, ближе к делу, Мастер Зеттин. Она не стала бы называть его или любого другого мужчину «Лордом».
— Когда в прошлом году умер ее свекор, — сказал Зеттин, слабо улыбаясь, — ее муж Хервир возглавил семейный бизнес по импорту специй. Фирма базировалась в Валлесе, но после Изменения Хервир приступил к реализации планов по переносу ее в Панду. Он, э-э, довольно дальновидный молодой человек.
— «Кроме того, он достаточно умен, чтобы прислушаться к совету шурина с хорошими связями», — подумала Илна. Зеттин заметил намеренное пренебрежение к «Мастеру», и это ее позабавило. До этого разговора она бы сказала, что Зеттин ей не особенно нравился, поставив его в ту же категорию, что и всех, кроме горстки людей, которых она знала. К удивлению Илны, он приближался к этой горстке избранных.
— Хервир услышал, что после Изменения на северном побережье Блейза появился источник шафрана, — продолжил Зеттин. — Как вы, вероятно, знаете, в прошлом шафран добывали только в двух или трех долинах в горах Серес. Шафран из Блейза можно доставлять вверх по Нью Ривер почти прямо до Панды.
— Продолжайте, — сказала Илна. Было проще вежливо уклониться от ответа, чем огрызнуться, что, конечно, крестьянин из деревушки Барка ничего не знает о такой дорогой пряности, что ее взвешивали с помощью семян рожкового дерева, как драгоценные камни.
— Хервир сам планировал основать новую штаб-квартиру в Панде, но когда он услышал об этой возможности, ну... Зеттин пожал плечами. — Мы с Хервиром не всегда сходились во взглядах.
Он одарил Илну бледной улыбкой, которая придала ему неожиданно человечный вид. У Зеттина обычно были острые углы, торчащие во все стороны; все, что он говорил или делал, казалось, было способом получить преимущество. Впервые за два года, с тех пор как Илна встретила его, это было не так.
— Или, возможно, — сказал он, — мы сходимся во взглядах — мы слишком похожи, чтобы быть друзьями. Как бы то ни было, я уважаю Хервира, нравится он мне или нет. Он отправил Зуссу сюда готовить новую штаб-квартиру, а сам отправился в Блейз со своим секретарем, шестью охранниками и поясом с деньгами. Он планировал купить речное судно в Блейзе и отплыть в Панду с шафраном. Зеттин сделал паузу, глядя через стол.
Поскольку от нее явно чего-то ожидали, Илна снова сказала: — Продолжайте. На этот раз узор, который вязали ее пальцы, не был оружием. Нити пряжи были отражением вселенной, хотя сама Илна никогда не осознавала их значения, пока не сосредоточилась на том, что соткали ее пальцы без контроля сознания.
— Два дня назад секретарь и охранники прибыли в Панду, — продолжил Зеттин. — Хервира с ними не было, денег тоже. Секретарь — его зовут Ингенс, и он проработал в доме семь лет, и, по словам Зуссы, абсолютно надежный человек — Ингенс говорит, что Хервир ушел вечером один с деньгами. Предположительно, он встречался с владельцем шафрана. Он так и не вернулся.
Зеттин с гримасой развел руками. — Так вот, — сказал он, — я не хочу, чтобы вы думали, что я верю в гадалок, но мадам Расиана, мать Хервира, верит. Она пошла к человеку, я уверен, шарлатану, который клянется, что Хервир был похищен с помощью колдовства. Она подталкивает Зуссу привлечь одного из моих друзей-волшебников при дворе…
Он скорчил извиняющуюся гримасу. — Я извиняюсь, — сказал он, — но это то, что они думают. Чтобы одна из моих подруг-волшебниц попыталась спасти ее сына. И Зусса, к сожалению, превращает мою жизнь в кошмар, пока я не начну действовать. Госпожа, я знаю, что вы не волшебница, но, у вас такая репутация. Он сделал паузу с осторожным выражением на лице.
— «Чтобы посмотреть, как я это восприму», — поняла Илна. Утверждение было правдой, поэтому она, конечно, не собиралась огрызаться на Зеттина за то, что он сказал. И вполне возможно, что вера в то, что Илна ос-Кенсет была волшебницей, также была правдой. Не такой, как Теноктрис или женщина-кошка Расиль; но были вещи, которые Илна могла делать, как волшебники, и она делала некоторые вещи, которые не под силу даже волшебникам.
— Продолжайте, — сказала она вслух.
— Если бы вы могли пойти со мной и сказать Расиане, что здесь нет никакого дела для волшебника, что Хервира ударили по голове и ограбили, — серьезно сказал Зеттин, — тогда она позволила бы мне заняться этим вопросом так, как это должно быть. Я пошлю отряд своих разведчиков под командованием хорошего офицера туда, где исчез Хервир. Они докопаются до сути проблемы, я ручаюсь.