— Нет, — ответил Гаррик. — Но назначь кого-нибудь, кому ты доверяешь, — возможно, одному из коллег твоего отца по бизнесу, — заместителю Тадаи. Я полностью доверяю ему, но, как и все мы, он способен проявлять своеволие. Он ухмыльнулся. — Однако, — добавил он, — Тадаи не так склонен отрубать кому-либо голову, как некоторые из моих доверенных советников.
Солнце освещало возводимый храм. Пропорции были поразительно правильными даже в таком незавершенном виде.
— Он будет прекрасным, — сказал Гаррик. — Он прекрасен и сейчас.
— Далопанцы тоже будут настаивать на независимости, — сказала Лайана. — Они бы настаивали, даже если бы ты не предоставил это право Серианам. Хотя, конечно, никто в Далопо не настолько организован, чтобы отправлять послов.
Гаррик фыркнул. — Свобода для Далопо означает возможность грабить своих соседей. А потом, если проголодаются, съедать и пленников. У Далопо будет военный комиссар и достаточное количество солдат, чтобы убедиться, что выжившие научатся делать то, что он говорит. И Гаррик обнял Лайану за плечи. Они были на публике, но в тот момент ему было все равно. — Это не идеально, конечно, — сказал он. — Но это довольно неплохо. И с помощью Богов мы сделаем еще лучше.
Он взглянул на рисунки статуй, какими они будут, выполненными из золота и слоновой кости. Сестра во Христе, конечно же, ткала. На стене позади Нее были рельефные изображения мужчины и молодой девушки. Пастырь, крепкий, как гора, и улыбающийся, стоял перед овцами, пасущимися на пастбище. В правой руке он держал вертикально посох. В центре была изображена Владычица. Ее правая рука касалась предплечья Пастыря, а левая была протянута в благословении. Крыса, которая недавно вступила в Ее культ, резвилась на земле у Ее ног, а стена позади Нее была покрыта цветами. — С помощью Богов, — повторил Король Гаррик и поцеловал свою королеву.