Пахло тут тоже странно — то ли ладаном, то ли какими-то благовониями. Даже дышать тяжело стало.

— Это всё ради имиджа великого тёмного колдуна?

— Частично. Входя в эту комнату, благодаря такой атмосфере я становлюсь великим тёмным колдуном.

— Наверное, на гостей всё это производит впечатление… — с улыбкой произнесла Алиса.

— А на тебя не произвело?

— Ну почему же. Здесь действительно очень атмосферно, что есть — то есть.

— Просто ты не веришь, что я — великий и тёмный… — проницательно заметил Лев. Алиса пожала плечами, и, как бы невзначай, напомнила:

— Ваше темнейшество собиралось сделать для меня расклад. И раз уж мы собираемся потратить на гадание наше время, мне хотелось бы разобраться со своей магией.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Лев, присаживаясь у невысокого столика, покрытого чёрной (или просто очень тёмной, в свете свечей не разобрать) тканью.

— У меня есть несколько вариантов, на что тратить время и свою… Силу, да. Они для меня сейчас равнозначные, по той простой причине, что я ввязалась во всё это совсем недавно.

— И ты хочешь, чтобы я помог тебе принять решение?

— Ну, а для чего ещё нужно гадание? Сравнить варианты, возможно, сделать один из них более привлекательным для выбора. Ты не думай, окончательное решение всё равно я буду сама принимать… Или твои карты так не умеют? — поинтересовалась вдруг Алиса наивно. Лев вскинулся, произнёс недовольно:

— Всё они умеют. И я тоже. Ладно, ангел мой, ты права, спрашивать нужно о том, что действительно требует решения. Хотя мне кажется, что ты чересчур торопишься с этим вопросом. Потому что времени прошло ещё очень мало, событий — много, и ты просто ещё не успела во всём разобраться.

— Почему же? Раз я сегодня нахожусь в этой обители тёмного мага — кое в чём я разобраться успела.

Лев самодовольно усмехнулся:

— Не могу отказать тебе в наличии вкуса, ангел мой. Ладно, давай начнём. Просто думай о своём вопросе, держи его в голове. Без фанатизма, но внимание не отпускай.

Алиса кивнула. Она с любопытством наблюдала, как Лев достаёт толстенькую карточную колоду из чёрного футляра, как карты порхают в его изящных руках с длинными пальцами, ложатся на стол незнакомым узором, а Лев, склонив голову, внимательно смотрит на получившийся расклад, а потом добавляет в него ещё несколько карт.

Как мужчина и говорил, его колода не похожа на обычные колоды таро, и первые несколько минут Алиса не понимала, по какому принципу строится расклад. Но потом реальность словно выключилась и сразу же включилась, вроде короткого мерцания перед глазами, и девушка начала понимать, какая карта за что отвечает. Что обозначает рука, держащая розу и проткнутая шипами, что — сжатый кулак, о чём говорит разбитое зеркало, и почему смерть этой колоды опаснее, чем в обычной колоде таро.

Это было удивительное открытие для Алисы — что карты чужой, в первый раз увиденной колоды, оказывается, тоже могут говорить с ней. Девушку настолько захватило это ощущение, что зазвучавший голос учителя буквально вырвал её из своеобразного транса:

— Знаешь, ангел мой, пожалуй, ты была права, задавая именно этот вопрос. Карты говорят о двух путях, идущих, можно сказать, параллельно. Первый — путь судьбы, что бы это ни значило, второй — путь плоти. Судя по тому, что ты стала видеть ауры, путь плоти — это возможность лечить людей.

— А путь судьбы, Лев — это то, что ты делаешь сейчас. Что ни говори, а люди всё-таки меняют свою судьбу, опираясь на гадание. А эта маска на карте, она означает самообман?

Мужчина удивлённо посмотрел на Алису, но ответил довольно охотно:

— Не именно самообман, а любую иллюзию, которая может быть свойственна тому, кто задал вопрос.

— И что там с моими путями?

— Путь судьбы открыт для тебя, более того, у тебя есть проводник, который поможет удачно миновать многие сложности этого пути… Женщина, если тебе интересно… — мужчина замолчал, ожидая от Алисы подтверждения или отрицания, и она кивнула:

— Есть такая дама… Лев, не спрашивай, потому что я пока не могу о ней тебе рассказать.

— Да я и не собирался — смутился мужчина. Конечно, ему любопытно, кого его ангел успела найти в качестве проводника пути, но он знает — Алиса всё расскажет ему сама, когда посчитает нужным.

— А путь плоти?

— С этим путём есть сложности. Главная преграда на пути — страх. — Лев легонько коснулся карты с изображением разбитого зеркала.

Девушка вздохнула:

— Я не боюсь лечить людей. Просто не понимаю, как. И зачем… — призналась она уже почти шёпотом.

— Это понятно, Алис. Когда возникнет настоящая необходимость, ты сразу же получишь ответы на свои вопросы. Как минимум, на вопрос, зачем. А как… Я могу рассказать и показать, как лечу людей я. При одном условии…

— Чтобы я не училась лечить людей у Кристиана? — прозорливо уточнила Алиса.

— Всё-то ты понимаешь…

— Не думаю, что мне подойдёт тот эгрегор, к которому подключается он… — равнодушно пожала плечами Алиса. — Кроме того, в качестве учителя Кристиан ужасно ревнив… В общем, со всех сторон плохой вариант.

— Алиса, можно многому научиться у любого мистика, и не обязательно при этом считать его своим учителем. Преодолев преграду, собственно, ты сможешь так же легко идти и по пути плоти.

— Лев, но это же, наверное, естественно — бояться лечить людей при помощи биоэнергетики?

— Если и естественно, то только по одной причине: когда человек умирает, в том числе и потому, что ты не смог ему помочь — это больно.

— Наверное, это не повод вообще ничего не делать.

— Вот именно. Мне нравится, как ты мыслишь.

— Это всё, что ты мог мне рассказать сейчас про мой вопрос?

— Знаешь, мой ангел, карты сегодня сказали мне гораздо больше, чем говорят обычно. И, кстати… Можешь ответить на один мой вопрос?

— Конечно.

— С тобой мои карты тоже говорят?

— Определённо. Только я не всё понимаю. Скорее, интуитивно догадываюсь.

— Хочешь, я подарю тебе такую колоду и научу с ней работать?

— Знаешь, а не откажусь.

— Хорошо, тогда я собираю расклад…

— И что, ни слова не скажешь мне про смерть? — глазами указала Алиса на карту с изображением скелета в чёрном балахоне, держащего в руках косу и как бы начинающему замах. Лев поморщился:

— Смерть… Тут всё слишком зыбко, чтобы трактовать однозначно. Тем более, когда она опирается на карту страх.

— Понятно… — протянула девушка. В таком смысле однозначно трактовать эту карту действительно сложно. — Спасибо, это было интересно и познавательно. Надеюсь, что ты тоже получил от этого расклада то, что хотел.

— И даже больше… — руки мужчины легли на плечи Алисы, и она привычно потянулась к нему. Он казался ей идеальным, её темный маг, и девушку нисколько не пугала её мрачная репутация. Ведь эта беспросветная темнота — только картинка, маска.

Лев поинтересовался, тяжело дыша, между двумя поцелуями:

— Не хочешь остаться со мной сегодня?

Девушка вздрогнула, Лев сейчас был очень убедителен, но всё-таки нашла в себе силы произнести:

— Ещё не сегодня, мой хороший.

— Хочешь сама контролировать свою жизнь?

— Как и ты, в принципе. Кто говорил, что чувства стоит проверить?

— Ты права. Наверное, я слишком тороплюсь. Тогда, может, ещё чаю?

— Не откажусь.

Было в их сегодняшней встрече нечто восхищающее: мистика, переходящая в ожидание чувственного удовольствия, и ни следа неправильности в таком переходе. Может быть, стоило уже сейчас отпустить себя и довериться Льву? Однако момент уже упущен, так что… Стоит отложить продолжение до следующего чувственно-мистического момента. Что-то подобное наверняка скоро произойдёт, Алиса в этом не сомневалась.

Прошла буквально неделя, и обида, нанесённая всей женской части тусовки в лице Мессалины Львом, несколько подзабылась. А, возможно, такова была харизма тёмного мага, что девушки не могли устоять перед его обаянием. Тем более, раз уж рыжей не светило завоевать сердце Льва, такие перспективы открывались для других девчонок — ух, закачаешься. Присутствие рядом с тёмным магом Алисы они, почему-то, не учитывали даже после исполненного парой прилюдно перформанса.