1929 ОСОБОЕ МНЕНИЕ Огромные вопросищи, огромней слоних, страна решает миллионнолобая. А сбоку ходят индивидумы, а у них мнение обо всем особое. Смотрите, в ударных бригадах Союз, держат темп и не ленятся, но индивидум в ответ: "А я остаюсь при моем, особом мненьице". Мы выполним пятилетку, мартены воспламеня, не в пять годов, а в меньше, но индивидум не верит: "А у меня имеется, мол, особое мненьище". В индустриализацию льем заем, а индивидум сидит в томлении и займа не покупает и настаивает на своем собственном, особенном мнении. Колхозим хозяйства бедняцких масс, кулацкой не спугнуты злобою, а индивидумы шепчут: "У нас мнение имеется особое". Субботниками бьет рабочий мир по неразгруженным картофелям и поленьям, а индивидумы нам заявляют: "Мы посидим с особым мнением". Не возражаю! Консервируйте собственный разум, прикосновением ничьим не попортив, но тех, кто в работу впрягся разом, — не оттягивайте в сторонку и напротив. Трясина старья для нас не годна — ее машиной выжжем до дна. Не втыкайте в работу клинья, — и у нас и у массы и мысль одна и одна генеральная линия. 1929 ДАЕШЬ МАТЕРИАЛЬНУЮ БАЗУ! Пусть ропщут поэты, слюною плеща, губою презрение вызмеив. Я, душу не снизив, кричу о вещах, обязательных при социализме. "Мне, товарищи, этажи не в этажи — мне удобства подай. Мне, товарищи, хочется жить не хуже, чем жили господа. Я вам, товарищи, не дрозд и не синица, мне и без этого делов массу. Я, товарищи, хочу возноситься, как подобает господствующему классу. Я, товарищи, из нищих вышел, мне надоело в грязи побираться. Мне бы, товарищи, жить повыше, у самых солнечных протуберанцев. Мы, товарищи, не лошади и не дети — скакать на шестой, поклажу взвалив?! Словом, — во-первых, во-вторых, и в-третьих, — мне подавайте лифт. А вместо этого лифта мне — прыгать — работа трехпотая! Черным углем на белой стене выведено криво: "Лифт НЕ работает". Вот так же и многое противно глазу. — Примуса, например?! Дорогу газу! Поработав, желаю помыться сразу. Бегай — лифт-мошенник! Словом, давайте материальную базу для новых социалистических отношений". Пусть ропщут поэты, слюною плеща, губою презрение вызмеив. Я, душу не снизив, кричу о вещах, обязательных при социализме. 1929 ЛЮБИТЕЛИ ЗАТРУДНЕНИЙ Он любит шептаться, хитер да тих, во всех городах и селеньицах: "Тс-с, господа, я знаю — у них какие-то затрудненьица". В газету хихикает, над цифрой трунив: "Переборщили, замашинив денежки. Тс-с, господа, порадуйтесь — у них "какие-то такие затрудненьишки". Усы закручивает, весел и лих: "У них заухудшился день еще. Тс-с, господа, подождем — у них теперь огромные затрудненьища". Собрав шептунов, врунов и вруних, переговаривается орава: "Тс-с-с, господа, говорят, у них затруднения. Замечательно! Браво!" Затруднения одолеешь, сбавляет тон, переходит от веселия к грусти. На перспективах живо наживается он — он своего не упустит. Своего не упустит он, но зато у другого выгрызет лишек, не упустит уставиться в сто задов любой из очередишек. И вылезем лишь из грязи и тьмы — он первый придет, нахален, и, выпятив грудь, раззаявит: "Мы аж на тракторах — пахали!" Республика одолеет хозяйства несчастья, догонит наган врага. Счищай с путей завшивевших в мещанстве, путающихся у нас в ногах! |