Ну, будь здорова и благополучна. На какой неделе приедешь, в какой день? Напиши. Барометр падает, но на дождь не похоже.

Твой Antoine.

На обороте:

Москва. Марии Павловне Чеховой.

Неглинный пр., д. Гонецкой.

Книппер-Чеховой О. Л., 14 марта 1902 ^*

3698. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ

14 марта 1902 г. Ялта.

14 марта.

Ты, дусик, пишешь, что за всё время, пока ты в Петербурге, ты получила от меня только два письма. Я пишу тебе каждый день по адресу Кирпичная 8, № 30. Теперь не знаю, как тебе писать, да и писать ли? Письма мои, очевидно, пропали. Не справишься ли ты как-нибудь на почте? Впрочем, они, мои письма, уже устарели, и в них мало интересного.

От тебя я получаю письма каждый день (кроме одного дня). Сегодня туман. Здоровье мое лучше вчерашнего, чувствую себя хорошо.

Будь здорова, голубка моя. Храни тебя господь. Целую и обнимаю.

Твой иеромонах Антоний.

Сообщи твой адрес; очевидно, Кирпичная 8 — это неверно ^* .

Иорданову П. Ф., 16 марта 1902 ^*

3699. П. Ф. ИОРДАНОВУ

16 марта 1902 г. Ялта.

16 марта 1902.

Многоуважаемый Павел Федорович!

Художественный театр на Святой неделе уже не играет ^* . Он кончает свой сезон на масленице, затем, от нечего делать, уезжает в Петербург, где проводит пост ^* , до конца шестой недели. О том, что он продает свои спектакли, я не слышал ^* ; да и едва ли это верно, так как сегодня же я получил письмо ^* , в котором сообщают мне, что в Художеств<енном> театре был благотворительный спектакль (в пользу фельдшериц) и что он, театр, понес убытку 700 р. Весной я поговорю с Немировичем, узнаю, как и что, и напишу Вам, хотя едва ли можно будет сделать что-нибудь, так как денежная часть в руках не тех, кто играет ^* и заведует игрой, а тех, кто ведает хозяйство.

А сколько Вам нужно, чтобы начать постройку? ^*

Желаю Вам всего хорошего, крепко жму руку.

Ваш А. Чехов.

Павловский не обманул. У него теперь тяжелые обстоятельства. А с Антокольским нужно повидаться ^* .

На конверте:

Таганрог. Его высокоблагородию Павлу Федоровичу Иорданову.

Книппер-Чеховой О. Л., 16 марта 1902 ^*

3700. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ

16 марта 1902 г. Ялта.

16 марта.

Милый мой, глупенький пупсик, злая моя, нехорошая жена, вчера я не получил от тебя письма. Кроме вчерашнего дня, я писал тебе ежедневно; очевидно, письма не доходят, с чем тебя и поздравляю.

Ну, дуся, сегодня идет прекрасный весенний дождь. Это первый за всю весну. Мать сегодня приобщалась. У Арсения душеспасительное лицо. Мое здоровье хорошо, кашель меньше, настроение порядочное. Пьесу не пишу ^* и писать ее не хочется, так как очень уж много теперь драмописцев и занятие это становится скучноватым, обыденным. Ставить вам нужно прежде всего «Ревизора» ^* , Станиславский — городничий, Качалов — Хлестаков. Это для воскресений. А ты бы была великолепная городничиха. Затем — «Плоды просвещения» ^* , тоже для воскресений и на запас. Только вам необходимо еще прибавить двух-трех порядочных актрис и столько же актеров, тоже порядочных. Если главные роли будут, хотя бы случайно, исполняться такими, как Мунт ^* , и даже такими, как Литовцева ^* , то театр ваш погибнет через 2–3 сезона.

У меня никто не бывает. Впрочем, вчера была Мария Ивановна Водовозова, которая, очевидно, — и это очень жаль! — помирилась со мной. Несносная, глупая бабенка, которая каждую минуту суется не в свое дело.

Как идет IV акт «Мещан»? ^* Ты довольна? Напиши мне, дуся.

Отчего я не получил ни одной телеграммы? Я каждый вечер жду. Очевидно, Немирович пал или падает духом, его заедают рецензии ^* . А ты, дурочка, не верь этим пошлым, глупым, сытым рецензиям нелепых людей ^* . Они пишут не то, что прочувствовано ими или велит им совесть, а то, что наиболее подходит к их настроению. Там, в Петербурге, рецензиями занимаются одни только сытые евреи неврастеники ^* , ни одного нет настоящего, чистого человека.

Вот уже четвертая неделя поста! Скоро ты приедешь. Тебе я отдаю ту комнату, где стоит пианино, и ту, что внизу, где ты жила в прошлом году. Значит, две комнаты. Дам даже три комнаты, только не уходи к Суворину за 1000 р. в месяц ^* .

Пиши, дуська, не ленись, будь порядочной женой. Обнимаю тебя и крепко целую. Пиши, родная! Подлиннее пиши, в письмах ты умная.

Твой муж под башмаком

Antoine.

Кланяйся Андреевской, той самой, что на кумысе ^* познакомились.

Третьего дня, прочитав твое письмо, где ты пишешь, что не получаешь моих писем ^* , я послал тебе письмо в Панаевский театр ^* .

Чеховой М. П., 16 марта 1902 ^*

3701. М. П. ЧЕХОВОЙ

16 марта 1902 г. Ялта.

16 марта.

Милая Маша, сегодня с раннего утра идет дождь, настоящий, весенний. Погода тихая. Сегодня мать приобщалась, бабушка тоже. Все здоровы. Мое здоровье гораздо лучше, чем было. Вчера получены из Одессы деревья (пирамидальные шелковицы и таковые же акации) и вчера же были посажены. Больше нет ничего нового. Будь здорова и благополучна, всего хорошего!

Твой Antoine.

Писал ли я тебе, что Марфа уехала домой?

На обороте:

Москва. Марии Павловне Чеховой.

Неглинный пр., д. Гонецкой.

Книппер-Чеховой О. Л., 17 марта 1902 ^*

3702. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ