Предлагаю небрежно. А у самого в груди холодеет от страха. Если сбежит? Что делать? Где искать? Да и как быть с Бурбоном? Этот хрен злопамятный… Но сроков реальных поставить не удосужился. На этом и сыграю.

– Метрдотель… Неплохо, Миша, – словно жует каждое слово крестный. – Сейчас распоряжусь…

– Отличный ход. Теперь моя Злата точно не уволится. Какая официантка не мечтает о повышении…

– Твоя Злата? Точно? – ухмыляется пахан.

Приходится уточнять под его негромкий смех.

– Моя проблема.

Глава 9

Что? Метрдотель Каминного зала? Вместо увольнения по собственному? Этого не может быть!

Хватаюсь руками за пунцовые щеки. Обалдело смотрю на Дмитрия Палыча, управляющего «Василисы».

– Ты у нас умница, Злата. Я не хочу терять компетентного сотрудника, – в голосе шефа сквозит неприкрытая похвала. – Сама знаешь с кем приходится работать. А ты – девочка серьезная. Каминный зал запросто потянешь. Если будут вопросы, я помогу, другие специалисты…

– Но, – охаю, упираясь из последних сил.

– Да где ты такую работу еще найдешь? И образование у тебя профильное. Сам Пахомов попросил присмотреться…

Пахомов! Сердце пропускает удар, стоит только представить крестника главное учредителя. И так целый вечер не могу выкинуть его из головы.

Красивый… Обжигающе притягательный. Знаю, что не для меня. А все равно тянет. После Матвея я так и не смогла заново поверить мужчинам. Шарахалась от всех кавалеров, как чумная. Только сегодня на Мишечке бомбануло. Вот от такого бы ребенка родить. И пусть идет дальше… А я тут сама справлюсь.

– Ты о чем задумалась, Якунина? – отвлекает меня от шальных мыслей Палыч. Смотрит внимательно. Жалостливо так. С состраданием.

– Не знаю даже, – мямлю в ответ.

– Думай, конечно. Никто на аркане тянуть не станет. Колхоз– дело добровольное, сама знаешь. Но упустишь свой шанс… Когда еще выпускнице ВУЗа такая удача засветит. Вон многие с вышкой годами с подносами бегают.

– Наверное, – вздыхаю я, боясь согласится.

– Ну запал на тебя Пахомовский крестник. Делов-то! Он тут долго не задержится. Свалит к себе во Францию. Помяни мое слово. Это ж мажор. Им же тут навозом воняет. Да и такие неприступные крепости, типа тебя, они брать не приучены.

Как уедет? Куда?

За малым не кричу в голос. Он мне понравился. Ясное дело – никаких перспектив. Такие женятся на себе подобных. С деньгами. С влиятельными родителями… Но один-то раз можно!

Закусив губу, смотрю на управляющего. Моложавый мужчина в чуть помятом смокинге. Модная стрижка, легкая стильная небритость, на пальце перстень с сапфиром. Очень солидно и современно. Вот только впалые щеки и мешки под глазами выдают возраст. Сколько ему? За полтос вроде. Старик.

– Послушай меня, старика, – словно прочитав мои мысли, бубнит Палыч. – Должность хорошая. В коллективе тебя любят. Нет смысла дергаться. Остальные кабаки в городе – полный отстой, сама знаешь. Во всех нормальных заведениях – полный штат и очередь из желающих на любую вакансию. Не факт, что возьмут.

По большому счету, управляющий прав. У Пахомова самые лучшие рестораны. Холдинг «Таисия». И пока его еще никто не переплюнул. Разные ценовые категории. От молодежного кафе с блинчиками и кофе, до ресторанов европейского уровня с шеф-поварами из Франции.

– Я язык не знаю, – говорю первое, что приходит в голову.

– Ой наши повара уже по-русски шпрехают, – отмахивается Палыч. – Подумаешь повод!

И вздохнув, решительно заявляет.

– Так, Якунина. Мне тут с тобой сидеть некогда. Дома молодая жена ждет. У тебя ровно пять минут на ответ. Если остаешься, порвем заявление. Если нет, отдам утром в отдел кадров. Думай. Время пошло.

– Да! – выкрикиваю громко. И саму себя ругаю за истеричные нотки. Руки трясутся от надвигающейся паники.

– Вот и хорошо, – тяжело соглашается Палыч. – Завтра к девяти приходи. Введу тебя в курс дела. А вечером заступишь на смену.

– Хорошо, – киваю на автомате

И выйдя из кабинета управляющего, улыбаюсь довольно, хоть ноги ноют от усталости. Смену пробегала, ни разу не присела. А с утра все сначала. Да и ночью не отдохнуть, спать предстоит от силы пару часов.

Корпоративный автобус уже уехал. Пока вызову такси. Пока оно приедет. Может, лучше заночевать здесь? Номер люкс мне, конечно, никто уже не предоставит. Но попроситься в бельевую подсобку можно… Спина раскалывается, а ноги гудят от беготни.

– Подвезти? – слышится над ухом знакомый голос.

Оборачиваюсь как ошпаренная. Красавчик Миша собственной персоной.

– Мне на Кропоткино ехать. Это очень далеко, – отказываюсь вежливо. И очень надеюсь, что мажор сольется. Тащиться ночью через незнакомый город – то еще развлечение.

– Я знаю где это, – усмехается он самодовольно.

Кивает на Мерс Пахомова, припаркованный неподалеку и предлагает небрежно.

– Поехали с нами.

В ужасе смотрю на черную блестящую машину, мигающую сигнальными огнями. За рулем уже сидит водитель.

– Вы едете или будете тут до утра глазки строить? – несется сзади ворчливый голос Пахомова. – Злата! – приказывает строго. – Что стоишь? Живо в машину.

Обомлев от напора, не знаю что и ответить. Виктор Николаевич подвезти предлагает? Фантастика какая-то ненаучная!

Неуверенно подхожу к машине. Растерянно смотрю на ухоженную Мишину ладонь, по-свойски ложащуюся на сверкающую ручку авто. Цепляюсь жадным взглядом по ухоженным красивым пальцам. Без кольца. Вот и хорошо.

«Чему ты радуешься, Якунина?» – одергиваю себя.

Щелкает замок. Открывается дверца. Из салона веет холодом и пряным парфюмом.

– Спасибо! – робко сажусь на заднее сиденье. С другой стороны усаживается Михаил.

– Бать, а ты мне машину лучше дай. Я сам покатаюсь… – просит как ни в чем не бывало.

– Обойдешься, – сварливо кидает Пахомов, не оборачиваясь. – Одни вон уже покатались… Тачка восстановлению не подлежит.

Не прислушиваюсь. Беседа живая и легкая. Но для своих. Мужчины подначивают друг друга беззлобно. Дружно ругают какого-то Севу. А потом обсуждают имя еще не родившегося внука Пахомова.

– Ну какой Дима? Опять Дима. Как посказились все…

Смотрю в окно, стараясь понять, где мы едем. Мерс несется по шоссе, залитому огнями. Затем сворачивает в темные кварталы роскошных дач.

Глава 10

Один за другим поднимаются шлагбаумы, пропуская машину в святая святых.

Напряженно смотрю в окно на ухоженные клумбы, подсвеченные фонариками, на одиноких пешеходов, вразвалочку гуляющих с собаками. Другой мир. Совершенно другой.

Вот только куда меня везут. И зачем?

Тот же Пахомов производит очень приятное впечатление. Строгий, с юмором, совершенно не чванливый. Но только взглядом поведет и все бегут исполнять. Плюс охрана у него. Сзади еще машина едет. Затащат меня в дом. Даже пикнуть не смогу. Да и никто и не вступится за бедную девчонку.

Я, конечно, сваляла дурака, усевшись в чужую машину с двумя мужиками. Вот говорила мне бабка… А я… Да и кто меня будет искать?

«Родители из Парижу прибегут», – усмехаюсь горько. Сглатываю вязкий ком, застрявший в горле. Родители меня нашли! А я и поверила. Вот же дура!

Поднимаю настороженный взгляд на Михаила.

– Все хорошо? – улыбается он мне. – Скоро уже приедем. Сейчас крестного высадим и доставим тебя домой.

– Завтра не опаздывайте, Миша. У меня с утра встречи и дел за гланды, – привычно ворчит Пахомов с переднего сиденья. И меня отпускает. Напридумывала себе. Напсиховалась на пустом месте.

Авто тормозит около самого крутого дома. Из-за забора виднеется белый отштукатуренный бок со скошенной по-европейски крышей. В окнах тут же загорается свет.

– До завтра, – кряхтит Пахомов, выходя из машины. – Утром к восьми тридцати подъезжай, Юра, – велит водителю.

Дверца хлопает, оставляя нас в полутьме. Водитель чуть громче включает музыку. А ладонь Михаила совершенно спокойно накрывает мою ладошку, невинно лежащую на кожаной оббивке дивана.