Олли произнесла это спокойно, без осуждения, и от этого слова прозвучали ещё тяжелее.

— А можно вернуть то, что отдал?

— Насколько я знаю, нет.

Лора посмотрела на книгу.

— Тогда почему Эстель писала такие рецепты?

Олли не ответила сразу.

— Я бы на вашем месте пока не стала проверять это на других людях.

После этих слов она забрала с полки одну из яблочных корзин, будто вспомнила, зачем вообще пришла.

— И ещё, — добавила соседка, уже направляясь к двери. — Если к вам придёт кто-нибудь из Палаты магических расходов, не пытайтесь скрывать книгу. Это только ухудшит положение.

Лора нахмурилась.

— Почему вы решили, что они придут?

— Потому что в Лиорне ничего необычного не происходит бесследно.

Олли открыла дверь, но перед тем как выйти, обернулась.

— И не готовьте пока тот рецепт, который начинается словами «для того, кто забыл своего имени».

Лора почувствовала, как по спине пробежали мурашки.

— Откуда вы знаете, что он есть?

Олли ничего не ответила. Она лишь посмотрела на книгу, затем на жестяную банку с номером семь и вышла под дождь.

Колокольчик над дверью звякнул ещё раз.

После ухода Олли лавка показалась Лоре непривычно тихой.

Она убрала чашку, вымыла ковшик и записала в блокнот всё, что удалось вспомнить о странном ощущении. Сначала — запах яблочного пирога. Затем — кухня, руки бабушки, голос. Воспоминание было её собственным, в этом она не сомневалась, но оно возникло настолько неожиданно, что Лора не могла объяснить, почему именно этот рецепт вызвал его.

Она снова открыла книгу Эстель.

На этот раз Лора решила изучить не сами рецепты, а примечания на полях. Их оказалось больше, чем она заметила прежде. В одних местах хозяйка делала пометки о температуре, в других — о посуде и времени приготовления. Но возле некоторых названий встречались короткие фразы, которые никак не относились к кулинарии.

«Не обещайте человеку, что он вспомнит всё».

«Не удерживайте то, что вернулось само».

«Если гость заплакал, не спрашивайте почему».

Лора медленно закрыла книгу. Ей стало ясно, что рецепты не были обычными напитками, а сама лавка, вероятно, занималась чем-то гораздо более сложным, чем продажа какао и сезонных сладостей.

Однако оставался один вопрос: почему Эстель исчезла?

Если она действительно умела возвращать людям утраченные воспоминания, то, возможно, кому-то это не понравилось. Или же её открытие было связано с теми самыми правилами магии, о которых вчера говорил Марек.

Лора вспомнила его слова о Палате магических расходов и о том, что любое магическое действие должно быть оплачено.

Но чем?

Она снова посмотрела на чашку, в которой ещё оставались несколько капель остывшего напитка.

Если какао возвращало воспоминания, значит, оно должно было отнимать что-то взамен? Или магия Эстель вообще работала по другим правилам? Ответов не было.

Лора решила провести несколько небольших экспериментов, прежде чем снова предлагать напитки посетителям. Она не собиралась испытывать рецепты на случайных людях, но могла сравнить их действие на себе, проверить, меняется ли эффект в зависимости от состава, температуры и количества ингредиентов.

В конце концов, в прежней жизни она не раз составляла таблицы расходов, проверяла работу персонала и искала причины, по которым один и тот же процесс давал разные результаты. Здесь её знания вряд ли могли заменить магическое образование, которого у неё не было, но начать с простых наблюдений она всё-таки могла.

Она нашла чистый лист и разделила его на несколько столбцов.

Название рецепта. Ингредиенты. Количество. Время приготовления. Ощущения после употребления.

Затем добавила ещё один пункт:

Что именно удалось вспомнить?

Лора посмотрела на запись и задумалась. Возможно, стоило также отмечать, какие воспоминания появлялись сами, а какие она пыталась вызвать намеренно.

Она начала с самого простого: приготовила небольшую порцию обычного какао без дополнительных ингредиентов. Напиток получился вкусным, но ничего необычного не произошло. Ни запахов из прошлого, ни внезапных образов, ни странных ощущений.

Следующим она попробовала рецепт для дождливого четверга, но уменьшила количество корицы и не добавляла сироп. Результат оказался таким же, как при первом приготовлении: приятный вкус, лёгкое тепло и ничего больше.

Тогда Лора решила проверить рецепт, который вызвал воспоминание о бабушке. Она повторила его точно, отмерив каждую ложку и каплю сиропа. Но на этот раз ничего не произошло. Лора допила напиток и откинулась на спинку стула.

— Значит, дело не только в ингредиентах.

Она посмотрела на книгу. Возможно, рецепты действовали не на каждого одинаково. Возможно, требовали определённого настроения или обстоятельств. А может быть, всё зависело от человека, который пил какао, и от того, что именно он потерял.

Лора записала свои наблюдения и отложила перо. За окном уже темнело. Фонари зажигались один за другим, и их оранжевый свет отражался в мокрой брусчатке. Лавка постепенно погружалась в вечернюю тишину. Она решила закончить на сегодня.

Но когда закрывала книгу, заметила на внутренней стороне задней обложки маленькую надпись, которой раньше не видела. Она была сделана тонким почерком, почти незаметным на фоне потемневшей бумаги.

«Какао не возвращает то, что человек отдал. Оно лишь напоминает, что не всё потерянное исчезло».

Ей вспомнился вчерашний мальчик, Том, который говорил, что госпожа Браун всегда угощала его какао в дождливые дни. Она подумала о пожилом мужчине, стоявшем сегодня у фонаря, о словах Олли и о том, как внезапно возникло воспоминание о бабушке.

Если Эстель действительно нашла способ возвращать людям хотя бы крошечные части того, что они потеряли, то её лавка могла быть гораздо важнее, чем казалось на первый взгляд.

Лора закрыла блокнот и аккуратно убрала его в ящик стойки. В этот момент за окном мелькнула знакомая фигура.

Мужчина в тёмном пальто остановился напротив лавки и поднял голову к вывеске. Даже через стекло Лора узнала спокойную осанку и привычку держать руки за спиной.

Марек Рейн.

Он не спешил входить, словно давал ей возможность заметить его первой. Затем посмотрел на освещённое окно, перевёл взгляд на вывеску и наконец открыл дверь.

Колокольчик над входом звякнул.

— Добрый вечер, госпожа Браун, — произнёс он.

Лора выпрямилась.

— Я не госпожа Браун.

— Пока нет, — спокойно ответил Марек. — Но, насколько мне известно, вы теперь отвечаете за эту лавку.

Он снял перчатки и положил их на стойку. Его взгляд скользнул по чашкам, ковшику, раскрытому блокноту и листу с записями, который Лора не успела убрать.

— Вы готовили сегодня какао?

Лора почувствовала, как внутри всё напряглось.

— А если готовила?

— Тогда мне придётся задать несколько вопросов.

— Вы ведь аудитор, а не инспектор кухни.

— В Палате магических расходов нет отдельного отдела по кухонным вопросам, — ответил он. — Но если в результате приготовления напитка происходит магическое воздействие, это уже моя работа.

Лора медленно сложила лист с экспериментальными записями пополам.

— Откуда вы знаете, что произошло что-то необычное?

Марек посмотрел на неё внимательнее.

— Потому что сегодня утром в городском реестре появилась запись о магическом отклике в этом помещении. Сумма оплаты не указана, источник не определён, а характер воздействия не совпадает ни с одним зарегистрированным заклинанием.

Он сделал короткую паузу.

— И, судя по всему, вы уже начали с этим экспериментировать.

Лора посмотрела на книгу Эстель, лежавшую в ящике стойки.

Она вдруг поняла, что осторожность, которой она так гордилась последние несколько часов, могла оказаться недостаточной.

— Я всего лишь приготовила какао, — сказала она.

— Именно это меня и беспокоит.