Переведя взгляд на глаза капитана, я спросил:

— Насколько я понимаю, с вашей военной базы есть прямой и безопасный проход до Града, где сейчас и происходят стычки с моими людьми?

Капитан прищурился, внимательно уставившись на моё лицо. Он явно не горел желанием выкладывать все карты на стол. Некоторое время он боролся с собственными убеждениями, а затем не слишком решительно кивнул:

— Да, мы знаем подземный проход в город. Но с самого начала было ясно, что даже попытки партизанских ударов в спину нас не спасут. Судя по всему, у вас тут сил на два полноценных корпуса, а нас едва наберётся на жалкую бригаду.

— Капитан, а почему планетарным гарнизоном командует всего лишь командир роты? — вмешался Виктор. — Насколько мне известно, здесь должен дислоцироваться корпус, а не бригада.

Его вопросы полностью совпадали с моими. Меня тоже напрягал тот факт, что капитан с порога заявил о своём статусе командующего гарнизоном. А теперь ещё выясняется, что вместо полнокровного имперского корпуса в этом секторе бойцов едва хватает на бригаду. Это даже не половина от штатной численности: это четверть, а то и вовсе меньше.

— За несколько дней до вашего появления большая часть офицеров и пехоты покинула систему, заявив, что им нет смысла защищать эту дыру. И я их отлично понимаю — местечко ещё то. Те, кто остался, просто не хотели уходить или им банально некуда было податься.

— Дезертировали? — иронично выгнув бровь, уточнил Виктор.

— А вы разве не в курсе последних новостей? Император мёртв, империя пылает. Восстания, бунты. Это место и в лучшие времена не особо славилось дисциплиной, а сейчас и вовсе насквозь прогнило. Верхушка продалась пиратам, а обычные бойцы просто тянули лямку до завершения контракта, после чего могли вернуться домой с деньгами. Поэтому, когда стало ясно, что даже в Центральных Мирах всё летит в Бездну, многие плюнули на эту систему и ушли, — пожал плечами капитан.

Он откинулся на спинку кресла, похлопал себя по карманам и выудил из одного прямоугольную пластину. Извлёк оттуда стимулятор размером с горошину и молча протянул пластину нам. Я отрицательно покачал головой. Виктор тоже. Тогда капитан с выражением лица «как хотите» спрятал её обратно. Зажав горошину в пальцах, он надломил её — комнату тут же заполнил резкий, сладковатый запах цитруса. Отправив стимулятор в рот, имперец прожевал его и продолжил:

— Вот и начали массово разрывать контракты в одностороннем порядке. Просто улетать. Кто в пираты подался, кто рванул в сторону Центральных Миров. Кто-то — просто подальше от возможных жарких точек. Вот так и вышло, что командовать остатками пришлось мне, обычному капитану. А тут ещё и вы. Я не знаю, что вы там не поделили с губернатором, и, честно говоря, искренне удивлён, что этот трус не свалил отсюда сам. Но нам пришёл приказ: продержаться любой ценой до прихода сил поддержки.

— Ну а потом вам стало понятно, что в таком темпе мы сотрём в порошок всех, кто попытается нас остановить, — закончил я за капитана.

— Ага. И знаете, мне и парням наши жизни ещё пригодятся. А продавать их за пиратское отребье и насквозь гнилого губернатора желания нет.

— Хорошо, капитан, я вас услышал. Генерал-лейтенант, сопроводите капитана Воркса к остальным. Предоставьте его людям место для отдыха, медицинскую помощь и проследите, чтобы они нормально поели, — скомандовал я, поднимаясь и направляясь к выходу. — Капитан, а вас я попрошу связаться с гарнизоном и сообщить всем вашим бойцам о принятом решении. Не хотелось бы по недоразумению случайно перебить ваших людей.

Я шагал по разбитой мостовой, скользя взглядом по свежим отметинам недавнего боя на стенах зданий. То и дело нам на пути попадалась искорёженная техника с имперской эмблемой. Местами фасады оказались наглухо оплавлены прямыми попаданиями плазменных зарядов. Улицы вымерли — кроме нашей группы, здесь не было ни души.

После того как капитан Воркс отдал гарнизону приказ сложить оружие, Град фактически полностью перешёл в мои руки. Единственным местом, откуда всё ещё велось вялое сопротивление, оставался административный замок. Там засел губернатор и, кажется, тот тучный адмирал — или кем он там на самом деле числился. По данным разведки, у них набралась бы от силы пара сотен бойцов, да и те в большинстве своём — откровенные маргиналы и наёмники.

Я не сомневался, что за этими стенами укрылась вся верхушка криминального мира Града, точнее, те из них, кому не посчастливилось оказаться в это время на планете. От этого мне лишь сильнее хотелось до них добраться. Сейчас я мог говорить исключительно с позиции силы, и собирался использовать это преимущество на все сто процентов.

Райра, на этот раз наотрез отказавшись отпускать меня в одиночку, двигалась рядом, словно моя собственная тень. Фактически сейчас меня сопровождали два неполных отделения из элитного штурмового батальона. Эти бойцы в массивных скафандрах с тяжёлым вооружением внушали трепет одним своим видом.

Тела с улиц уже начали убирать. Но кое-где всё ещё встречались убитые бандиты, имперцы и даже несколько моих легионеров. Увы, без потерь не обошлось. Раненых оказалось гораздо больше: в нескольких секторах города уже развернули полевые госпитали. Их задачей было лечение не только солдат Дома Валиант, но и обычных жителей этого мегаполиса. Медики получили приказ не делать различий между своими и чужими, поэтому отчаянно боролись за жизни всех.

Я пришёл сюда не просто ради того, чтобы прибрать к рукам финансовые активы и орбитальные верфи. Я намеревался завладеть куда более ценным ресурсом — умами людей и ксеносов. Я целенаправленно выстраивал образ герцога, заботящегося о своих подданных. А жители этой системы отныне были моими. И плевать, что формально и юридически это было не так.

Вскоре мы вышли на широкую площадь. Отсюда до замка оставалось около сотни метров открытого пространства. Заложив руки за спину, я с любопытством осмотрел белые стены строения и усмехнулся, представляя, каким величием они дышали в те времена, когда планета процветала, а элита Империи заглядывала сюда чаще, чем раз в столетие. Жаль портить такую красоту. Но стены всегда можно отстроить заново. А вот гниль, что завелась за ними, требовалось вытравить раз и навсегда.

— Начинайте, — ровно произнёс я.

На накрывающий замок энергетический купол обрушился локальный ад. Висящие в воздухе разведывательные дроны непрерывно передавали координаты артиллерии, обрушивающей на генераторы щита тяжёлые плазменные сгустки и вольфрамовые болванки, разогнанные до чудовищных скоростей. Развёрнутые перед нами портативные барьеры надёжно защищали штурмовые группы от шальных осколков и отдачи.

Плазма буквально выжигала кислород на своём пути, отчего рёв пролетающего снаряда разносился на километры, а воздух с оглушительным хлопком схлопывался, заполняя образовавшийся вакуум. Шипение, затем грохот удара, и снова шипение. Вольфрам летел куда тише, но его кинетические удары перегружали щиты значительно быстрее.

Бум. Бум. Бум.

В какой-то момент щиты не выдержали, пошли рябью и лопнули. Несколько снарядов угодили точно по белым стенам, пробивая их, словно бумагу, и оплавляя древний камень.

А затем началась вторая фаза штурма. Ударные взводы под прикрытием бронетехники и звеньев автономных боевых машин начали финальный захват последнего оплота старой власти в этом секторе.

Я едва заметно улыбнулся. Приятно было ощущать себя полноправным владыкой двух звёздных систем. Но это было только начало.

Взять администрацию оказалось не так уж сложно. Подавляющий перевес в силах и подготовке быстро свёл на нет любые локальные очаги сопротивления. Мои штурмовики действовали предельно жёстко, почти полностью аннигилируя любого противника. Я был не против такого подхода. Сейчас в этом замке собрались те, кто не собирался сдаваться просто так, и те, кому сопротивление казалось выгодным. А потому и мы церемониться с ними не собирались.