Вскоре я уже шагал по белым коридорам в направлении бывшего бального зала, переоборудованного под административные нужды. Именно туда согнали всех, кто имел в этой системе хоть какую-то власть, — номинальную или фактическую. На белоснежных, некогда гладких стенах отчётливо темнели следы недавнего боя. На подступах к массивным дверям, искусно стилизованным под натуральное дерево, обнаружилось наспех возведённое укрепление, в котором всё ещё лежали тела защитников. Имперских военных здесь не было — сплошь пехота криминальных синдикатов.

По обе стороны от створок застыли двое легионеров в полной боевой выкладке. За моей спиной бесшумной тенью следовала лишь Райра, которая в последнее время не отходила от меня ни на шаг. Я коротко кивнул суровым бойцам, те мгновенно вытянулись в струнку и с лязгом впечатали правые кулаки в нагрудники скафандров. Один из них коснулся сенсорной панели, и тяжёлые двери бесшумно поползли в стороны, открывая проход в зал.

Перешагнув порог, я вновь услышал глухой удар о броню и скосил глаза. С внутренней стороны тоже дежурили двое штурмовиков. Охрану выставили усиленную. Райра скользнула следом, сместилась чуть в сторону и демонстративно положила когтистую лапу на рукоять плазменной штурмовой винтовки, висевшей на её груди стволом вниз.

Я неспешно осмотрелся. Зал поражал огромными размерами. В самом дальнем углу возвышалось подобие сцены — скорее всего, во время балов там размещались живые музыканты или их голограммы. Вдоль стен через равные промежутки высились монументальные колонны из тёмного материала, отдалённо напоминающего гранит. Раньше в центре зала танцевали и отдыхали — пространство было свободным. Сейчас там стоял массивный стол, окружённый креслами. И большинство из них были заняты неизвестными мне людьми и ксеносами.

Освещалось помещение мягким светом, струящимся прямо с потолка. Казалось, светился сам камень.

— Райра, стой здесь, — бросил я ракси и направился к столу.

Моё появление явно прервало жаркий спор. Вилли, которого я узнал сразу, тяжело опустился в кресло и криво усмехнулся. Из всех присутствующих знакомы мне были лишь двое: сам Вилли и Каргус — мерзкий, скользкий зуугулс, с которым мы расстались не лучшим образом. Они меня, разумеется, тоже узнали. Я проследовал к столу, остановился у пустующего кресла во главе и властно окинул взглядом собравшихся.

— Приветствую вас, дамы и господа, — я скользнул взглядом по самке ракси, сидевшей почти напротив меня.

— Аристократический выскочка, — презрительно бросил кто-то из толпы.

— Послушайте, давайте сразу уясним одну вещь. Мы все здесь цивилизованные разумные, а значит, давайте опустим взаимные оскорбления и просто перейдём к делу. Что скажете? — я отодвинул тяжёлое кресло и опустился в него, устроившись максимально непринуждённо и удобно.

Всем своим видом я демонстрировал абсолютную уверенность в собственной силе и правоте. Да так оно и было. Прав тот, кто победил. И в этой локальной партии победителем вышел я. Передо мной сидели пиратские бароны, имевшие неосторожность обосноваться в Граде, лидеры мелких мошеннических кланов и, конечно же, насквозь лживый губернатор этого сектора.

Его я приметил почти сразу — невзрачный, щуплый мужичок. Внешне он донельзя напоминал крысу, пугливо зыркающую крошечными глазками. Острый вытянутый нос, бегающий взгляд, тонкие бескровные губы. О принадлежности к имперской номенклатуре говорил лишь его официальный костюм, резко выбивающийся из общего строя брони и наёмничьих скафов.

— Волк, чего тебе надо? — прервал нарастающий гул своим басом Вилли.

Фарианец сидел по правую руку от меня, через несколько пустующих мест. Он не выглядел напряжённым. Напротив, казалось, складывающаяся ситуация вполне устраивает этого теневого дельца. Наверное, так оно и было — если подумать, он оставался в выигрыше при любом раскладе.

Я многозначительно улыбнулся. Медленно обвёл взглядом лица собравшихся, после чего остановил взор на четырехглазой физиономии фарианца.

— Вилли, дружище, мои условия почти не изменились. Разница лишь в том, что теперь у вас нет возможности покинуть эту планету. Кроме того, теперь мне нужны сам губернатор и местный адмирал, — нарочито сладким голосом проговорил я.

Я отчётливо увидел, как крысиный губернатор дёрнулся всем телом, словно от удара током. Правильно, пусть боится. Ведь вплоть до этого момента он свято верил в свою неприкосновенность.

— Ты кто вообще такой, чтобы требовать от нас подобного, выскочка? — подал голос другой фарианец, сидевший на противоположном конце стола.

Я перевёл на него взгляд, с интересом рассматривая собеседника. Скорее всего, вольный пират. На его броне отсутствовали какие-либо эмблемы синдикатов. И раз уж он восседал в этом зале на равных с остальными, то явно был не рядовым капитаном. Возможно, владел небольшим кланом и бизнесом в секторе. Этот фарианец уступал Вилли в габаритах, да и цвет его кожи казался скорее сероватым, чем классическим фиолетовым. Радужки его четырёх глаз переливались ядовито-зелёным.

— Я — герцог Империи, глава Дома Валиант и законный представитель Трона. Хотя вы можете знать меня под именем Дэм Волк. В недавнем прошлом — наёмник, который вполне мог выполнять для вас грязную работу, — невозмутимо ответил я. — Теперь ваша очередь назваться.

Фарианец несколько секунд сверлил меня тяжёлым взглядом. Затем почесал подбородок когтистым пальцем, посмотрел на Вилли и, видимо, придя к какому-то выводу, проговорил:

— Да, слыхал о тебе. Но лично дел не имел. Удивительно быстро ты поднялся. Я Грас. Лидер небольшого пиратского клана и владелец сети домов удовольствий здесь, в Граде.

Я понимающе кивнул. Значит, мои догадки относительно этого экземпляра подтвердились.

— Ну вот, видите? Так куда лучше, чем тыкать друг в друга стволами, — снисходительно улыбнулся я.

— Кто бы говорил о стволах, — злобно прошипел Каргус.

Я посмотрел на зуугулса, чьё червеобразное тело сейчас переливалось разными оттенками багрового. Явно бесился.

— Э, нет, друг мой. Ты сам первый попытался меня надуть, так что случившееся — исключительно твоя вина. Не стоит перекладывать на меня ответственность за свою непомерную алчность, — спокойно парировал я.

По телу червя прокатилась багровая волна, но сам торговец не произнёс ни слова. Всё же я был абсолютно прав: не я первым затеял ту игру. Я вновь обвёл взглядом собравшихся и ровно произнёс:

— Мои условия вам должен был передать Вилли.

— Ты хочешь, чтобы мы, вольные разумные, взяли и присоединились к тебе? — вдруг подала голос та самая самка ракси.

Я приподнял бровь, всем своим видом демонстрируя искреннее недоумение. В сложившейся ситуации об их «вольности» речи уже не шло. Планета, да и система в целом, уже полностью перешли под управление временной администрации, спешно формируемой из лояльных кадров. Агенты Шуйского вовсю прощупывали местное население, вербуя тех, кто был не против сменить сторону. Бароны, восседавшие сейчас в этом зале, потеряли свою власть в тот самый миг, когда мои легионы высадились на планету.

— Вольные разумные? У вас больше нет свободы. С этой самой минуты вы все — мои пленники, и вашими жизнями распоряжаюсь тоже я. И тем не менее я всё ещё предлагаю вам принять верную сторону, — я небрежно пожал плечами.

Один из пиратских главарей вскочил, выхватив с пояса бластер, и направил ствол в мою сторону. В его грудь тут же упёрлись три лазерных целеуказателя, и лишь моя предупреждающе поднятая рука удержала Райру и легионеров у дверей от немедленной экзекуции.

Я внимательно оглядел бунтаря. Это был хуман средних лет. Коротко стриженные тёмные волосы, зелёные глаза, нос с характерной горбинкой — явно сломанный в одной из кабацких драк. Одет он был в типичную композитную броню полукустарного образца. На грудном щитке красовался символ какого-то клана: шестерёнка, разрубленная клинком. Бывшие шахтёры?

— И с кем я имею честь общаться? — спросил я, склонив голову набок, чтобы лучше видеть лицо человека.