— А Артём?

Михаил тяжело вздохнул.

— Артём был слишком молод, когда всё началось. Но позже он знал, чем занималась семья.

— Он знал о тебе?

— Не уверен.

— Он знал о проекте?

— Его компания пыталась получить доступ к архиву.

Аделина закрыла глаза.

Получалось, что её бывший муж мог не знать всей правды, но оказался наследником системы, которая годами уничтожала чужие имена.

— Виктор знал, что ты жив.

— Он нашёл меня через записи своей матери.

— И молчал.

Михаил посмотрел на неё.

— Он боялся, что тебя используют, чтобы найти меня.

— Он всё равно должен был сказать.

— Да.

— Ты его защищаешь?

— Нет. Но я понимаю его страх.

— Все понимают чужой страх. А я должна жить с последствиями чужих решений.

Михаил кивнул.

— Ты имеешь право злиться.

— Я злюсь на всех.

— Это нормально.

— Нет. Я устала считать нормальным то, что мужчины скрывают от меня правду, потому что думают, будто лучше знают, что мне нужно.

Михаил опустил глаза.

— Я тоже виноват.

— Да.

— Но если ты приехала сюда только за ответами, я расскажу всё.

Он передал ей папку.

Внутри лежали документы, подтверждающие связь между старой компанией, семьёй Воронцовых и руководством «Velluto».

Были там и копии писем, которые Михаил пытался отправить дочери.

Аделина читала их медленно.

В одном из них отец писал:

«Если однажды ты узнаешь, что я жив, не верь тем, кто скажет, будто я бросил тебя. Я ушёл, чтобы ты осталась в безопасности. Но я понимаю, что молчание тоже может стать предательством».

Аделина прижала письмо к груди.

— Почему ты не вернулся, когда опасность исчезла?

— Потому что она не исчезла.

— Но теперь ты готов встретиться со мной.

— Потому что ты уже сама вошла в эту историю. И я понял, что больше не могу принимать решения за тебя.

Эти слова прозвучали слишком знакомо.

Они были теми же, что Аделина сказала Виктору.

Михаил посмотрел на неё.

— Что ты будешь делать?

— Вернусь домой.

— А потом?

Аделина закрыла папку.

— Закончу то, что ты начал.

Через два дня Аделина вернулась в Нью-Йорк.

На её телефоне было несколько пропущенных звонков от Виктора и одно сообщение:

«Артём требует встречи. Он получил документы о твоём отце».

Аделина сразу поняла: Артём больше не собирался ждать.

Она встретилась с ним в старом здании «Velluto», которое теперь почти опустело. После потери компании его кабинет выглядел чужим.

С полок исчезли фотографии.

Со стола убрали награды.

На стенах остались только светлые прямоугольники от снятых картин.

Артём стоял у окна.

Когда Аделина вошла, он медленно обернулся.

— Ты встретилась с ним?

— Да.

— С Михаилом Воронцовым?

— Да.

— Значит, Виктор всё-таки сказал тебе правду.

— Не он. Я сама нашла отца.

— Он рассказал тебе, что произошло?

— Всё, что знал.

Артём усмехнулся.

— Тогда он рассказал не всё.

— Поэтому я здесь.

Артём указал на кресло.

— Садись.

— Я постою.

— Ты всегда была упрямой.

— А ты всегда считал упрямство недостатком, пока оно не приносило компании прибыль.

Он помрачнел.

— Ты пришла обвинять меня?

— Я пришла услышать правду.

— От меня?

— Ты знал о моём отце?

Артём долго молчал.

— Знал о проекте.

— Когда узнал?

— Ещё до нашей свадьбы.

Аделина почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Ты знал, что мой отец жив?

— Нет.

— Но знал, что он исчез не случайно.

— Да.

— И молчал.

— Твой отец был связан с опасной историей.

— Он был моей семьёй.

— Я не хотел втягивать тебя.

Аделина горько улыбнулась.

— Ты повторяешь их слова.

— Я пытался защитить тебя.

— Нет. Ты защищал себя.

Артём сжал руки.

— Если бы правда стала известна, «Velluto» потеряла бы всё.

— И поэтому ты позволил мне жить во лжи?

— Я не участвовал в исчезновении твоего отца.

— Но воспользовался результатом.

Он не ответил.

— Ты знал, что его разработки могли стать основой новой коллекции, — продолжила Аделина. — Знал, что семья Воронцовых присвоила чужие идеи. Знал, что документы могут уничтожить репутацию компании. И всё равно женился на мне.

— Я любил тебя.

— Возможно. Но ты любил и власть, которую давала тебе моя семья.

— Это несправедливо.

— Ты использовал мои разработки, моё имя и моё положение в компании.

— Я не хотел причинить тебе вред.

— Ты хотел сохранить контроль. А если для этого нужно было скрыть правду, ты делал это.

Артём отвернулся.

— После исчезновения твоего отца твоя бабушка подписала соглашение. Она передала часть архивов «Velluto», чтобы защитить тебя.

Аделина замерла.

— Что?

— Компания получила документы и права на исследования. Взамен обещала не трогать вас.

— Бабушка отдала разработки?

— Она пыталась спасти тебя.

— А вы всё равно использовали их.

— Не я.

— Но ты знал.

— Я узнал позже.

— И ничего не изменил.

Артём посмотрел на неё.

— Я хотел изменить.

— Когда?

— После нашей свадьбы.

— Почему не изменил?

Он горько усмехнулся.

— Потому что понял, что компания сильнее меня.

— Нет, Артём. Ты просто выбрал компанию.

Он не стал спорить.

Аделина увидела, что именно это признание мучило его сильнее всего.

— Ты потерял «Velluto» не из-за меня, — сказала она. — И не из-за Виктора.

— Тогда из-за кого?

— Из-за себя.

Артём подошёл к столу и взял папку.

— Здесь документы, которых нет у Виктора.

Он протянул их Аделине.

— Почему отдаёшь мне?

— Потому что хочу, чтобы ты знала: я не лгал во всём.

— Это не исправит остального.

— Знаю.

— И ты делаешь это не ради того, чтобы я вернулась?

— Нет.

Аделина открыла папку.

Внутри были договоры, старые счета и копии распоряжений.

На одном документе стояла подпись отца Артёма. В нём говорилось о передаче разработок Михаила Воронцова другой компании.

Ниже находился список людей, участвовавших в сделке.

Среди них было имя, которое Аделина видела впервые.

Георгий Серов.

— Кто это?

— Бывший председатель совета директоров «Velluto».

— Он жив?

— Да.

— Где?

— В Лондоне. Он много лет скрывался за границей. Теперь пытается выкупить долю компании через подставных лиц.

Аделина подняла глаза.

— Ты знаешь, что он причастен к исчезновению моего отца?

— Думаю, именно он организовал давление на Михаила.

— И ты всё это время молчал?

— Я боялся, что если выступлю против него, он уничтожит компанию и меня вместе с ней.

— А теперь?

— Теперь мне нечего терять.

Аделина посмотрела на Артёма.

Он действительно потерял компанию, власть и положение.

Но она не могла забыть, что он сам выбрал молчание.

— Я возьму документы, — сказала она. — Но это не значит, что прощаю тебя.

— Я знаю.

— И не значит, что мы снова будем вместе.

— Я больше не прошу.

— Хорошо.

— Аделина…

Она остановилась у двери.

— Что?

— Ты когда-нибудь любила меня?

Вопрос прозвучал не как требование, а как последняя попытка понять прошлое.

Аделина ответила честно:

— Да.

Артём закрыл глаза.

— А теперь?

— Теперь я люблю женщину, которой стала после тебя.

— Ты любишь Виктора?

Аделина посмотрела на папку в руках.

— Я пока не знаю, смогу ли снова ему доверять.

— Но любишь?

— Да.

Артём кивнул.

— Тогда я надеюсь, что он заслужит тебя.

— Он должен не заслужить меня. Он должен научиться быть со мной честным.

Она вышла из кабинета.

В коридоре её ждал Виктор.