— Она может ознакомиться с утверждёнными материалами, — сказала Аделина. — Но новые разработки пока закрыты.

— Ты слишком остро реагируешь.

— Я отвечаю за коллекцию.

— А Вивьен должна понять, как работает наш бренд.

— Ей достаточно вводной презентации.

Вивьен наклонила голову.

— Я не хотела нарушить правила. Артём сказал, что могу посмотреть материалы.

Она произнесла его имя спокойно и естественно.

Слишком естественно.

Аделина снова ощутила странное напряжение.

— В таком случае вопросы к нему, — ответила она.

Вивьен улыбнулась.

— Я так и поняла.

Артём посмотрел на часы.

— Через двадцать минут совещание по «Solara». Аделина, подготовь последние варианты. Вивьен будет присутствовать.

— Зачем?

— Чтобы понять, как мы работаем.

— Она пришла на должность старшего дизайнера или ассистента?

— Аделина.

Он произнёс её имя предупреждающе.

И это было новым.

Раньше Артём мог спорить с ней, но никогда не заставлял замолчать на глазах у сотрудников.

Аделина почувствовала на себе чужие взгляды. Кто-то поспешно отвернулся. Кто-то сделал вид, что ищет карандаш.

Она не собиралась устраивать сцену.

— Хорошо, — сказала она. — Вивьен будет присутствовать.

Артём удовлетворённо кивнул и направился к своему кабинету.

Вивьен последовала за ним.

Пройдя несколько шагов, она остановилась и обернулась.

— Аделина Сергеевна.

— Да?

— Можно попросить вас об одолжении?

— Смотря о каком.

— Не называйте меня «новенькой». Я быстро учусь.

— А я не называла вас так.

— Но подумали.

Вивьен снова улыбнулась.

На этот раз открыто.

После этого она ушла.

Аделина осталась стоять посреди отдела.

Ей вдруг стало тесно в собственной мастерской.

Она подошла к столу и открыла папку с «Solara». На первой странице лежал главный эскиз коллекции — ожерелье из тонких золотых линий с голубым бриллиантом в центре.

Вчера этот рисунок казался ей воплощением света.

Сегодня он напоминал осколок льда.

— Аделина Сергеевна, вы в порядке? — осторожно спросила её ассистентка Марина.

— Да.

— Точно?

Аделина подняла взгляд.

Марина работала в «Velluto» почти пять лет и знала её достаточно хорошо, чтобы не поверить.

— Просто не ожидала, что Артём наймёт нового руководителя без предупреждения.

— Никто не ожидал.

— Что ты имеешь в виду?

Марина оглянулась, убедилась, что рядом никого нет, и понизила голос:

— Вчера вечером он лично показывал Вивьен офис. Потом они долго были в его кабинете.

— Когда?

— После восьми.

Аделина медленно закрыла папку.

— Ты уверена?

— Я задержалась из-за документов. Когда уходила, свет у него всё ещё горел.

— И что?

— Ничего. Просто… они выглядели так, будто давно знакомы.

Аделина заставила себя улыбнуться.

— Возможно, Артём проводил собеседование не первый день.

— Возможно.

Марина явно хотела сказать что-то ещё, но передумала.

В этот момент из кабинета Артёма вышла Вивьен. В руках у неё была чашка кофе.

Такая же, какую Аделина обычно заказывала мужу каждое утро: двойной эспрессо, без сахара.

Вивьен поставила чашку на стол Артёма и что-то сказала ему. Дверь осталась приоткрытой, и Аделина услышала его смех.

Редкий, живой, настоящий.

Так он смеялся только в начале их отношений.

Когда Аделина не выдержала и посмотрела в сторону кабинета, Вивьен уже стояла у двери. Их взгляды встретились.

Вивьен не отвела глаз.

Наоборот, чуть улыбнулась и медленно закрыла дверь.

Аделина осталась неподвижной.

— Вы точно в порядке? — снова спросила Марина.

— Да.

Она сказала это слишком быстро.

Потом взяла папку и направилась в переговорную.

Совещание началось ровно в десять.

На длинном стеклянном столе лежали эскизы, образцы камней и фотографии будущей рекламной кампании. Аделина заняла место во главе стола. Артём сел рядом с ней, а Вивьен — напротив.

Когда-то это место занимал только Артём.

Теперь между ними словно появилась невидимая граница.

— Коллекция должна выйти в конце месяца, — начала Аделина. — Основная идея — свет, который сохраняется даже в темноте. Поэтому мы используем холодные оттенки металла и камни с внутренним сиянием.

Она говорила уверенно, привычно и профессионально.

Вивьен внимательно слушала, делая пометки в блокноте.

Артём почти не смотрел на Аделину.

Зато несколько раз переводил взгляд на Вивьен, словно ждал её реакции.

— Я бы изменила центральную линию, — сказала Вивьен, когда Аделина закончила.

— Как именно?

— Сейчас коллекция выглядит слишком… личной.

— Это плохо?

— Для коммерческого проекта — да. Покупатель должен видеть не вашу историю, а собственное отражение.

— Коллекция не обязана быть безликой.

— Безликость и универсальность — не одно и то же.

Аделина посмотрела на неё внимательнее.

Вивьен говорила грамотно. В её замечаниях было рациональное зерно. Но за словами ощущалось желание не улучшить проект, а заявить о себе.

— Что бы вы изменили? — спросила Аделина.

Вивьен развернула свой блокнот.

— Сделала бы украшения массивнее. Добавила больше контраста. Убрала бы часть тонких линий и заменила их крупными геометрическими элементами.

— Тогда исчезнет лёгкость.

— Лёгкость не всегда означает изящество.

— А тяжеловесность не всегда означает силу.

На губах Вивьен появилась улыбка.

— Вы защищаете свою работу.

— Разумеется.

— Иногда автор слишком привязан к своему проекту и перестаёт видеть его недостатки.

Аделина хотела ответить, но Артём вмешался:

— Вивьен права в одном. Коллекции не хватает драматичности.

Аделина повернула к нему голову.

— Ты вчера так не считал.

— Вчера мы не обсуждали её с точки зрения рынка.

— Мы обсуждали её три недели.

— Моё мнение изменилось.

— После разговора с Вивьен?

Артём сжал челюсть.

— После разговора с человеком, который разбирается в современных тенденциях.

В комнате повисла пауза.

Вивьен опустила взгляд, изображая смущение. Но уголки её губ чуть заметно дрогнули.

Аделина увидела это.

И впервые почувствовала не просто тревогу.

У неё появилось подозрение.

Вивьен пришла в «Velluto» не для того, чтобы учиться.

Она пришла занять место рядом с Артёмом.

Пока ещё Аделина не знала, какое именно.

Но обязательно выяснит.

После первого совещания Вивьен стала появляться рядом с Артёмом чаще, чем это было необходимо.

Сначала Аделина убеждала себя, что замечает это только потому, что теперь обращает на новую сотрудницу особое внимание.

Вивьен приходила к Артёму утром, ещё до начала рабочего дня. Днём они вместе обедали в закрытой переговорной. Вечером задерживались в офисе, хотя все остальные сотрудники уже расходились.

Каждый раз находилась причина.

Новая концепция.

Обсуждение рекламной кампании.

Переговоры с поставщиками.

Корректировка презентации.

Причины звучали убедительно.

Слишком убедительно.

Через неделю после появления Вивьен в «Velluto» Аделина обнаружила, что Артём перестал рассказывать ей о рабочих встречах. Раньше они ежедневно обсуждали новости компании за ужином. Теперь он отвечал коротко, почти не поднимая взгляда от телефона.

— Как прошло совещание с рекламным агентством? — спросила она однажды вечером.

— Нормально.

— Вы выбрали фотографа?

— Пока нет.

— А Вивьен предложила кого-нибудь?

Артём посмотрел на неё.

— Почему ты спрашиваешь именно о ней?

— Потому что она участвует почти во всех обсуждениях.

— Она работает над новой коллекцией.