Аделина сняла пальто.

— Мы ещё не договорились, что я буду на вас работать.

— Верно.

Виктор указал на кресло напротив стола.

— Прошу.

Аделина села, положив сумку рядом. Виктор занял место напротив неё, но не открыл ни одной папки.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.

— Вы знаете, что я ушла из «Velluto» вчера? — спросила Аделина.

— Знаю.

— И что сегодня утром об этом уже написали деловые издания?

— Знаю.

— Кто вам сообщил?

— Новости.

— Вы следили за ситуацией?

— Я слежу за рынком. Ваш уход влияет на него.

Аделина прищурилась.

— Только на рынок?

Виктор слегка улыбнулся.

— Вы всегда начинаете разговор с обвинений?

— Только когда собеседник отвечает слишком уклончиво.

— Тогда вы не изменились.

Аделина нахмурилась.

— Мы встречались всего несколько раз.

— Я не сказал, что вы меня помните.

— А должны?

— Возможно.

В его голосе прозвучала странная нотка, но Виктор не стал объяснять.

Он открыл одну из папок и достал несколько фотографий.

На них были украшения из разных коллекций «Velluto». Некоторые Аделина помнила прекрасно. Другие давно исчезли из каталогов.

— Вы создали эти коллекции, — сказал Виктор.

— Большую часть.

— Нет. Все.

— Откуда вы это знаете?

— Хороший дизайн узнаваем.

Он разложил фотографии на столе.

— Вот эта коллекция была представлена семь лет назад. В официальном пресс-релизе автором назывался «творческий отдел Velluto». Но композиция камней, линия крепления и асимметрия центрального элемента принадлежат вам.

Аделина посмотрела на снимок.

Она помнила, как работала над этим колье три недели, почти не выходя из мастерской.

— Вы изучали мои работы?

— Я изучал рынок.

— Вы снова уходите от ответа.

— Хорошо. Да, я изучал ваши работы.

— Зачем?

Виктор откинулся в кресле.

— Потому что вы единственный дизайнер в этом городе, чьи коллекции я рассматривал не как угрозу, а как вызов.

Аделина почувствовала, что не знает, как на это реагировать.

— Вы хотите переманить меня, чтобы ослабить «Velluto».

— «Velluto» уже ослабил себя сам.

— Артём не согласится.

— Мне не нужно его согласие.

— Он объявит, что я нарушила обязательства перед компанией.

— Вы подписали соглашение о прекращении сотрудничества. Я видел его условия.

— Вы видели мой договор?

— Ваш адвокат передал копию моему юристу.

— Я не давала разрешения.

— Ваш адвокат действовал в рамках переговоров о возможном найме.

Аделина резко подняла взгляд.

— Вы заранее готовились?

— Я предпочитаю знать, с кем заключаю соглашения.

— Вы уверены, что заключите его со мной?

— Нет. Но уверен, что хочу предложить вам условия.

Виктор достал ещё одну папку и подвинул её к Аделине.

— Вы получите должность руководителя авторского направления. Полную свободу в создании коллекций. Отдельную команду. Собственную мастерскую. И процент от продаж.

Аделина открыла папку.

Условия были значительно лучше, чем она ожидала.

Даже слишком хороши.

— Почему?

— Потому что вы стоите этих условий.

— Вы говорите так, будто давно меня знаете.

— Я знаю ваше творчество.

— Это не одно и то же.

Виктор задержал на ней взгляд.

— Иногда творчество рассказывает о человеке больше, чем он готов рассказать сам.

Аделина закрыла папку.

— Я не хочу быть оружием против Артёма.

— Я не предлагаю вам эту работу ради мести.

— Но вы знаете, что мой переход ударит по нему.

— Это его проблема.

— Вы его ненавидите?

— Я не испытываю к нему личной ненависти.

— Но конкурируете с ним.

— Конкуренция не требует ненависти. Только точности.

Виктор встал и подошёл к витрине у стены. Внутри лежали несколько необычных украшений: крупные серьги из матового золота, кольцо с чёрным опалом и ожерелье, построенное на резком сочетании металла и камня.

— Вы пришли не только за работой, — сказал он.

Аделина напряглась.

— За чем ещё?

— За возможностью снова почувствовать себя собой.

— Вы слишком много себе позволяете.

— Возможно.

— Вы ничего обо мне не знаете.

— Вы прожили десять лет в браке с человеком, который постепенно присвоил вашу карьеру. Вчера вы разорвали отношения и ушли из компании. Сегодня пришли ко мне, хотя могли бы открыть собственную мастерскую.

Аделина замерла.

— Вы хорошо осведомлены.

— Я умею собирать факты.

— А выводы делаете слишком быстро.

— Тогда поправьте меня.

Она не ответила.

Виктор повернулся к ней.

— Вы боитесь, что без «Velluto» никто не будет воспринимать вас всерьёз.

— Я не боюсь.

— Боитесь, что каждый ваш успех будут связывать с желанием отомстить бывшему мужу.

— Я не мщу Артёму.

— Пока нет.

Аделина резко поднялась.

— Если вы пригласили меня сюда, чтобы разбирать мою личную жизнь, мы зря теряем время.

— Я пригласил вас, потому что считаю вас сильнейшим дизайнером в отрасли.

— Тогда говорите о работе.

— Хорошо.

Виктор вернулся к столу.

— Создайте для Reynold Jewelry коллекцию, которую невозможно будет сравнить с «Velluto».

— Каким должен быть бюджет?

— Неограниченным в разумных пределах.

— Сроки?

— Первая презентация через четыре месяца.

— Четыре месяца — слишком мало для полноценной коллекции.

— Для слабого дизайнера — да.

Аделина подняла на него взгляд.

— Вы специально меня провоцируете?

— Проверяю, насколько быстро вы возвращаетесь к себе.

— Я никуда не исчезала.

— Тогда докажите.

Между ними возникло напряжение.

Не враждебное.

Скорее, острое и неожиданно живое.

Аделина давно не чувствовала, чтобы кто-то говорил с ней без снисхождения. Артём в последние годы спорил с ней не как с равной, а как с человеком, которого нужно переубедить.

Виктор же не пытался её успокоить.

Он не говорил, что всё будет хорошо.

Не обещал защитить её от последствий.

Просто требовал результата.

И это странным образом возвращало ей силы.

— Мне нужны гарантии, — сказала Аделина.

— Какие?

— Полная защита моих авторских прав. Условия расторжения договора. Никакого вмешательства в творческий процесс без моего согласия.

— Согласен.

— И моё имя должно быть указано как автора коллекций.

— Разумеется.

— Не «творческая команда Reynold Jewelry». Не «дизайнерское направление». Моё имя.

— Я именно это и предлагаю.

Аделина изучала его лицо, пытаясь понять, где скрыта ловушка.

— Вы не боитесь, что я уйду через несколько месяцев?

— Боюсь.

Она удивлённо подняла брови.

— Вы хотя бы честны.

— Я не боюсь потерять сотрудника. Я боюсь упустить возможность создать нечто действительно значительное.

— Вы говорите о коллекции.

— Сейчас — да.

Ответ прозвучал спокойно, но слишком двусмысленно.

Аделина сделала вид, что не заметила.

— Я хочу подумать.

— Сколько времени?

— До вечера.

— У вас будет меньше.

— Вы торопите меня?

— Нет. Я напоминаю, что предложения тоже имеют срок.

— Вы можете предложить должность кому-то другому?

— Конечно.

— Уже предложили?

— Нет.

— Почему?

Виктор посмотрел на неё прямо.

— Потому что мне нужна вы.

В кабинете стало тихо.

Аделина ощутила, как его слова отозвались где-то глубоко внутри. Не как признание и не как флирт — скорее, как утверждение факта.

Она привыкла быть нужной Артёму.

Нужной компании.

Нужной клиентам.

Но в последние месяцы это чувство превратилось в обязанность. Её талант воспринимали как ресурс, который должен работать независимо от её боли.

Виктор говорил иначе.