— Ну где этот чертов указатель… — пробормотала я, делая шаг назад, чтобы захватить лучом верхний ряд кладки.

Шаг назад и нога неожиданно опустилась в пустоту.

На месте чугунного люка коллектора, зиял черный проем.

Я рефлекторно взмахнула руками, пытаясь зацепиться за край. Пальцы соскользнули по влажной металлической обечайке. Телефон вылетел из руки и кувыркнулся во тьме.

От страха, я даж крикнуть не смогла и молча полетела вниз.

Глубина типового коллектора метра четыре. Перелом основания черепа, перелом позвоночника, мгновенная смерть…

Мозг методично выдавал клинические варианты. Я инстинктивно сгруппировалась, прижав подбородок к груди и готовясь к сокрушительному удару о бетонное дно.

Секунда. Две. Три.

Удара не было. Падение продолжалось.

Вместо запаха плесени и в лицо внезапно ударил шквал разреженного, ледяного воздуха. Пахло грозой и хвоей. Плотный воздушный поток напрочь выбил дыхание из легких.

Тьма перед глазами сменилась ослепительно золотым светом.

Я распахнула веки и от животного, парализующего ужаса не смогла даже сделать вдох.

Никакого колодца не было.

Вокруг, на тысячи километров вперед, простирался бескрайний океан белоснежных облаков, залитых лучами закатного солнца.

А я на чудовищной скорости летела в свободном падении прямо на острые пики черных гор.

Глава 2

Дариан

На поле боя правила всегда ясны. Враг на виду и ты знаешь как с ним бороться. А если погибнешь, то эта смерть будет честной и без полутонов. Ты либо бьешь первым, либо твои кости остаются гнить в грязи Пустошей.

В столице всё иначе. Искренность и честь там не в почете. А правду так вообще сложно отыскать. За каждым глубоким поклоном аристократы прячут отравленный стилет. Они дарят тебе лживые улыбки, а сами строят коварные планы и заговоры, пытаясь манипулировать тобой.

Регент возомнил, будто может двигать меня по политической карте, как деревянную фигурку. Но он забыл одну деталь. Дракон не станет делить ложе с той, чей запах вызывает непреодолимое отвращение.

Тяжелые створки Малого тронного зала захлопнулись за моей спиной со стуком.

Лорд-регент Валериан сидел в кресле из белого ясеня, лениво прокручивая на указательном пальце массивный рубиновый перстень.

Рядом с ним, словно дорогая фарфоровая ваза, застыла его племянница Эвелина. Ее изумрудное платье плотно обтягивало талию и выглядело пыточным орудием, а на губах играла привычная змеиная усмешка.

— Ты заставил нас ждать, генерал, — сухо бросил Валериан, окинув брезгливым взглядом мой пыльный дорожный плащ и потертые наручи. — Граница зачищена от тварей разлома?

— Гарнизон Черного Клыка держит рубеж, лорд-регент, — ответил я, даже не подумав склонить голову. — К чему срочный вызов? Меня сорвали прямо с марша.

Валериан медленно поднялся и спустился с помоста. Он смотрел тяжело и цепко, как торговец на невольничьем рынке, оценивающий чужое имущество.

— Империи нужна стабильность, Дариан. Совет Кланов недоволен твоей армией. Вы стали слишком автономны. Пора прекратить кривотолки и намертво связать легион с короной. Ты возьмешь в жены Эвелину. До конца этого месяца.

Эвелина шагнула ближе. От нее невыносимо разило мускусом и приторной лилией. От этой ядовитой смеси у моего внутреннего зверя свело челюсти.

Девица потянула пальцы с длинными, острыми ногтями к металлической застежке на моем плече.

— Мы станем прекрасной парой, Дариан. Твоя грубая сила, мои связи при дворе… Вместе мы быстро наведем порядок на континенте.

Я перехватил ее запястье на полпути. Сжал чуть сильнее, чем дозволял столичный этикет. Кожа под моими пальцами была обжигающе горячей от сдерживаемой ярости, и Эвелина испуганно отшатнулась, тихо пискнув.

— Драконы со змеями не спариваются, леди, — отчеканил я, разжимая пальцы. — Мой ответ — нет.

Лицо Валериана пошло красными пятнами. Пальцы регента инстинктивно легли на навершие поясного меча.

— Это не предложение, генерал Кальдерон. Это приказ верховной власти. Если через месяц ты не наденешь родовое кольцо дома Ашеров, я распущу твой легион. Объявлю гарнизон мятежниками, а тебя самого лишу звания и отправлю на плаху за измену. Выбирай: алтарь или топор палача.

Ярость ударила в голову и подскочила температура, а во рту скопилась вязкая слюна со вкусом металла. Дракон внутри бился в истерике, требуя выпустить его наружу всего на секунду, чтобы от наместника осталась лишь кучка дымящейся золы. Пришлось силой заставить себя дышать ровно. Убивать его при свете дня было еще не с руки.

— Значит, плаха, Валериан, — я криво усмехнулся ему в лицо. — Попробуй найти дураков, которые рискнут прийти за моей головой в горы.

Я развернулся и зашагал к выходу. За спиной возмущенно взвизгнула Эвелина, с грохотом ударил об пол посох регента, но я даже не сбил шаг.

На широкой дворцовой террасе свистел штормовой ветер. Густые, свинцовые тучи плотно затягивали горизонт. Человеческое тело стало невыносимо тесным. Кровь кипела. Плечи и ребра отозвались влажным хрустом стремительной трансформации.

Я сбросил морок плоти, раскинул тяжелые перепончатые крылья, закованные в черную адамантовую чешую, и с оглушительным ревом оттолкнулся от парапета, уходя в крутой подъем.

Ничто так не отрезвляет, как разреженный ветер на трех тысячах метров. Полет быстро выветрил из головы злость. Я набирал высоту, пробиваясь к холодному солнцу, и уже видел на горизонте знакомые черные пики Цитадели.

А потом спокойный полет закончился.

Из абсолютно чистого неба, буквально из ниоткуда, на меня что-то рухнуло. Какая-то тяжеленная дрянь скользнула по потоку воздуха вдоль крыла и с силой впечаталась мне прямо в спину, умудрившись угодить ровно между жесткими шейными пластинами

Баланс сорвало мгновенно. Драконью тушу завалило набок, крыло потеряло опору, и меня швырнуло в неконтролируемый штопор над самыми скалами.

Какого дьявола?!

Я с силой выгреб крыльями из воздушной ямы, выравнивая траекторию. На моем загривке кто-то отчаянно барахтался. Чужие пальцы судорожно вцепились в основания роговых шипов. Человек. Без крыльев, без страховочной упряжи, без магии левитации. Просто свалился на меня прямо с небес.

До внутреннего плаца Цитадели оставалось меньше полумили. Земля стремительно неслась навстречу. Сжечь нападающего магией я не мог — пламя спалило бы перепонки моих собственных крыльев.

Заложив крутой вираж над крепостными стенами, я погасил скорость горизонтальным скольжением. Прижал крылья к бокам у самой земли и резким, хлестким рывком шеи стряхнул непрошеного седока в сторону, в густые заросли дикого терновника.

Я тяжело рухнул на каменные плиты двора. Когти выбили сноп искр из брусчатки. Оборот занял пару вдохов — чешуя ушла под кожу, кости встали на место, и я снова выпрямился в человеческом теле.

На костяшках моей правой руки сам собой вспыхнул сгусток концентрированного черного огня. Кто бы ни подослал этого лазутчика — Валериан или наемники гильдий — смертник крупно ошибся с координатами высадки.

Я шагнул к кустам, с хрустом ломая тяжелыми сапогами ветви.

— Вылезай, — глухо приказал я, прицеливаясь огнем в шевелящуюся листву. — И надейся, что я убью тебя быстро.

Ветки с треском разошлись.

Вместо закованного в броню диверсанта или столичного мага-убийцы наружу на четвереньках вывалилась девчонка.

Странная, нездешняя куртка висела на одном плече, зацепившись за лямку перекрученного рюкзака. Синие штаны из грубой ткани были перепачканы грязью и соком раздавленных ягод. Тонкая светлая рубаха лопнула по шву на ключице.

Она тяжело осела на пятки, выплюнула попавший в рот сухой лист и резко вскинула голову.

В ее взгляде не было страха. Ни единой капли паники или благоговения перед Верховным генералом. Только бешеная, чистая, концентрированная злость.

— Какой идиот… — прохрипела она, хватаясь за ушибленное плечо и озираясь по сторонам, — оставил открытым этот чертов люк?!