— Иногда мне кажется, что это звучит опаснее любого титула.

Он подхватил меня, и я обвила его ногами. Спустя мгновение спиной ощутила прохладу шелковых простыней. Дариан остановился, всматриваясь в мое лицо, будто спрашивал разрешения продолжить.

Я сама потянула его к себе.

Он двигался осторожно, следя за каждым моим вдохом. От привычной властности не осталось и следа. Сейчас передо мной был не Верховный генерал и не дракон, которого боялась половина Империи, а мужчина, боявшийся причинить мне боль.

Поначалу Дариан сохранял эту осторожность. Но когда я подалась ему навстречу, вцепилась в его плечи и прошептала его имя, сдерживаться он перестал. Ритм стал быстрее, объятия — крепче. Я чувствовала под пальцами напряженные мышцы и старые шрамы, слышала его прерывистое дыхание и уже не пыталась думать ни о прошлом, ни о том, что ждет нас утром.

Магия отозвалась раньше, чем мы успели понять, что происходит. Над кроватью вспыхнули два пламени — черное и белое. Они тянулись друг к другу, переплетались под потолком, заливали спальню ярким светом, но не оставляли ожогов. В воздухе резко запахло озоном.

Мысли рассыпались. Я больше не пыталась что-то анализировать, только прижималась к Дариану, царапала его плечи и звала по имени. Он отвечал на каждое движение, будто чувствовал меня лучше, чем я сама.

Удовольствие накрыло внезапно. На несколько мгновений перед глазами стало бело, тело перестало слушаться, а по брачной связи прошла горячая волна. Я ощутила Дариана — его восторг, нежность, страх потерять меня. И поняла, что он чувствует то же самое.

Когда все закончилось, он опустился рядом и притянул меня к себе. Его грудь блестела от пота, дыхание никак не желало выравниваться. Можно было подумать, что он только что пересек половину Пустоши бегом.

Я устроилась у него на плече и прислушалась к стуку сердца. С тех пор как меня забросило в этот мир, я постоянно искала дорогу назад. Но сейчас впервые не хотела никуда возвращаться.

Моим домом оказалась не Земля и даже не Цитадель. Дом был здесь — рядом с мужчиной, от которого пахло дымом и воздухом после грозы.

Я лениво провела пальцем по шраму на его плече.

— Знаешь… — начала я. — Если ты надеешься, что после этого я буду называть тебя «мой господин», то зря.

Дариан хмыкнул, крепче прижимая меня к себе, и поцеловал в макушку.

— Если ты хоть раз назовешь меня «мой господин», я решу, что у тебя сотрясение мозга, и лично отнесу тебя в лазарет, Арина. Завтра мы едем домой. В Цитадель.

Я улыбнулась в темноту спальни.

Впереди было много работы. Нужно было обучить персонал триажу, выбить из столичных поставщиков лучшие хирургические инструменты и доказать целому легиону упрямых драконов, что мыть руки перед едой — это не прихоть, а закон выживания.

Но теперь я была не одна. За моей спиной стоял Верховный генерал Империи. И что-то мне подсказывало, что наша совместная практика будет очень, очень продуктивной.

Глава 20 Эпилог

Арина

Спустя восемь месяцев после трибунала в столице, Цитадель Черного Клыка изменилась до неузнаваемости. По крайней мере, ее восточное крыло.

Я шла по светлому, выбеленному известью коридору, вдыхая ни с чем не сравнимый, идеальный аромат — смесь хлорной извести, кварца и горной лаванды, которую Мира пучками развешивала по углам для ароматизации.

Двери палат, бывших казарм, которые генерал приказал перестроить по моим чертежам, были открыты. Внутри стояли ровные ряды кроватей, застеленных чистым белым бельем.

— Леди Арина! — из ординаторской выскочил запыхавшийся Талион.

Бывший консерватор и сноб теперь носил белоснежный льняной халат, а на его шее болтался артефакт-стетоскоп, который местные умельцы собрали по моим эскизам. Талион стал самым фанатичным адептом асептики и антисептики во всей Империи. Если кто-то из солдат пытался зайти в санитарный блок в грязных сапогах, старик лично гнал его полотенцем до самого плаца.

— Что у нас, коллега? — я остановилась, поправляя манжеты своего халата.

— Третья палата, осколочный перелом большой берцовой кости. Привезли с патруля. Я просветил ногу поисковым кристаллом — смещение минимальное. Мы с ребятами совместили отломки, я наложил точечную регенерацию на сосуды, а теперь мы фиксируем всё гипсом, как вы учили.

Я довольно кивнула.

— Отличная работа, Талион. Обезболивающее дали?

— Обижаете, главный лекарь. Настойка макового корня и легкое заклятие сна. Спит как младенец.

— Идеально. Доделывайте и идите обедать, ваша смена заканчивается.

Я продолжила обход, заглядывая в процедурные и операционные. Совет Кланов, напуганный перспективой возвращения Дариана в столицу, выполнял финансовые условия сделки с религиозной педантичностью. Обозы с лучшими тканями, металлами для инструментов и алхимическими реагентами прибывали в Цитадель каждую неделю.

У меня был штат из двадцати обученных медсестер, пятерых магов-хирургов и полноценное отделение реанимации. Смертность в легионе от ранений упала до невероятных трех процентов. Солдаты Черного Клыка буквально молились на восточное крыло.

Я зашла в свой кабинет — просторную комнату с большим окном, выходящим на тренировочный двор. Сняла халат, повесила его на спинку стула и с наслаждением потянулась, разминая уставшую спину.

В коридоре раздался знакомый, тяжелый ритм шагов. Следом послышался возмущенный писк дежурной медсестры: «Генерал, сменная обувь!». И низкий, бархатистый смешок в ответ.

Дверь открылась, и на пороге появился Дариан.

На нем был привычный темный мундир легиона, но на его тяжелые армейские сапоги были послушно и весьма комично натянуты плотные тканевые бахилы.

Мой суровый дракон, главнокомандующий, одним своим видом наводящий ужас на врагов Империи, стоял в бахилах, потому что не хотел расстраивать жену.

— С каждым разом местный персонал становится всё смелее, — Дариан плотно прикрыл за собой дверь и, одним движением скинув ненавистные чехлы с обуви, подошел ко мне. — Еще немного, и они начнут приказывать мне, во сколько ложиться спать.

— Во сколько ложиться спать — приказываю тебе я, — я улыбнулась, обвивая руками его шею. — И ты регулярно нарушаешь режим, генерал.

Он притянул меня к себе, зарываясь лицом в мои волосы. Его руки по-хозяйски легли на мою талию. От него пахло морозным ветром, сталью и полынью. За эти месяцы наша истинная связь стала такой естественной и глубокой, что я могла безошибочно определить его настроение еще до того, как он входил в комнату.

— Совет прислал очередную депешу, — пробормотал он, целуя меня в висок. — Просят отправить тебя в столицу на месяц. Хотят, чтобы ты организовала такую же больницу при столичной гвардии.

Я фыркнула.

— Пусть присылают своих лекарей сюда на курсы повышения квалификации. Я никуда не поеду. У меня здесь слишком много работы. К тому же… — я чуть отстранилась и посмотрела ему в глаза, чувствуя, как внутри разливается невероятное тепло. — Боюсь, дальние поездки мне сейчас противопоказаны по медицинским соображениям.

Дариан замер. Его зрачки мгновенно расширились, золотая радужка затопила глазное яблоко. Зверь внутри него подобрался, сканируя мое состояние.

— Арина?..

— Классическая симптоматика, генерал, — я мягко взяла его большую ладонь и положила на свой живот, туда, где уже пару недель ощущала едва уловимую, пульсирующую искру новой жизни. — Легкая утренняя тошнота, изменение гормонального фона и тахикардия. Мой резерв перестраивается. Кажется, черный дракон и белый лекарь оказались вполне совместимы на генетическом уровне.

Дариан не сказал ни слова. Он просто смотрел на меня, и в глазах Верховного главнокомандующего, прошедшего сотни битв, блеснула влага. Он медленно опустился на одно колено прямо посреди моего кабинета, прижимаясь лбом к моему животу. Его горячее дыхание пробивалось сквозь ткань платья.