Казалось, прошла вечность, прежде чем в конце прохода мелькнул свет. Я отползла от края крыши и вжалась в металл, пока яркий луч фонаря медленно шарил во тьме. Единственным звуком были голоса охранников, которые переговаривались во время обхода.

Один из них вздохнул.

— Терпеть не могу этих сук, только время на них тратим.

— И что ей тут надо, как думаешь? — спросил второй.

— Да хрен ее знает. Рич сказал, она упоминала Захарию Зарефа. Но я готов левое яйцо поставить на то, что она надеется пробраться на грузовое судно зайцем. Наверное, повелась на ту теорию заговора, что церковь строит какой-то рай на море.

Об этом заговоре я раньше не слышала, но ничуть не сомневалась в существовании таких слухов и в том, что люди в них верят.

— Подожди, пока она не узнает, что там нет ничего, кроме ада на земле.

Охранник усмехнулся в ответ, затем свет исчез, а голоса затихли вдали.

Я не торопилась шевелиться. Эти парни еще вернутся, обходя территорию в обратном направлении. Коротая время, я размышляла о том, что привело меня сюда: обещание ведьмы поделиться знаниями. Я отчаянно надеялась, что ей можно доверять.

Когда я решила, что путь свободен, я слезла с контейнера и вернула Херувим в слинг. Я прокралась вдоль оставшихся рядов до буквы «М» и шла по ангару, пока не нашла то, что, предположительно, было сектором Захарии.

Я почувствовала, как завибрировал телефон. Взглянув на экран я увидела, что звонит Захария.

Раздражение вспыхнуло с новой силой, и я сбросила вызов.

Он тут же прислал сообщение, словно набрал его еще до того, как позвонить.

Захария: Возьми ебаную трубку.

И он позвонил снова.

Я буквально слышала его тон.

Взбешенный.

Обычно меня это не особо парило, но в этот раз по затылку пробежали мурашки.

— Что? — рявкнула я.

— Я не люблю нарушителей, любовь моя, — произнес он.

— Как иронично, — хмыкнула я. — Разве ты не их король?

— Лилит, — в его голосе прозвучало предупреждение.

— Откуда ты вообще знаешь, где я? — раздраженно спросила я, хотя и могла догадаться.

— Мне позвонили, — ответил он и сделал паузу. — Ты нацепила на себя кошку?

— Ты меня еще и видишь?

Я показала средний палец.

— Мило, — сказал он.

— Ну ты и гребаный сталкер, — бросила я, решив, что не позволю ему помешать мне получить то, за чем пришла.

Я отперла первый из его пяти контейнеров. Внутри оказались коробки и мебель. Совсем не то, чего я ожидала.

— Ты на моей территории, — сказал он. — И роешься в моих вещах.

— Ничто из этого не похоже на твое, — заметила я, разглядывая чересчур вычурную мебель.

— И не должно, — ответил он. — Учитывая, что все это принадлежало моим матери и отцу.

От его слов меня обдало холодом.

Я закрыла дверь и перешла к следующему, но там было примерно то же самое. Я начала сомневаться: вдруг все, что я здесь найду — это лишь старые вещи его родителей.

— Что ты ищешь?

— То, что совершенно точно не принадлежит тебе, — ответила я.

Повисла пауза, но я знала, что он догадался. Он не стал произносить это вслух, и я тоже. Мы оба не были идиотами.

— И что ты планируешь с этим делать?

— Это валюта, Захария, — сказала я, открывая третий контейнер.

Внутри находился еще один, поменьше.

Бинго.

— Что ты покупаешь? — спросил он.

— Это тебя не касается, — отрезала я.

— Это меня касается, — возразил он. — Ты нарушаешь мои правила.

— Но не те, что ты мне озвучивал, — парировала я. — Увидимся, Захария.

Я сбросила вызов и открыла второй контейнер. Внутри стоял ряд из четырех поддонов, уставленных обернутыми блоками белого нефрита.

Я опустила рюкзак на пол и достала пластиковый пакет. Я не собиралась таскать с собой целый кирпич этой дряни или отдавать так много абсолютно незнакомому человеку. Вытащив свой клинок, я вонзила его сбоку в одну из упаковок. Ощущение было такое, словно протыкаешь мешок с сахаром. Как только я вытащила нож, оттуда белой струей посыпался порошок.

Я взяла немного, на глаз примерно столовую ложку, а затем закрыла пакет и сунула его в карман, позволив остаткам сыпаться на пол. Мне было плевать на его сохранность.

Мне было плевать, если завтра Захария его уничтожит. Меня волновало лишь то, что я получила то, за чем пришла.

ЗАХАРИЯ

Я уставился на свой телефон после того, как Лилит бросила трубку.

Она прекрасно знала, как меня взбесить, и любила это делать. Но сейчас все ощущалось иначе. Она вломилась в мой контейнер не ради того, чтобы меня разозлить. Она что-то затевала, и мне об этом не говорила.

Возможно, именно это меня и бесило: ее секреты.

Я мог бы перезвонить, но знал, что второй раз она не возьмет трубку. Мог бы поехать в порт, но к моему приезду она, скорее всего, уже слиняет, и у меня не будет возможности отследить, куда она направилась с полными карманами нефрита.

— Все в порядке? — спросил Габриэль, когда я снова зашел в его квартиру.

Я выходил в коридор, чтобы позвонить Лилит.

Как только Лиама выписали, я привез их из больницы домой и остался помочь Габриэлю устроиться.

— Да, — ответил я. — Просто пытаюсь следить за Лилит.

Для нее было в порядке вещей искать острых ощущений, но это казалось безрассудным даже по ее меркам.

— Ты с ней говорил? — спросил Габриэль.

— Едва ли. Она включила режим игнорирования, — ответил я.

Габриэль опустил взгляд, заламывая пальцы то в одну, то в другую сторону.

— Это моя вина, — произнес он.

Секунду спустя он шмыгнул носом и провел ладонями по лицу.

— Это я должен был найти Эстер. Она всю жизнь будет бежать от этого кошмара.

Дело было в том, что я не считал, будто Лилит вообще бежит. И, возможно, именно в этом и крылась проблема.

Она ныряла в опасность с головой.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

ЛИЛИТ

Покинуть порт оказалось почти слишком легко, хотя я предполагала, что это потому, что Захария сделал пару звонков после нашей беседы. Я наполовину ожидала, что он будет ждать за воротами, горя желанием отчитать меня лично, но его там не оказалось.

Я натянула капюшон и опустила голову, изо всех сил стараясь остаться незамеченной, пока пробиралась по лабиринту темных переулков к Траншее. Район был более оживленным, чем раньше, и несколько лавок были открыты, хотя 213-я в их число не входила. На самом деле, добравшись до двери Саиры, я обнаружила, что она заклеила окна бумагой, чтобы никто не мог заглянуть внутрь. Определенное действие по защите, которое, как я полагала, она сделала вскоре после моего ухода. Это казалось оправданным, но в то же время как-то грубовато, учитывая, что я несла ей наркотик, о котором она просила.

Я постучала, окидывая взглядом улицу, чтобы понять, кто за мной наблюдает, хотя, казалось, никто не обращал на меня внимания. Я осознала, что стала параноиком, ожидая, что Захария появится в любой момент и испортит все так же, как он разрушил мою репутацию в Гоморре.

Он бы думал, что защищает меня, но на самом деле он бы просто удержал меня от информации, которая была мне по-настоящему нужна.

Информации, которая была нужна ему, хотя он этого еще не понимал, и это была моя вина. Я не рассказала ему о своих планах, хотя, если честно, я просто импровизировала на ходу, что было очевидно по пульсирующему ожогу на моем запястье.

Я оторвала взгляд от улицы и постучала снова. Прошла еще минута, прежде чем дверь открылась. Я видела лишь узкую полоску лица Саиры, ее глаза чуть расширились, прежде чем она заговорила.

— Ты вернулась, — сказала она. — Я надеялась, что ты придешь.