Глаза Огненного Волка снова метнулись в мою сторону. Огонь полыхал в его радужках, когда он оскалился и повернулся к колдуну, обнажая свои острые клыки. Колдун зашипел в ответ, обнажая гнилые зубы, и я почувствовала вонь гнилостного дыхания.

Ещё одно проклятие вырвалось из рук колдуна, осветив тёмный коридор ярким светом, но в своей волчьей форме Огненный Волк сумел пригнуться, увернуться и выпрыгнуть из-под удара, и всё это было одним движением.

Я вдохнула крошечный глоток воздуха, как раз когда лежащий на полу колдун напротив меня начал дёргаться. Эта порочная, мощная магия продолжала погребать меня под собой, словно наполняя меня и стремясь уничтожить.

Огненный Волк снова прыгнул в воздух и приземлился на стоящего колдуна. Он вонзил клыки в его плоть. На долю секунды я заметила татуировку на темной коже мага.

Это была та же татуировка, что и у человека, который забрал Тессу.

С хрустом и резким движением челюстей Огненный Волк откинул голову назад и обезглавил колдуна. Внезапно по Огненному Волку вспыхнуло пламя, превратив всё его тело в адское пламя.

Я ахнула. Чернокнижник поджёг охотника.

— Нет! — прохрипела я, едва дыша.

Огненный Волк двинулся к лежащему, но всё ещё живому колдуну. Его лапы были быстры, а тело проворно. В стремительном прыжке Огненный Волк в огне приземлился на тёмного мага и вонзил зубы ему в шею, на которой тоже была татуировка.

Пламя Огненного Волка охватило колдуна, и жалкие вопли этого мерзкого существа разнеслись по коридору, прямо перед тем, как охотник оторвал ему голову.

Я глубоко вздохнула, когда злобная тёмная энергия, вливавшаяся в меня, внезапно прекратилась.

Я сделала благословенный вдох. Тяжело дыша, я хватала ртом воздух и наслаждалась кислородом, поступавшим в лёгкие. Медленно моя голова прояснилась, и ужасная боль исчезла.

— Огненный Волк, — прохрипела я.

Вспышка пламени вырвалась из охотника, и я отшатнулась от жара. Я всё ещё чувствовала себя слишком слабой, но мой разум лихорадочно работал. Охотник был в огне, но, казалось, не пострадал, и на обоих чернокнижниках была одинаковая татуировка. Это означало, что три магических существа связаны с исчезновением моей сестры.

Я перекатилась на спину, моргая. Что за хрень? Серьёзно.

Огненный Волк появился надо мной в человеческой форме, превратившись в мгновение ока. Я мельком заметила, что он был обнажён и больше не горел.

— Огонь тебя не ранил?

Теперь, когда яркие заклинания и проклятия перестали лететь, коридор снова погрузился в темноту. Я почти ничего не видела за сиянием глаз охотника и не чувствовала ничего, кроме тепла, исходившего от его кожи, но он, похоже, не пострадал.

— Нет, это был мой огонь. Куда тебя ранили? Где рана? — Его пальцы скользили по мне с молниеносной скоростью, ощупывая, проверяя, ища рану.

Но поскольку та чужая тьма больше не пыталась высосать из меня жизнь, боль исчезла.

Я снова судорожно вздохнула.

— Кажется, меня не ранили.

Он нахмурился, его пальцы замедлились.

На мгновение я подумала рассказать ему, что со мной произошло что-то непонятное, но в итоге так и не смогла сказать ни слова. У него были свои секреты. У меня свои. Я знала, что моя магия снова дала сбой, и понятия не имела, как это исправить.

— Тала! — рявкнул он.

— Меня не ранили! — Я с трудом села, несмотря на боль в теле после битвы, но, боги, я чувствовала такую усталость. — Я в порядке.

— Ну, конечно, ты в порядке. Это чушь собачья. Ты упала на пол. — Огонь в его глазах вспыхнул ярче, когда он снова осматривал меня, но затем его движения замедлились. — Тебя правда не ранили?

— Нет.

— Но ты… — Он покачал головой. — Какого чёрта произошло?

— Понятия не имею.

Он прищурился.

— Что ты сделала?

Я приподняла брови.

— Что я сделала? Я ни хрена не сделала. Я была абсолютно бесполезна в этой драке. — Я чуть не сгорела от стыда. Я не привыкла чувствовать такую беспомощность.

— Ты не была бесполезна. Ты сражалась… — Он снова покачал головой. — Ты сражалась хорошо. И ты использовала магию. — Он нахмурился и подозрительно посмотрел на меня.

Твою мать. Дамочка, которая работает с девяти до пяти, обладающая, как предполагалось, не самой сильной магией, только что выпустила серьёзную мощь. Насколько сильно я раскрыла свой истинный потенциал?

Подавив стон, я сумела встать на ноги.

Он протянул руку, чтобы поддержать меня, когда я покачнулась. Его кожа была горячей, будто огонь всё ещё бурлил в нём. Кстати, об огне…

— А как насчёт тебя? — сказала я обвинительно. — Ты горел, и с тобой всё в порядке. Как, чёрт возьми, ты это объяснишь?

Он сжал челюсти и не ответил.

— О, я понимаю. Ты можешь допрашивать меня, а мне даже нельзя задать тебе вопрос.

Он взмахнул пальцем, и вокруг нас появилась вспышка света. Её было достаточно, чтобы увидеть обезглавленных чернокнижников и, э-э-э… внушительный член между ног Огненного Волка.

Матерь божья. У парня был член, как у жеребца. Я покраснела, как помидор, потому что, чёрт возьми, у парня был огромный член.

В отличие от меня, Огненный Волк, казалось, ничуть не смущался своей наготы. Вместо этого он упёр руки в бока, из-за чего его мужские причиндалы оказались в двух футах от меня.

Не смотри вниз. Не смотри вниз.

Но мой взгляд упал вниз. Но после его следующих слов я подняла взгляд.

— Ты сделала что-то с тем колдуном. Ты обездвижила его.

Я распахнула глаза, позабыв про член Огненного Волка.

— Нет, я этого не делала. Как уже сказала, я была бесполезна.

Он с мрачным видом шагнул ближе ко мне.

— Не прикидывайся невинной овечкой. Я видел, что ты сделала. Ты не только умеешь сражаться, но ты что-то сделала с ним с помощью магии. Ты высосала его магию.

О чём, чёрт возьми, он говорит?

Но затем я вспомнила ощущение тёмной магии, терзающей мои внутренности, и ощущение злобной энергии, наполняющей меня. Неужели именно это случилось? Неужели я действительно высасывала магию из колдуна?

Но как это возможно?

Обхватив себя руками, я попыталась защититься от холодных мурашек, что пробегали по спине от этой мысли.

— Я не знаю, что ты имеешь в виду.

Охотник нахмурился ещё сильнее, а потом наклонился и схватил свою сбрую и разорванные штаны. С удивлением я смотрела, как он натягивает штаны обратно, и поняла, что они разорвались идеально по внешним швам. Поэтому их еще можно было носить. То же самое было и с нагрудной сбруей.

— Как твоя одежда ещё цела?

— Молния. Это необходимость для оборотней. — Он указал на швы своих штанов, которые он снова застегнул, и затем на пряжку на своей сбруе, которую он снова закрепил на груди.

Теперь, когда его одежда скрывала его впечатляющую мужскую анатомию, я перестала пялиться на него, но это не остановило его очень интенсивного взгляда на меня.

— Я чувствовал что-то от тебя раньше, в переулке у «Чёрного нутра», а затем снова в твоей квартире, когда вломился и застал тебя врасплох. Я думал, мне показалось, но теперь уверен, что был прав. Было ощущение, будто мою магию вытягивают из меня, и у тебя была такая же реакция, как и сейчас. Ты согнулась и выглядела так, будто тебе больно.

У меня екнуло сердце. Черт. Он был прав. Я чувствовала интенсивную, сногсшибательную магию, вливающуюся в меня в те разы, когда магия давала сбой. Это была магия Огненного Волка? И, возможно, магия полудемона? И только что, когда эта мерзость заставила меня задыхаться, это была сила чернокнижника? Всё это время они тоже были под влиянием, что объясняло их странные реакции.

Но если это то, что происходило… Какого чёрта?

Я крепче обхватила себя руками.

— Слушай, я ничего от тебя не скрываю. — Голос мой дрожал, но я была в шоке от его слов. Ни у кого не было такой силы. — Честно говоря, так же как и ты, я не понимаю, что произошло.