Я пожала плечами, стараясь скрыть своё ликование.

— Нет, я не обижена.

Мистер Умник усмехнулся и перешагнул порог лечебницы.

— Раз уж ты настояла, чтобы я шёл первым…

Я последовала за ним и добавила:

— Но раз уж мы говорим откровенно, не хочешь рассказать, почему Миранда назвала тебя Кайленом?

Он остановился и обернулся ко мне.

— Она меня так не называла.

— Нет, называла.

Он пожал плечами.

— В таком случае понятия не имею.

— Это всё, что ты собираешься сказать? «Понятия не имею»?

Он не ответил и продолжил идти.

Я двинулась за ним, намереваясь расспросить дальше, но солнечный свет исчез, как только мы оба шагнули в вестибюль лечебницы. По нервам пробежало предчувствие беды, и мой интерес к имени Кайлен улетучился.

— Это место… — Я содрогнулась.

— Да, я могу сказать то же самое.

Лечебница была Жутью с большой буквы. Длинные коридоры расходились вокруг нас, и двойная лестница изгибалась вверх от вестибюля. Меня пугало не столько само здание или его вид, сколько атмосфера этого места. Оно казалось проклятым, и в самом дурном смысле, а температура… она резко упала, и мне показалось, будто ледяные пауки ползут вверх по позвоночнику.

В моём сознании внезапно возник образ сестры — связанной, с кляпом во рту, запертой в этом жутком месте. Это было достаточным напоминанием о том, зачем мы здесь, чтобы я очнулась от паутины, которую охотник сплетал вокруг меня. Мне не следовало интересоваться им, узнавать, Кайлен его зовут или нет. Главное было найти Тессу.

— Давай покончим с обыском, а потом отдохнём, чтобы ты смог поворожить снова. Нам нужно найти мою сестру.

Я чувствовала, что он идёт за мной. Мне больше не было дела до того, кто идёт первым.

— Ты всё ещё чувствуешь её? — спросил он, когда мы крались по одному из коридоров. Чем дальше мы шли, тем темнее становилось. Казалось, лечебница проглатывала любой остаток дневного света.

Я снова заглянула в себя в поисках связи. От неё осталась лишь лёгкая вибрация, но я ухватилась за неё, закрыла глаза и сосредоточилась на этой тонкой силе. Моё тело наклонилось вправо, потянув меня в том направлении. У меня перехватило дыхание, и я открыла глаза.

— Мне кажется, она была там. — Я указала на длинный коридор справа от нас. С потолка свисала паутина, и я была почти уверена, что неестественно крупные грызуны облюбовали этот бесконечный коридор в качестве своего логова.

— Как далеко ты видишь? — спросил Огненный Волк.

Я покачала головой.

— Не очень далеко. Здесь слишком темно.

— Я пойду впереди. Держись за мной.

— О, а теперь ты джентльмен?

Его губы коснулись моего уха — случайно или намеренно, я не могла сказать, — и он прошептал:

— Я могу быть безупречным джентльменом, когда захочу. — Он прошёл мимо меня, и по моим рукам побежали мурашки. Желание ударило прямо в самое сердце, но вместе с ним пришёл и укол раздражения. Этот тип издевался надо мной. Он знал, что я испытываю к нему влечение, и наслаждался моей реакцией.

Он тихо двигался впереди, и я проклинала свои глупые гормоны за то, что позволяю ему так на меня действовать. Тесса. Мы здесь, чтобы найти улики о Тессе. Какого чёрта мне приходится постоянно напоминать себе об этом?

Мы осторожно обходили то, что выглядело как кучи животного помёта и дурно пахнущие останки. Пол был покрыт толстым слоем грязи, на нём не было никаких следов. Несмотря на темноту внутри, я могла это разглядеть.

— Похоже, здесь уже много лет никого не было. — Я указала на пол. — Нигде нет человеческих следов, хотя животные есть.

— Я тоже это заметил.

— Как, по-твоему, они затащили Тессу сюда, если не через парадную дверь?

Он пожал плечами и продолжил идти.

— Предполагаю, что есть десятки способов проникнуть в это место, а мы просто воспользовались самым очевидным.

Мы двинулись дальше, и я была рада, что пол казался прочным. Я решила, что под нами нет подземного уровня, поэтому часть моей тревоги отступила, мы не провалимся сквозь доски.

Внезапно тишину пронзил вопль. Я застыла на месте.

— Что это было?

— Что именно?

Звук повторился, тот же резкий, высокий вопль, который, казалось, доносился отовсюду и ниоткуда одновременно. Все волоски на моём теле встали дыбом.

— Ты не слышал?

— Нет.

Что-то коснулось моего тела, словно ледяная рука провела пальцами по коже. Я подпрыгнула, и в тот же миг голос прошептал мне в ухо:

— Девушка силы и мощи, тайн и тьмы. Я вижу тебя. Я вижу тебя насквозь. Я чувствую твои кости.

— Какого чёрта! — взвизгнула я и в прыжке врезалась в спину Огненного Волка.

Он резко обернулся, и я прижалась к его груди. За моей спиной раздался заливистый смех, который растаял во тьме, будто поглощённый самой лечебницей.

Меня била дрожь.

— Что случилось? — резко спросил охотник.

Я снова вздрогнула и обхватила себя руками. Он всё ещё стоял близко, но я отступила достаточно, чтобы больше не касаться его груди.

— Ты не слышал этот голос?

Несколько мгновений он молчал, и единственным слышимым звуком было моё учащённое дыхание.

— Нет, — ровно ответил Огненный Волк. — Что он сказал?

— Что-то о силе и мощи, тайнах, костях. Жуть какая-то. Я не знаю. Но он коснулся моей кожи. Я почувствовала холодные пальцы на себе. — Меня передёрнуло.

Его тёплая ладонь легла мне на спину.

— Призраки. Ты, видимо, чувствительна, если ощущаешь их. В таких местах их полно.

Призраки? Серьёзно? Это было что-то новенькое. Я могла честно сказать, что никогда раньше не видела и не слышала призраков. Меня снова затрясло.

— Жуть с большой буквы.

Он ответил тихим смешком, а затем предупредил уже более серьёзным тоном:

— Держись ближе ко мне.

Мне не нужно было повторять дважды. Чем глубже мы проникали внутрь лечебницы, тем ближе я прижималась к Огненному Волку. Внутри царила странная тишина, и к этому месту липла какая-то энергия, словно его бывшие обитатели до сих пор бродили по лестницам и бесконечным гулким коридорам. К счастью, я больше не ощущала ледяных пальцев на своей коже и не слышала призрачного бормотания, но мой психический дар работал на полную мощность.

Осколки энергии цеплялись за стены и предметы. Каждые несколько шагов передо мной возникал мысленный образ: пациент, привязанный к кровати, с остекленевшим взглядом, устремлённым в потолок; женщина с длинными тёмными волосами, кричащая и бьющаяся о стену; санитары в бледно-зелёной одежде, волокущие мужчину вниз по лестнице, его ноги с глухим стуком ударяются о ступени; ребёнок, сжимающий в руках осколок стекла и снова и снова режущий им свои руки.

Каждый раз, когда появлялся новый образ, я вздрагивала, потому что знала, что это не галлюцинации. Я улавливала отголоски прошлого. Ужасные, чудовищные вещи происходили в этих стенах, и их осколки касались моего разума, царапая мои чувства и притягивая к себе мою психическую магию.

Не помогало и то, что скудный свет, проникающий в здание через входные двери и разбитые окна, давно исчез. Чем глубже мы заходили, тем больше было заколочено окон, и мне приходилось всё больше полагаться на охотника, чтобы он вёл меня, в то время как непрошеные образы вползали в мои мысли.

Несколько раз я врезалась в его спину, когда особенно сильный отголосок звучал рядом. Я жадно вдыхала цитрусовый запах охотника, позволяя ему удержать меня и вернуть в реальность. К счастью, Огненный Волк не возражал. Каждый раз, когда я касалась его, он придерживал меня, словно хотел заверить меня, что он всё ещё рядом.

И всё же, было удивительно, что его не раздражали мои толчки и спотыкающиеся шаги, особенно учитывая его угрозу в баре расчленить меня, если я когда-нибудь посмею коснуться его снова. Так что, возможно, в нём действительно были джентльменские качества.

Я вздрогнула от этой мысли. Да, и небо фиолетовое. Я понятия не имела, что в этом охотнике реально, а что игра. Но одно я начала понимать: он был настолько же обезоруживающим, насколько и смертоносным, и он был мастером скрываться за маской, показывая только то, что сам хотел показать. Эти черты делали его очень опасным.