Селия посмотрела на меня.

Долго молчала.

Потом сказала:

— Потому что мой отец тоже может оказаться участником расследования. И я не хочу, чтобы он скрывал документы ради Альдара.

Я кивнула.

Ответ был честным.

Не красивым.

Не исполненным внезапной сестринской солидарности.

Просто человек пытался защитить собственную семью от последствий чужих решений.

— Вы знали, что он женат, когда начали отношения? — неожиданно спросила я.

Аурелия подняла голову.

Вопрос не имел отношения к поставкам.

Я понимала это.

Но почему-то именно сейчас захотелось услышать ответ.

Селия побледнела еще сильнее.

— Да.

Я медленно выдохнула.

Она продолжила:

— Альдар сказал, что ваш брак давно существует только формально. Что вы живете каждый своей жизнью и развод уже обсуждается.

Я горько усмехнулась.

— Очень удобно.

Селия опустила глаза.

— Я понимаю, что вы не обязаны мне верить.

— И не собираюсь обсуждать с вами наш брак, — ответила я.

Она кивнула.

Некоторое время мы молчали.

Потом Селия тихо сказала:

— Мне жаль, что все произошло именно так.

Я посмотрела на нее.

— Мне тоже.

И это было правдой.

Аурелия закрыла папку.

— Госпожа Руан, благодарю за предоставленные сведения. Мы проведем независимую проверку подлинности и происхождения документов. Ваши показания будут оформлены отдельно.

Селия поднялась.

Перед уходом она задержалась возле меня.

— Нора...

Я посмотрела на нее.

Она явно хотела сказать что-то еще.

Но в конце концов произнесла:

— Надеюсь, вы получите то, что принадлежит вам.

Я ответила не сразу.

— Я тоже.

Селия ушла.

И я поняла, что больше не испытываю желания сравнивать себя с ней.

Она была молодой, красивой и обладала магической связью с Альдаром.

Но все это перестало иметь отношение к моей жизни.

У меня теперь были другие заботы.

И другой мужчина.

Которого я любила не потому, что какая-то сила назвала его моей судьбой.

Вечером того же дня я снова встретилась с Аурелией Син.

На этот раз разговор касался только моих разработок.

Магистрат положила передо мной результаты предварительной проверки спорного соглашения.

— Госпожа Элден, экспертиза оригинала пока не завершена. Но установлено несколько обстоятельств, которые необходимо обсудить.

Я села.

— Слушаю.

— Во-первых, Цеховая палата официально подтвердила ваше авторство ряда ранних технических решений.

Я кивнула.

— Да.

— Во-вторых, регистрационные записи показывают, что некоторые разработки существовали за несколько лет до вашего брака.

— Именно.

— В-третьих, оригинал соглашения, который представил торговый дом, вызывает вопросы по оформлению. В архивном журнале пока не обнаружена независимая запись о вашем личном присутствии при подписании.

Я почувствовала, как сердце забилось быстрее.

— Значит, его признали подделкой?

Аурелия покачала головой.

— Нет. Пока рано делать такой вывод.

Она подняла лист.

— Но этих обстоятельств достаточно, чтобы сохранить временную защиту ваших профессиональных прав. До окончательного решения вы можете использовать собственные зарегистрированные ранние разработки, если это не нарушает иных действительных договоров.

Я медленно выдохнула.

— А спорное соглашение?

— Его действительность будет установлена отдельно. Мы также запросили образцы подписей и документы, сопровождавшие регистрацию.

Я кивнула.

Все происходило гораздо медленнее, чем хотелось.

Но теперь я понимала почему.

Суд не мог решить сложный имущественный спор только потому, что мне очень хотелось справедливости.

Требовались доказательства.

И они постепенно появлялись.

— Еще один вопрос, — сказала Аурелия.

Я подняла голову.

— Да?

— Вы намерены продолжать работать на Севере после окончания нынешнего контракта?

Вопрос оказался неожиданным.

— Пока не решила.

— Понимаю. Но если собираетесь открыть собственное дело, советую уже сейчас подготовить перечень разработок, которыми вправе пользоваться независимо от торгового дома Вейров.

Я задумалась.

Собственная мастерская.

Я мечтала о ней еще до свадьбы.

Потом перестала.

Теперь мысль возвращалась все чаще.

— Спасибо, — сказала я.

Аурелия коротко улыбнулась.

— Это не совет магистрата по личным вопросам. Просто деловая рекомендация человеку, который, судя по документам, умеет работать.

Я невольно рассмеялась.

— Тогда обязательно подумаю.

На девятый день после бури торговый дом Вейров оказался в центре официального расследования.

Об этом мне сообщил не Рейнар и не Ивар.

Я увидела объявление в городской канцелярии.

В нем говорилось, что часть северных контрактов торгового дома временно приостановлена, а ряд финансовых операций подлежит проверке.

Позднее Ливия Кэрн передала мне подробности.

Следствие обнаружило платежи посреднику, через которого проходили незаконно выведенные со склада пластины.

Кроме того, производственные документы подтвердили, что компания изменила состав проводников, зная об отсутствии полного цикла испытаний.

Но самым неприятным для Альдара оказалось другое.

После первых сообщений о неисправностях он распорядился продолжить поставки по измененной спецификации и не сообщил заказчику обо всех известных ограничениях конструкции.

Это уже нельзя было объяснить обычной ошибкой технического отдела.

У него имелись предупреждения.

И возможность остановить поставки до проверки.

Но он предпочел сохранить контракт.

Ливия не стала обещать немедленного обвинительного приговора.

— Сейчас важно доказать, какие сведения Альдар получил лично и какие решения принимал, — объяснила она во время нашей связи. — Подпись под документом устанавливает ответственность за утверждение, но для уголовного обвинения необходимо подтвердить и другие обстоятельства.

— А подделка моего соглашения?

— Проверяется. Вопрос еще открыт.

Я посмотрела на лежавшие передо мной журналы.

— Значит, мы пока ничего не выиграли окончательно.

Ливия фыркнула.

— Нора, у вас официально подтверждено авторство ранних разработок, сохранены инструменты, приостановлены сомнительные требования бывшего супруга и появились новые доказательства. Это не окончательная победа, но и не пустяк.

Я невольно улыбнулась.

— Вы правы.

— Я обычно права. Именно поэтому вы мне платите.

Я рассмеялась.

Она тоже.

Потом ее голос стал серьезнее.

— И еще. Не пытайтесь самостоятельно связываться с Альдаром по вопросам расследования. Если он захочет что-то сообщить, пусть делает это через представителей.

— Не собиралась.

— Прекрасно. Тогда займитесь собственным будущим. Судебные процедуры мы продолжим без вашего ежедневного участия.

Связь оборвалась.

Я долго сидела возле стола.

Впервые за много лет мне не нужно было лично убеждать Альдара, что он неправ.

Это делали документы.

Эксперты.

Следователи.

И независимые люди, которые не имели отношения к нашему браку.

А я могла просто работать.

На десятый день после бури случилось то, чего я совсем не ожидала.

Ивар позвал меня в мастерскую и попросил проверить новую схему распределения.

Я подошла к столу.

На нем лежал чертеж переходного узла, который мы использовали во время катастрофы. Только теперь он был аккуратно переработан и дополнен новыми ограничителями.

В правом углу стояли три имени.

Ивар Хольм.

Мик Фарр.

Нора Элден.

Я остановилась.

— Что это?

Старый механик поднял голову.

— Проект новой аварийной системы. Собираемся официально передать его городской технической комиссии.