— Мне тоже, — ответила я.

Он ушел.

А я осталась стоять в коридоре.

Этот разговор не доказывал, что Альдар лично изменял чертежи. Но теперь я хотя бы понимала, где искать часть ответов.

И впервые почувствовала, что не все сотрудники торгового дома готовы безоговорочно поддерживать своего руководителя.

Альдар ждал меня у лестницы.

Разумеется.

Я почти не удивилась, когда увидела его.

Он стоял возле окна, держа в руке перчатки. Фосса рядом не было.

— Нам нужно закончить разговор, — сказал он.

Я остановилась.

— По техническим вопросам все решения приняты. Остальные обсуждай с Ливией Кэрн.

— Нора, прекрати.

Я посмотрела на него.

— Что именно?

— Разговаривать со мной как с чужим человеком.

Слова прозвучали неожиданно.

На мгновение мне даже стало смешно.

— А кем ты мне теперь являешься, Альдар?

Он поморщился.

— Мы были семь лет вместе. Это не исчезает за один день.

— Нет, не исчезает.

Я произнесла это спокойно.

Потому что он был прав.

Семь лет нельзя просто вычеркнуть из памяти. Я все еще помнила, какой чай он любил по утрам, как морщился, если в супе попадался лавровый лист, как смеялся над собственными неудачными шутками.

Но ни одна из этих мелочей не означала, что я должна позволять ему распоряжаться моей жизнью.

— Тогда почему ты пытаешься уничтожить все хорошее, что между нами было? — спросил он.

Я медленно выдохнула.

— Я?

— Ты приехала сюда, начала расследование, теперь обвиняешь меня в подделке документов.

— Потому что я не подписывала соглашение, которое ты представил.

— Ты могла забыть.

— Нет.

Альдар раздраженно провел рукой по волосам.

— Нора, я не хочу доводить дело до суда.

— Тогда отзови документ и предоставь оригинал для независимой проверки.

Он помолчал.

— Ты понимаешь, что это означает для моей репутации?

— Я понимаю, что у меня есть право проверить бумагу, которую мне приписывают.

Он приблизился.

— Послушай. Я готов предложить тебе другой выход.

Я скрестила руки.

— Какой?

— Мы заключим соглашение. Ты получишь компенсацию за свою прежнюю работу. Значительную. Сможешь открыть собственную мастерскую, купить дом, нанять людей.

— В обмен на что?

Он немного замялся.

— На урегулирование претензий. Без публичного скандала.

— И без дальнейшей проверки северных поставок?

Альдар не ответил сразу.

Я поняла.

— Сколько ты готов заплатить, чтобы я перестала задавать вопросы?

— Не говори так. Я предлагаю тебе возможность начать новую жизнь.

— Я уже начала.

Он оглядел коридор.

— В военной крепости? Среди людей, которым ты ничего не должна и которые завтра забудут о тебе, как только найдут другого мастера?

Я почувствовала знакомую боль.

Он произнес именно то, чего я боялась.

Что снова окажусь полезной лишь до тех пор, пока могу что-то исправлять. Что люди будут уважать мои знания, но не меня саму.

На мгновение захотелось ответить резко.

Сказать, что генерал уже относится ко мне лучше, чем Альдар за последние годы.

Но я остановилась.

Это было бы несправедливо и по отношению к Рейнару, и по отношению к самой себе.

Я не собиралась использовать одного мужчину, чтобы доказать что-то другому.

— Я заключила официальный контракт, — сказала я. — Меня наняли выполнить конкретную работу. Когда она закончится, я сама решу, что делать дальше.

Альдар посмотрел на меня с раздражением.

— Ты стала слишком самоуверенной.

— Возможно.

— Этот Север плохо на тебя влияет.

Я устало улыбнулась.

— Ты говоришь так, будто это болезнь.

Он сделал еще одну попытку.

— Нора, давай без вражды. Я не прошу тебя вернуться. У нас обоих теперь другая жизнь. Но зачем уничтожать то, что мы построили вместе?

Я посмотрела ему в глаза.

— Потому что некоторые вещи, которые мы построили, могут оказаться опасными для людей.

— Ты прекрасно знаешь, что я никогда сознательно...

Он замолчал.

Я ждала продолжения.

Альдар отвел взгляд.

— Я никогда не поставил бы под угрозу целый город ради нескольких монет.

— Тогда предоставь все испытания.

— Я не занимаюсь каждым расчетом лично.

— Но изменения подписал ты.

— Потому что доверял специалистам.

— А когда я говорила тебе, что сплав требует дополнительных проверок?

Он нахмурился.

— Мы обсуждали десятки проектов. Ты не можешь ожидать, что я помню каждое замечание.

— Я помню.

И в этот момент я поняла, что больше не хочу продолжать разговор.

Не потому, что получила все ответы.

Наоборот.

Ответов не было.

Была только привычная попытка убедить меня, что мои вопросы неудобны, мои сомнения преувеличены, а интересы Альдара важнее всего остального.

— Мне пора работать, — сказала я.

Он резко поднял голову.

— Нора...

— Если хочешь заключить соглашение, направь предложение моему поверенному. Я прочитаю его и отвечу.

Я обошла его.

На этот раз он не попытался остановить меня.

Но уже возле лестницы я услышала:

— Ты пожалеешь, что не захотела решить все спокойно.

Я замерла.

Потом медленно обернулась.

— Я уже жалею, Альдар.

Он посмотрел на меня с ожиданием.

— О чем?

— Что не начала читать наши договоры гораздо раньше.

И ушла.

В мастерскую я вернулась почти в сумерках.

Ивар сидел над отчетами, а Мик пытался разобраться в новых складских номерах.

Увидев меня, старый механик отложил карандаш.

— Живы?

Я улыбнулась.

— Пока да.

— Хорошо. Тогда садитесь. У нас тут есть новости.

Я сняла куртку.

— Какие?

Ивар подвинул мне новую ведомость.

— На четвертом маяке сняли еще один проводник из той же партии. Состав предварительно совпадает с предыдущими образцами. А вот на втором две пластины оказались нормальными, хотя в документах значились как новая модификация.

Я нахмурилась.

— Возможно, использовали старый складской запас.

— Возможно. Но маркировка на одной пластине новая.

— Нужно проверить, не перепутали ли партии при монтаже.

— Именно.

Мик поднял голову.

— А если перепутали специально?

Ивар посмотрел на него.

— Мик, запомни простое правило. Когда не знаешь, почему произошла ошибка, сначала выясняй, как именно она произошла. Потом уже ищи человека, который мог ее допустить.

Парень кивнул.

Я почувствовала благодарность к старому механику.

Мне и самой было необходимо постоянно помнить это правило.

После разговора с Альдаром подозрения стали сильнее. Но злость не делала их доказательствами.

Мы еще около часа разбирали документы.

Потом я заметила, что цифры начинают расплываться перед глазами.

Вспомнила обещание Тессе и закрыла журнал.

— На сегодня хватит.

Ивар удивленно поднял голову.

— Что?

— Я сказала, что на сегодня хватит. Остальное проверим утром.

Он внимательно посмотрел на меня.

— Вы заболели?

Я рассмеялась.

— Нет. Просто устала.

Старый механик довольно крякнул.

— Значит, обучение идет успешно.

Мик тоже улыбнулся.

Я собрала бумаги.

— До завтра.

Ивар проводил меня взглядом.

— Нора.

Я остановилась.

— Да?

Он помолчал.

— Вы сегодня хорошо держались.

Я почувствовала, как щеки теплеют.

— На совещании?

— И там тоже.

Мне вдруг захотелось обнять этого ворчливого человека.

Но я ограничилась улыбкой.

— Спасибо, Ивар.

— Идите уже. Пока я не передумал.

В коридоре возле лазарета я столкнулась с Тессой.

Она несла корзину с чистыми повязками и выглядела уставшей.

— А вот и наша знаменитая столичная мастерица, — сказала она.

Я нахмурилась.

— Знаменитая?