Я кивнула.

Это было разумно.

Альдар вошел вместе с Фоссом и двумя сопровождающими из своего технического отдела.

Одного из них я узнала.

Леон Варс.

Молодой инженер, которого мы приняли на работу три года назад. Я сама когда-то объясняла ему особенности рунных соединений. Позднее он стал руководить небольшим отделом технических расчетов.

Увидев меня, Леон отвел глаза.

Почему-то это задело сильнее, чем я ожидала.

Рейнар сел во главе стола.

— Начнем. Цель сегодняшнего совещания — установить техническое состояние поставленных деталей, оценить риски для защитной сети и определить порядок дальнейших проверок.

Он сделал короткую паузу.

— Имущественные споры между частными лицами не являются предметом этого рассмотрения.

Альдар слегка наклонил голову.

— Разумеется.

— Мастер Хольм, доклад.

Ивар поднялся.

Он говорил без украшений.

Назвал даты неисправностей, показал записи седьмого маяка, объяснил, почему пришлось снизить мощность, и перечислил меры временной стабилизации.

Затем передал слово мне.

Я встала.

На столе лежали три металлических образца, каждый под отдельной печатью.

— Мы исследовали проводники, снятые с седьмого, четвертого и второго маяков, — начала я. — Результаты подтверждены городской пробирной мастерской. Первый и второй образцы содержат примерно девятнадцать с половиной частей серебра из ста. Третий — немного больше двадцати восьми.

Я показала соответствующие строки.

— Первоначальная спецификация предусматривала не менее двадцати восьми частей. Позднее требования были изменены.

Альдар поднял руку.

— Позвольте уточнить: изменение было официально согласовано заказчиком.

— Да, — ответила я. — Именно поэтому исследуемые детали не обязательно изготовлены с нарушением новой спецификации. Однако остается вопрос, подходит ли измененный состав для работы системы при предельной нагрузке.

Рейнар кивнул.

— Продолжайте.

Я показала схему распределителя.

— Кроме состава металла, обнаружена особенность соединения. При обратном потоке часть нагрузки проходит через участок, не имеющий полноценного ограничителя. На седьмом маяке это привело к повторяющемуся перегреву.

Леон Варс поднял голову.

— Простите, но подобное соединение используется в десятках наших устройств.

Я посмотрела на него.

— В каких условиях?

— В отопительных контурах и распределителях.

— С постоянным направлением потока?

Он замялся.

— В большинстве случаев.

— Вот именно. Здесь система работает иначе. Когда соседние маяки компенсируют нагрузку, направление на отдельных участках может кратковременно изменяться.

Леон взял карандаш.

— Но в расчетах предусмотрена обратная устойчивость.

— Тогда покажите испытания, подтверждающие ее при температуре Белой Стужи.

Он посмотрел на Альдара.

Я заметила этот взгляд.

Не испуганный. Скорее растерянный.

Как будто Леон надеялся, что руководитель ответит вместо него.

Альдар неторопливо открыл папку.

— Наш технический отдел провел необходимые расчеты. Мы готовы представить их командованию.

— Расчеты уже получены, — сказал Ивар. — Нам нужны исходные измерения.

Альдар повернулся к нему.

— Мастер Хольм, вы прекрасно понимаете, что производственные испытания относятся к внутренним документам компании.

Ивар пожал плечами.

— А вы прекрасно понимаете, что у меня выходят из строя ваши детали.

Рейнар поднял руку.

— Давайте без повторений. Господин Вейр, проведены ли испытания в режиме обратной нагрузки и предельного охлаждения?

Альдар посмотрел на Леона.

Тот выпрямился.

— Проводились расчетные моделирования. Полный полевой цикл в условиях Белой Стужи провести не удалось из-за сезонных ограничений.

В зале стало тихо.

Я почувствовала, как у меня сжались пальцы.

— Значит, полевых испытаний в предельном режиме не было? — уточнила я.

Леон покраснел.

— Не в полном объеме.

Альдар вмешался:

— Но математическая модель подтвердила безопасность. И обычные испытания показали хорошие результаты.

Я посмотрела на него.

— Тогда почему на седьмом маяке соединение перегрелось при нагрузке ниже предельной?

Он нахмурился.

— Могла быть ошибка монтажа.

Ивар резко поднял голову.

— Монтаж выполняли мои люди. По утвержденной схеме.

— Я никого не обвиняю, — быстро сказал Альдар. — Просто перечисляю возможные причины.

Рейнар посмотрел на меня.

— Госпожа Элден, монтаж проверяли?

— Да. Размеры креплений и расположение проводников соответствуют утвержденному чертежу в пределах допусков. Это внесено в журнал осмотра.

— А причина перегрева окончательно установлена?

— Нет. Но испытания снятой детали показали нестабильность при обратном импульсе. Мы повторили проверку на двух независимых приборах.

Я передала секретарю протокол.

Рейнар внимательно прочитал страницу.

— Значит, сейчас мы имеем подтвержденную неисправность, но не доказали, на каком этапе допущена ошибка: при проектировании, изготовлении либо использовании.

— Именно, — ответила я.

Альдар на мгновение расслабился.

Он, вероятно, решил, что осторожность моих формулировок играет ему на руку.

Но Рейнар продолжил:

— И пока это не выяснено, использовать детали данной модификации на полной нагрузке опасно.

Альдар резко поднял голову.

— Генерал, остановка поставок создаст серьезные проблемы. У нас уже подготовлены дополнительные партии, доставка оплачена.

— Я не обсуждаю ваши расходы, господин Вейр. Я обсуждаю безопасность долины.

— Но необоснованный запрет...

— Он будет действовать до независимой проверки, — спокойно перебил Рейнар. — Не дольше и не меньше необходимого.

Впервые за все совещание Альдар замолчал.

Я посмотрела на генерала.

Он не защищал меня.

Не выступал против моего бывшего мужа из личных соображений.

Он просто принимал решение на основании доказательств.

И именно поэтому мне хотелось доверять ему все больше.

После технического доклада началось обсуждение дальнейших работ.

Ивар предложил проверить все соединения, установленные по измененной спецификации. Леон согласился предоставить дополнительные производственные ведомости, но предупредил, что часть материалов хранится в столице.

Грон Хасс настаивал на том, чтобы не изымать новые детали из складского резерва до завершения официального расследования.

Я поддержала это требование.

— Если мы сейчас начнем менять все подряд, — объяснила я, — потеряем возможность установить, какие именно партии имеют отклонения. Сначала нужно составить опись и отобрать образцы под независимым контролем.

Ивар кивнул.

— Согласен. Но работающие башни будем ремонтировать по состоянию. Ждать суда из-за каждого болта не станем.

— Разумеется.

Рейнар утвердил порядок.

Детали подозрительных партий должны были оставаться отдельно от проверенного резерва. Каждое изъятие сопровождалось записью. Испытания проводились совместно крепостными механиками и независимым специалистом.

Затем Альдар попросил слово.

— Прежде чем мы завершим, хотел бы обратить внимание командования на одно обстоятельство.

У меня неприятно похолодело внутри.

Я уже знала этот тон.

Так Альдар обычно начинал разговор, к которому заранее подготовил все необходимые документы.

— Слушаем, — сказал Рейнар.

— Я не подвергаю сомнению право крепости проводить техническую проверку. Однако считаю необходимым отметить, что госпожа Элден не является полностью независимым экспертом.

Ивар недовольно пошевелился.

Я осталась сидеть.

Альдар продолжил:

— До недавнего времени она состояла со мной в браке и работала над проектами торгового дома. В настоящее время между нами существует имущественный спор. Некоторые результаты ее работы могут быть непосредственно связаны с предметом этого спора.