На первый взгляд конструкции отличались.

Моя старая грелка была маленькой, рассчитанной на несколько часов работы. Северный маяк представлял собой огромное сооружение, через которое проходила энергия глубинного теплового источника.

Но размер не менял принципа.

На всех трех рисунках поток проходил через дополнительную рунную петлю. И на двух из них — самом старом и северном — присутствовала характерная засечка возле внутреннего изгиба.

Я сама когда-то нарисовала ее, чтобы отметить место, где чаще всего ошибалась при сборке.

Потом мастер Верн заставил меня убрать отметку из окончательного проекта.

— Чертеж должен помогать мастеру, Нора, а не хранить историю твоих мучений, — говорил он.

Я тогда обиделась.

Теперь хотелось лично поблагодарить старика.

Сходство было слишком подробным, чтобы просто забыть о нем. Но вывод, к которому оно подталкивало, мне совершенно не нравился.

Я достала отдельный лист.

«Седьмой маяк. Возможное использование ранней версии соединения Элден. Требуется установить источник чертежа и последовательность изменений».

Написав это, я некоторое время смотрела на бумагу.

А потом зачеркнула слово «использование» и написала «совпадение конструкции».

Пока мне не было известно, кто взял рисунок, когда это произошло и видел ли человек, работавший над модернизацией, мою окончательную исправленную версию.

Нельзя было подменять доказательства обидой на бывшего мужа.

Особенно теперь.

Я убрала ученические журналы в отдельную папку и закрепила ее личной печатью. Оригиналы мне еще понадобятся для судебного спора. А для северного расследования следовало изготовить заверенные копии и зарегистрировать их у крепостного писаря.

В дверь постучали.

— Открыто.

На пороге появился Мик.

В одной руке он держал ящик с инструментами, в другой — маленький бумажный пакет.

— Доброе утро, госпожа Элден.

— Доброе.

Он посмотрел на сверток возле моей руки.

— Ага. Ивар все-таки принес.

— Ты знал?

— Он вчера спрашивал повара, можно ли оставить вам завтрак. Только просил никому не рассказывать.

— Значит, ты уже рассказал.

Мик смутился.

— Ну... вам же можно.

Я рассмеялась.

— Что у тебя в пакете?

— Детали со склада. Ивар велел передать. А еще пришел ответ по образцам сплава.

Я сразу отложила карандаш.

— Уже?

— Только предварительный. Полную проверку обещают завтра.

Мик поставил ящик на стол и достал сложенный лист.

Я быстро пробежала глазами записи.

Складской мастер проверил плотность материала, его реакцию на стандартный пробный реагент и сравнил образец с эталонными пластинами. Исследование не позволяло точно установить долю серебра, но указывало на заметное отклонение от первоначальной спецификации.

Я нахмурилась.

— Кто передал результат?

— Мастер Варен из городской пробирной. Он сказал, что для точного заключения нужна отдельная навеска.

— Образец у него остался?

— Да. Ивар лично передал половину снятой перемычки под опись. Вторую половину запечатали в крепостном хранилище.

— Хорошо.

Я снова прочитала цифры.

По первому расчету содержание серебра в проводнике должно было составлять не менее двадцати восьми частей из ста. Предварительные измерения показывали, что фактическая доля могла быть значительно ниже.

Если это подтвердится, перегрев станет объяснимее.

Серебро было не просто дорогой добавкой. В нашем деле оно обеспечивало устойчивость магического потока при резких изменениях температуры. Чем меньше серебра, тем сильнее зависимость проводника от режима нагрузки.

При небольших колебаниях разница могла почти не проявляться.

Но Белая Стужа не создавала небольших колебаний.

— Ивар в мастерской? — спросила я.

— Да. Ругается с начальником снабжения.

— Из-за чего?

Мик понизил голос:

— Ему не дают открыть резервный склад.

Я взяла папку.

— Тогда пойдем разбираться.

Начальника снабжения звали Грон Хасс.

Это был крупный мужчина лет сорока семи, с тяжелым подбородком и коротко остриженными волосами. Его форменный сюртук сидел безупречно, а на столе лежал такой ровный ряд документов, что мне стало немного стыдно за собственную рабочую комнату.

Когда мы вошли, он как раз говорил Ивару:

— Если выдавать серебряный сплав под каждую неисправность, через месяц у нас ничего не останется.

— Если не выдавать, через месяц сплав уже может не понадобиться, — ответил механик. — Потому что чинить будет нечего.

Грон заметил меня.

— А, госпожа из столицы. Вы, вероятно, и есть новый специалист?

— Нора Элден.

— Грон Хасс. Начальник снабжения Северного Уступа.

Он слегка поклонился.

— Надеюсь, вам обеспечили все необходимое для работы.

— Пока да. Но нам действительно понадобятся материалы для проверки остальных маяков.

— Я уже объяснял мастеру Хольму, что расход необходимо согласовывать.

— Согласуем, — сказала я. — Могу представить перечень с расчетом количества.

Грон посмотрел на меня с большим интересом.

— Разумный подход. Именно этого я и прошу.

Ивар недовольно хмыкнул.

— Я вчера такой перечень передал.

— Вы просили выдать весь запас старого серебряного сплава, — спокойно ответил Грон. — Без подтверждения, что он действительно потребуется.

— Потому что новый работает неправильно!

— Это пока ваше предположение.

Я положила на стол предварительный отчет пробирного мастера.

— Уже не только предположение. Есть признаки несоответствия состава. Завтра ожидаем точные результаты.

Грон взял лист.

Его выражение почти не изменилось, но читать он стал заметно внимательнее.

— Пробирная мастерская проверяла поврежденную деталь?

— Да.

— Металл мог изменить свойства при перегреве.

— Некоторые свойства — да. Но потеря серебра из всего объема проводника при штатной температуре не объясняется обычной эксплуатацией. Мы отдельно проверим материал из неповрежденной части той же партии.

Он помолчал.

— Хорошо. В таком случае я выделю необходимое количество старого сплава. Но только под опись.

— Именно так и требуется, — ответила я.

Ивар посмотрел на меня с удовлетворением.

Грон отложил лист.

— Мне известно, что вы раньше работали в торговом доме Вейров.

Я почувствовала неприятное напряжение.

— Да.

— Тогда должны понимать, что серьезная производственная компания не выпускает детали без проверок.

— Должна не выпускать.

Он приподнял бровь.

— Простите?

— Я сказала, что компания обязана проводить проверки. А были ли они выполнены должным образом, нам еще предстоит установить.

Грон медленно сложил руки на столе.

— Вы подозреваете нарушения?

— Я проверяю неисправное оборудование.

— Разница существенная.

— Именно поэтому я не делаю выводов раньше исследования.

Некоторое время он смотрел на меня. Затем взял печать и поставил разрешение на выдачу материалов.

— Получите со склада пять стандартных пластин. Если понадобится больше, представьте новый запрос.

— Благодарю.

Мы забрали бумагу.

Уже у двери Грон добавил:

— Госпожа Элден, надеюсь, ваши прежние семейные обстоятельства не повлияют на объективность заключения.

Я остановилась.

Ивар тоже замер.

Мне потребовалось мгновение, чтобы справиться с раздражением.

— Мое семейное положение указано в документах, — ответила я. — Как и результаты измерений. Если у вас возникнут сомнения, можете заказать независимую экспертизу. Я сама это предложила командованию.

Грон слегка кивнул.

— Рад слышать.

Мы вышли в коридор.

Ивар несколько шагов молчал, затем выругался так выразительно, что Мик кашлянул.

— Не при ученике, — заметила я.

— Пусть знает, какие бывают люди.

— Я уже знаю, — негромко сообщил Мик.