Но приятно было заметить, что не все деревья такие... ну, злобные. Некоторые деревья он узнавал, том числе и то, которое они с друзьями называл! «Большой уродец» и в котором он когда-то построил форт из досок, украденных со стройки нового дома Саннидейле. 

И поляна. Она была ему знакома, но раньше выглядела иначе.

Это было большое поле посреди леса, с большим, дубом, поднимавшимся к небу и скальными выходами. Когда они были мальчишками, то выдумывали самые интересные причины, по которым древним цивилизациям приходилось строить такие конструкции. Потому что они выглядели искусственными, будто отрезанными от остального леса.

Сейчас на поляне кишели твари. Они были такие темные, что даже поглощали свет луны. Брайан стоял в большой клетке, сколоченной из бамбука, а Золотинка лежала у его ног. Она была без сознания, и все попытки привести ее в чувство результата не дали.

Золотинка выглядела ужасно. Одежда — вернее то, что от нее осталось, — превратилась в грязные лохмотья. Раны кровоточили. Он подозревал, что она давно нс ела. Сквозь клочья ткани просвечивали ребра.

Несмотря на противоестественную тьму, Брайан все же кое-что видел в свете трех больших костров, разложенных огромными черными фигурами. Это были создания, о которых говорил им с отцом библиотекарь-англичанин. Дикая Охота. Те самые, которые набросили на него сеть и уволокли.

Взаправду. По-настоящему. Так оно и было.

И было с ним.

Темные фигуры, которые поддерживали костры вокруг поляны, — это и были Охотники. По поляне бродили черные псы, при каждом вздохе испускавшие из ноздрей струйки пламени. Брайан не сразу понял, что их лапы вообще не касаются земли. Гончие ада. Точно такими же были кони с темными пылающими глазами и огнедышащими мордами. Жутко было видеть, что они только ждут команды хозяев. Брайан заметил еще семь черных оленей — все огромные самцы с массивными ветвистыми рогами.

И был их предводитель — Лесной Царь, Повелитель Дикой Охоты, у которого тоже были рога, и росли они из головы.

Мало было того, что Брайан все это видел — он еще и ощущал запахи. Пусть это были тени призраков, но запах зверей был вполне реальным. Как и запах людей, которые составляли Охоту. Некоторые смотрели на него и Золотинку с глубокой грустью, но в большинстве своем они либо смеялись, либо просто их не замечали.

— Шок? — позвал его тихий голос.

Он глянул и увидел, что Золотинка очнулась. Глаза ее превратились в два сплошных синяка.

— Брайан, — сказал он. — Меня зовут Брайан.

Имя «Шок» казалось таким классным когда-то. Он был бунтовщиком, живущим на грани. Теперь же он очень хотел снова оказаться дома, а время, проведенное на улицах, раз и навсегда оставить в прошлом. Но, похоже, это невозможно, и у него не будет шанса поладить с отцом.

— Что они с нами сделают? — спросила Золотника.

Поглядев в ее расширенные почерневшие глаза, он подумал о том, что она еще ребенок.

— Не знаю, — только и сказал он.

Охотники замелькали вокруг, будто в ответ на неслышимый призыв к действию. Потом Брайан увидел несколько таких тварей, что испугался еще больше.

Ужас начался тогда, когда Лесной Царь унес его от отца, но это было только начало. Затаившись в лесах, мелькая между ветвями деревьев, позади лошадей и Охотников двигались десятки призрачных тварей. Привидения. У них была форма. Были лица. Но они явно были прикованы к Охоте. Такие же пленники Лесного Царя, как Брайан и Золотинка.

Это были чудовища, монстры — по-другому не назовешь. Еще отвратительнее были маленькие зеленые человечки — злобные мелкие твари, которых библиотекарь назвал «темные эльфы».

Лесной Царь отдал какой-то приказ на языке, которого Брайан раньше не слышал, и почти все эти мелкие бестии удрали. Кроме тех, которые резвились в его ветвистых рогах и в бороде, падая ему на плечи и на голову его лошади и мерзко хихикая, будто все это была игра.

Но самым ужасным был сам Лесной Царь. Огромный, с плечами и лицом, густо заросшими шерстью, он был в многослойной меховой одежде. В руке он держал огромную секиру.

Лесной Царь свистнул. Охотники вскочили на лошадей и выстроились вокруг него неровным полукругом. Царь заговорил, и впервые Брайан услышал его речь.

Скоро мы получим то, за чем пришли. И совершим свою месть, — сказал Лесной Царь.

Голос его был негромок, но разносился далеко, заполнял всю поляну, поднимался к вершинам самых высоких деревьев. Когда он говорил, слова звучали так, будто их накладывали на другой звук — низкое, глубокое ворчание, способное исходить из горла рассерженного волка, но никак не человека.

— Мы поскачем за ними, моя собственная плеть ляжет на плечи каждого обжоры. Эта поляна призывает нас, здесь наше место, и здесь у нас вечно расстилается ночь, в которой мы ведем Охоту. Но сначала — к нашим пленникам.

И Лесной Царь сделал то, о чем Брайан даже думать боялся. Человек с рогатой головой обратил пылающий взгляд на Брайана Андерсона и ухмыльнулся сквозь завесу толстой мохнатой бороды.

— Так, теперь посмотрим, — сказал рокочущий голос, и Лесной Царь подскакал к ним.

— О, Господи! — взвизгнула Золотинка, вскакивая на ноги и бессмысленно пытаясь продраться сквозь прутья.

 Лихорадочно размахивая руками, Брайан потянулся к ней, но замер на месте. Он хотел сказать ей, чтобы она не сдавалась, что их ищут. У копов ее медальон. Этот тип Джайлс разбирается в оккультных штуках. И его отец тоже их ищет, наедет и спасет.

Все это хотел он ей сказать, но не мог оторвать взгляд от горящих красных глаз Лесного Царя.

— Я буду говорить просто, — сказал Лесной Царь, и от его утробного рычания Брайан часто задышал, судорожно ловя ртом воздух. — Вокруг вас магия. Черная магия, неподвластная человеческому разуму. Если вы останетесь в живых, будете участниками Дикой Охоты.

Брайан уставился на него в священном ужасе.

— Скакать с... Господи! Вы шутите!

Лесной Царь смотрел на него в упор.

— Присягайте мне на вечную верность, и черная магия свяжет вас этим обетом. Только так я могу поверить вам и принять в ряды Охоты. Но это вам выбирать, дети. Охотники или дичь?

Золотинка зарыдала. Слезы потекли по ее лицу, она упала на пол клетки лицом в грязь.

— Отпустите нас, пожалуйста! — взмолился Брайан. — Мы ничего вам не сделали.

Конь Лесного Царя заржал, пустив струю пламени над головой Брайана. Как будто эта тварь смеялась. Брайан завопил от злобы и страха, гнева и бессилия и заколотил по бамбуковым прутьям клетки, хотя это было совершенно бессмысленно.

— Хорошо, — проскрежетал голос Лесного Царя. — Останешься в клетке.

Волна облегчения захлестнула Брайана. Он ждал, что его выпустят и натравят на него псов или просто убьют на месте. У него появилось время, чтобы думать, строить планы.

 — Я... я пойду с вами, — шепнула Золотника совсем тихо. Брайан надеялся, что Царь не услышал.

— Нет, Конни! — безнадежно крикнул он, поняв по ее голосу, что она сдалась.

Золотинка плакала, но теперь слезы текли по ее щекам беззвучно. Когда не остается надежды, нет нужды кричать и шуметь. Отчаяние безмолвно.

— Тогда пойдем, красавица, — произнес Лесной Царь, и живущий в его сердце зверь, глубинная связь со всем, что есть в природе злобного, довольно рычал при каждом звуке.

Несколько слуг Царя вывели Золотнику из клетки, грубо отбросив Брайана на пол, к жестким прутьям. Ударил в нос резкий запах земли, запах людей. Нечистых и перепуганных людей, которые были в клетке до него, в том числе и Золотники.

Он не хотел думать, куда делись все эти люди.

Золотинку подвели к лошади, на которую она тут же вскочила.

Вид у нее был ужасный.

— Клянешься ли ты мне, Повелителю Дикой Охоты, в верности своей, законами магии и природы порожденной, отныне и навеки, юница? — грозно спросил Лесной Царь.

— Д-да, — заикаясь, произнесла Золотинка. — К-клянусь.

— Как твое имя?

Она ответила не сразу, будто понимая, что названное имя будет ее именем навсегда. И наконец сказала: