Андрей перевёл взгляд на Михалыча, который уже поднялся с корточек, потом на меня.

— Только ты сам сейчас туда не лезь. Я тебя уже знаю, начнётся с «подержи», а потом ты у меня под бойлером окажешься.

— Вызову сантехника, — успокоил я его. — У нас, представь себе, есть и такая услуга.

Я набрал Риту и попросил согласовать со Степанычем, кого можно отправить в клуб. На всякий я попросил прихватить с собой и Машу, почему-то мне показалось, что ей захочется здесь задержаться. И нет, не из-за того, что я «тонко» намекаю на её вес. Подобные намёки всегда казались мне смехотворными. Просто подумал, что ей захочется развеяться, а может и найти кого-то здесь. Пускай даже не для серьёзных отношений. В общем, вряд ли от этого будет хуже, к тому же проблема серьёзная, а она за эти несколько дней смогла доказать, что руки у неё растут и того самого нужного для нашей компании места. Так что лишняя практика не будет лишней.

Рита уточнила, мешала ли течь работе, и записала заявку. Конечно, этим мог бы заняться и Михалыч, но мы, как назло, забыли нужный инструмент в офисе, так что в любом случае пришлось бы туда возвращаться. Пока мы разговаривали, Андрей убрал мокрую тряпку ногой, после чего ещё раз посмотрел на ведро.

— Надо было сразу позвонить, — признал он. — Всё казалось, что мелочь.

— Обычно так и бывает, а потом прорывает, как в прошлый раз, если ты помнишь.

Когда с заявкой разобрались, Михалыч остался в холле, ответив на чей-то звонок, а я спросил Андрея о возвращении в зал. Тот посмотрел на меня без особого восторга.

— Ты уже забыл, что тебе говорил врач?

— Пока без силовых и без резких движений. Но сидеть дома я уже не могу.

— Ты и не сидишь, судя по тому, как часто я слышу, где тебя носит, — ответил Андрей. — Это не причина добавлять тренировку.

— Я не прошу ставить меня в пару. Хотел понять, с чего потом начинать.

— С того, что покажешь рекомендации врача, а не перескажешь то, что ты услышал. Пойдём поговорим.

В зале почти никого не было. Я опустился на край скамьи и поставил трость рядом, стараясь не показать, как затекла нога после машины. Андрей заметил, но сразу ничего не сказал. Он спросил, где ещё болело и после чего становилось хуже. Я начал отвечать привычным «в целом нормально», однако он поднял ладонь, призывая меня прикусить язык.

— Я не для отчёта тебя спрашиваю, Максим. Мне надо понимать, что с тобой.

Пришлось объяснить подробнее. Нога ныла к вечеру, плечо напоминало о себе, если неудачно потянуться. Пока я говорил, мне стало неприятно от собственного перечисления. Утром всё это казалось мелочами, которые можно было не учитывать. И вроде бы моё ускоренное восстановление работало, я даже грехом подумал, что к концу недели забуду о том, что такое боль, но… Судьба вновь внесла свои коррективы, будто напомнила мне особо не выпендриваться, а прислушаться хотя бы раз к тому, о чём говорят мне окружающие.

— Видишь, сколько за словом «нормально», оказывается, скрывалось, — Андрей сел напротив. — А ты ещё хотел проверить нагрузку.

— Хотел понять, на что способен. Я устал обдумывать каждый свой шаг.

— Понимаю, только спешка тебе здесь не поможет.

Разговор шёл спокойно, и я расслабился. Когда мы собрались выходить, я поднялся быстрее, чем следовало, и потянулся за тростью. Плечо дёрнуло, я замер на секунду, надеясь, что Андрей не заметил.

Он заметил.

— Вот сейчас что было? — спросил он.

— Неудачно повернулся.

— А мне минуту назад говорил, что плечо почти прошло.

Я взял трость.

— Не хотел опять выслушивать, что рано.

— Тогда зачем спрашивал? — Андрей не повысил голос, от этого отвечать было ещё неудобнее. — Если ты пришёл за разрешением, которое уже сам себе выдал, я тут не нужен. А если хочешь со мной заниматься, говори как есть.

Я мог бы отшутиться, но он этого не заслуживал. Стоял рядом и тратил на меня время, хотя гораздо проще было отправить домой с порога.

— Ладно, понял, — сказал я. — Плечо ещё болит, особенно к вечеру. Сегодня тоже уже устал.

— Вот с этого и надо было начинать. Присылай, что тебе напишут доктора, а дальше решим, как возвращаться. Без попыток доказать мне, что ты здоровее, чем выглядишь.

— Выгляжу я, между прочим, неплохо.

— Вот внешностью пока и занимайся, — Андрей усмехнулся и открыл дверь в коридор. — С ней у меня споров нет.

Михалыч ждал возле стойки Камилы и что-то объяснял ей по поводу окна, из которого тянуло. Я остановил его раньше, чем он успел договориться ещё об одном обследовании, и мы наконец поехали обратно.

В офисе я задержался чуть дольше, чем собирался. Сперва Рита уточнила завтрашние выезды, а потом пришлось поговорить с Глебом. Я рассказал ему, что его заметку про «левую» фирму я передал в прокуратуру и отдельно объяснил, что он всё сделал правильно.

— Если заметил знакомое название, или что-то, связанное с твой «работой Смирнова» из прошлого, то сразу же сказал мне, — повторил я, когда он снова начал оправдываться. При этом я заметил, что от упоминания «работы» парень скривился. Что ж, заслужил, теперь пускай терпит. — Просто сам никуда не лезь. Думаю, ты понимаешь, что-то может закончиться неприятностями.

Он кивнул и убрал телефон в карман. Хотелось верить, что он меня услышал, и это двойная игра в шпионов не превратится в тройную.

Домой я добрался уже вечером. Нога, как назло, ныла, и слова Андрея теперь казались убедительнее, чем в клубе. Я разогрел ужин и сел за стол, оставив папку закрытой. На телефоне было сообщение от Лены:

«Всё хорошо, завтра будет больше времени, и я смогу позвонить».

Я набрал:

«Буду ждать. Отдохни там хоть немного».

После чего перечитал ответ и отправил, не добавляя вопросов.

Почти сразу пришло сообщение от Светланы с адресом ресторана:

«Напоминаю, пятница, 19:00. Марина столик оставила. Сказала, кормить будет хорошо, допрашивать гостей не собирается».

Я улыбнулся и написал:

«Передай, что я тоже не собираюсь проверять кухню».

Ответ появился быстро:

«Сохранила. Если начнёшь, покажу».

Я положил телефон рядом с тарелкой. И я снова поймал себя на мысли, предстоящий ужин волновал меня сильнее, чем разговор со Скряцким.

Я снова взял телефон, но ничего написать так и не решился. Наверное, всё и без того сказано. Однако где-то внутри приятно грела мысль о том, что Света тоже нервничает. Нет, дело не в том, что я хотел доставить ей какие-то неудобства. Наоборот, она волновалась, а значит, эта встреча тоже что-то для неё значит.

Но одновременно с этим вставал более серьёзный вопрос — что эта встреча значит для меня?

В офис я приехал ближе к обеду, хотя собирался появиться с утра. Перед выходом задержался у шкафа, потом зачем-то взялся гладить рубашку. Когда поймал себя на том, что второй раз прохожусь утюгом по одному рукаву, выключил его и вызвал такси. До встречи со Светланой оставалось полдня, а я уже занимался ерундой.

Водитель высадил меня у перекрёстка, дальше мешала машина, разгружавшая товар. До офиса я дошёл пешком, больше по привычке опираясь на трость. Нога почти восстановилась, только при широком шаге под коленом немного тянуло. Но трость я пока носил с собой, всё же было необходимо поддерживать легенду.

Рита встретила меня у входа с телефоном у уха. Кивнула в сторону своего стола и улыбнулась, не прерывая разговора с клиентом. Я заглянул в наш кабинет и остановился. Соня сидела на стуле, а у неё на коленях лежал Дюбель, выставив пузо. Девочка поддерживала его обеими руками, хотя падать он явно не собирался.