Шагая по тротуару, я разглядывала дома, в которых мирно спали местные жители, и вскоре дошла до конца улицы. Откуда-то доносились звуки музыки, и я, свернув на шум, вскоре услышала и голоса. Пройдя ещё один квартал, я вышла на оживлённую улицу, на которой располагался ночной бар. Вот и отличная возможность узнать, где я оказалась. Жаль, одета я неподобающе и денег с собой не взяла. Подходя ближе, я разглядела название бара — «Пивная колбаса» и от души посмеялась. Это ж кто такое название придумал? Возле входа толпились люди. Женский смех разносился по всей округе, а мужские голоса о чём-то спорили. У рядом стоящих домов, наверное, должны быть звуконепроницаемые окна и двери, иначе спать при таком шуме просто невозможно. Остановившись, я немного замешкалась, думая о том, что я совсем без макияжа, а потом решила, что заходить не буду и пообщаюсь с весёлой компанией, которая вряд ли во мне узнает известную аристократку.

Вдоль дороги были припаркованы автомобили. Седаны, кроссоверы, минивэны — и казалось, всё вокруг было, как и у нас, но значки марок были какие-то другие, как и номера. Вместо привычных мне букв — цифры. Задумавшись, я не заметила, как шагнула на дорогу и чуть не попала под колёса большого внедорожника.

— Осторожно! — крикнул мужчина, выглядывая в открытое окно.

— Простите, пожалуйста, — отпрыгнула я обратно на тротуар.

— Пьяная, что ли?

— Нисколько! — возмутилась я.

— Ты ещё скажи, что просто гуляешь и в «Колбасе» вообще не была. Тебе мама не говорила, что одной не следует по ночи шляться?

— Я не шляюсь, — усмехнулась я, переходя на его манеру речи.

И только потом поняла, почему он так ко мне обращается. На моём лице ведь нет ни грамма косметики, которая прибавляет мне возраста, и одета я как школьница.

— Шутки в сторону. Куда ты собралась? Давай домой отвезу? — предложил он, чересчур внимательно всматриваясь в моё лицо.

— Не надо, — отказалась я от сомнительного предложения.

Не хватало ещё на маньяка нарваться, тем более какой-то он слишком навязчивый. Глянув на него, я ещё больше насторожилась. Крупный дядя. Под стать своей машине. Чернявый, бородатый. Перевела взгляд на его ручищу, сжимающую руль, и тут запоздало проснулся инстинкт самосохранения. И зачем я среди ночи поплелась куда-то? Да ещё к бару пошла, где все явно пьяные… Мало Гирсома мне было? Вот только из постели пинком скинули, а тут большая вероятность вообще живой не уйти.

— Чего испугалась? О чём успела подумать? На лице твоём всё написано, — усмехнулся он. — Я работничка своего из бара приехал забрать. У нас заказ огромный, а он в запой решил уйти.

— Что за заказ? — зачем-то спросила я.

— Держи, — протянул он мне свою визитку, и я неожиданно трясущейся рукой взяла её.

«Свирид О’Вевей». Столярная мастерская. Переулок Травяной, дом шестнадцать. Телефон: сто двадцать, двести девятнадцать, восемьдесят четыре. Что за странный номер? И переулка Травяного я не знаю. Я точно не в своём городе и, судя по номерам, не в своей стране, но почему язык наш? От осознания происходящего меня всё сильнее начало знобить.

— Замёрзла? Садись в машину. Клянусь, не трону тебя. Погреешься, пока я за Азихом схожу, — проговорил он и вдруг, заглушив мотор, вынул ключи и кинул мне.

Я от неожиданности поймала их и отшатнулась, когда он, выйдя из машины, прямиком пошёл в бар. «Зачем он это сделал?» — изумилась я, глядя ему вслед. Ростом он оказался невысок, но мускулист. «А не маловата ли ему майка?» — подумала я, оценив разворот его плеч. Повертев ключи на пальце, я хотела кинуть их в машину и уйти, но передумала. Идущая в мою сторону шатающаяся компания молодых людей заставила запрыгнуть на водительское сиденье, завести машину и закрыть окно. На всякий случай нажала кнопку закрывания дверей. Улыбающиеся парни, глядя на меня, посмеялись между собой, что придется им остаться без женской компании, но были теперь вынуждены пройти мимо. Я порадовалась тому, что избежала знакомства с пьяными «весельчаками», и подумала о странном мужике, который отдал ключи совершенно незнакомому человеку. А вдруг бы я угнала её? Это повезло ему, что я не умею водить. Кроме как повернуть ключ и переключить волну радио, ни разу не пробовала сдвинуться с места. Я даже не знаю, как переключать скорость и что значат эти буквы. А тут вообще и не буквы даже — точки и палочки.Откинувшись на спинку, осмотрелась. Машина как машина, только пахнет деревом. Повернувшись, посмотрела на заднее сиденье и увидела доски, торчащие из багажника. Значит, столярная мастерская у него… Заглянула в бардачок и нашла уже знакомые визитки, клубок спутанных проводов да отвёртку. Ну да, не стал бы он документы оставлять, если есть привычка незнакомых девиц на улице подбирать. Как только закрыла крышку, я выпрямилась и посмотрела на себя в зеркальце заднего вида. Охо-хо! Даже у Гирсома не получилось изуродовать меня так, как это получилось у меня самой. Заплывшие глаза с моим опухшим и так немаленьким носом перетягивают на себя всё внимание, поэтому разбитая губа не так заметна. Да если бы я прошла в таком виде вокруг своего дома, во мне никто бы, даже из соседей, не узнал леди Салису де Аренберг. Недаром мужчина решил, что я пьяная. С таким лицом легко решить, что я в запое недели три. Ссутулившись, отвела взгляд от зеркала и увидела хозяина этой машины. Он волоком тащил на себе вдрызг пьяного мужичка. Признаться, я растерялась. Выйти или остаться? Посомневавшись пару секунд, решила остаться и осторожно всё же разузнать, что это за город. Если бы это была другая страна, то явно люди разговаривали бы тут на другом языке, а я прекрасно слышала, о чём болтали проходящие мимо парни. Не говоря уже об этом бородаче.

— Дверь открой, — постучал в окно вышеупомянутый бородач.

Я тут же нажала кнопку и удивлённо посмотрела на то, как он легко закинул на заднее сиденье пьянчугу.

— Почему печку не включила? — спросил мужчина, садясь рядом со мной на пассажирское сиденье.

— Не холодно, — ответила я, не зная, как продолжить разговор, чтобы выведать информацию и не показаться странной.

— Как зовут-то тебя, красавица?

— Са… — чуть не назвала я свое имя и в один момент наугад выдумала: — Саннива.

— Это правда твоё имя? — удивился он.

— Ну да, — смутилась я. — А что?

— На моей родине это не имя, а слово, означающее «подарок».

— Откуда ты приехал? — обрадовалась я такому повороту, даже забыв о том, как он саркастически назвал меня красавицей.

— Крейл. Но здесь я живу уже почти двадцать лет.

— Где здесь? — задала я откровенно дурацкий вопрос, надеясь, что он назовет страну или город. Вдобавок про этот Крейл я тоже никогда не слышала.

— В переулке Травяном, — хмыкнул он. — Я тут почти всех знаю, а тебя вижу впервые.

— В гости приехала, — отвернувшись, соврала я.

«Что-то он слишком внимательно меня оглядывает. Я не в том сейчас состоянии, чтобы вести светские беседы, так что надо возвращаться домой», — подумала я, и в этот момент проснулся его «работничек». Замычав, он изрядно напугал меня.

— Свид, я клянусь! Завтра всё сделаю, — пролепетал он заплетающимся языком.

— А я потом буду переделывать? Нет. Ты завтра отсыпаешься в мастерской, а послезавтра будешь делать. Твоей Люсьене я уже позвонил.

— Милая барышня, отвезите меня домой, пожалуйста. Ик! — дыхнул он перегаром так, что слегка запотели стёкла.

— Милая барышня сейчас захмелеет от твоей вони, — толкнул он его в плечо, и тот снова завалился на мягкое сиденье.

— Мне пора, — выдавила я из себя, сдерживая вдруг непонятно откуда взявшуюся тошноту.

Выйдя из машины, я глубоко вдохнула и прогнала подальше непрошеные воспоминания. Вот буквально несколько часов назад меня избил пьяный муж, и, похоже, запах перегара теперь будет у меня ассоциироваться с тем, как он со мной поступил.

— Давай провожу, — вдруг возник рядом со мной этот Свид.

— Тут недалеко. Сама дойду. Прощай, — пробормотала я и, не теряя времени, побежала в ту сторону, откуда пришла.