Я постояла немного, прислушиваясь, и через пару минут подошла к двери и с опаской её открыла. Никого. Выдохнув, я быстро спустилась вниз и наконец-то добралась до кухни. Постоянно поглядывая на дверь, я сварила кофе и села подальше от входа. Пара глотков крепкого напитка в этот раз не принесли удовлетворения. Мыслями я была где угодно, но только не в этом помещении. Я осмысливала его слова насчёт сестры, затем вспомнила, как лишилась телефона, а это значит, что завтра мне нужно будет купить новый. Находясь целых пятнадцать минут в одиночестве, я полностью успокоилась и задумалась о том, как мне теперь перемещаться в Кемпеле, чтобы больше такого не повторилось? Опять скакать урывками? И что мне сказать Свириду? Моё уединение нарушил Гирсом. Я-то думала, что он уехал, поэтому слегка напряглась, увидев его. Тот открыл холодильник, вынул графин с соком и, налив в стакан оранжевую жидкость, чересчур пристально начал меня рассматривать.

— Ты слишком хорошо выглядишь для той, кто пил бы несколько дней. Или это твоя маскировка с тонной косметики? Скажешь правду, где была?

— Я уже сказала. Постараюсь больше так не делать, — усмехнулась я и, выбрав момент, пока он опустошил стакан и пошёл ставить его в раковину, сбежала к себе в комнату.

Так быстро по лестнице я в этом доме ещё не бегала. Я хотела закрыться в ванной, но на пороге спальни встала как вкопанная. Все мои вещи были разбросаны, и нетрудно догадаться, кто это сделал. Гирсом перевернул всё, что можно было. Что он искал? Озверев от такой выходки, я выскочила обратно и хотела уже заорать на весь дом, какой он скотина, но никак не ожидала, что он окажется за дверью. Он, схватив меня за блузку на груди, затащил в спальню.

— Какого ты тут устроил? — воскликнула я.

— Снимай своё тряпьё, — принялся он меня раздевать.

— Ты обещал меня не трогать, — предприняла я попытку оставить блузку на себе.

— Я только посмотрю, — продолжил он своё грубое занятие.

— Да с чего ты взял, что Луи со мной что-то делал? — возмущалась я, но пришлось поддаться и позволить снять с меня ещё и юбку. — Не все такие скоты, как ты! — ударила я по рукам, когда он уже хотел стащить с меня трусики.

— Как ты меня бесишь со своей штукатуркой! Ни черта не видно, — схватил он меня поперёк талии и потащил в ванную комнату.

Закинул в ванну и включил горячую воду. Как я заорала, наверное, слышал и соседний особняк, но его это не остановило. Он принялся оттирать мне лицо, больно схватив за волосы. Благо кипяток начинает бежать только спустя время, и я не успела ошпариться, как Гирсома от меня что-то оторвало, и я смогла тут же выключить воду. Луи за шкирку выволок моего аристократа, который, вместо того, чтобы бить грушу в спортивном зале, бьёт свою жену, поэтому он и не мог дать отпор спортивному маранольцу. От испуга я так и замерла, сидя в ванной, не зная, чем закончится их потасовка. Вскоре вернулся Луи и, накинув на меня халат, завернул ещё голову в полотенце и, подхватив на руки, вынес в спальню.

— Тебе что-то здесь нужно взять? Бери свои лекарства, остальным обеспечу, — проговорил он, ставя меня на ноги.

— Куда ты хочешь меня забрать? — прошептала я, пытаясь среди этого бардака найти свою сумку.

— К себе. Я тебя здесь точно не оставлю.

— Оставь. Гирсома можешь забрать, — дрожа всем телом от нервного перенапряжения, проговорила я.

— Я его вырубил, так что поспит немного, — совершенно спокойным голосом сказал он, а у меня чуть земля из-под ног не ушла.

Луи, не дождавшись от меня каких-либо действий, сам нашёл сумку, покидал что-то на своё усмотрение и, подхватив меня за талию, вывел из комнаты. Когда мы вышли, я увидела лежащего на полу мужа и, ещё больше напугавшись, затряслась.

— Он живой. Не переживай, — перешагнул его Луи и, не отпуская меня, быстрым шагом повёл на первый этаж.

Мариэлла стояла у входа с телефоном в руках и явно не знала, как поступить.

— Нашатыря ему дайте, и он очнётся, — проговорил маранолец, и, чтобы я не шла по улице босиком, он подхватил меня на руки и вынес из дома.

Помня о камерах видеонаблюдения на соседних домах, которые немного захватывают нашу территорию, я полностью закрылась полотенцем и уткнулась в грудь мужчине, и только когда мы прилично отъехали, я села нормально и посмотрела на очень серьёзного Луи.

— Где ты была? — спросил он, замечая на себе мой взгляд.

— Сегодня это самый популярный вопрос. У своего бородача, — честно призналась я.

— Он же женат.

— Оказалось, что нет.

— Ладно, я всё понимаю, но нельзя ли было меня предупредить?

— Я предупреждала.

— Но не на три же недели пропадать? Один звонок? Сообщение? Могла же отправить?

— Не могла. Там не работает телефон.

Луи, скривив лицо, мельком глянул на меня, и я решилась посмотреть на себя в зеркало. Лучше бы этого не делала. Натянув обратно на голову полотенце, оставила только узкую щель, чтобы дышать, и снова сползла с сиденья максимально низко.

— Гирсом раньше таким не был… Сама виновата! В прошлый раз не пошла в полицию и дала ему понять, что он может делать со мной что хочет, и я не буду жаловаться… Что теперь делать? Ладно бы разразился скандал о домашнем насилии, и меня, может, пожалели бы люди, так как я жертва, но ты избил его… Он так это не оставит, — простонала я, осознавая, что только что произошло.

— Я разберусь. Тут есть и моя вина. Я про то, что он нервный такой… Мои парни подсадили его на «таблетки», и это немного влияет на поведение. Мне для кое-каких дел надо, чтобы он сам себя подставил из-за несдержанности… но это не опасно. Не переживай. Эта дурь выводится из организма без последствий.

Вздохнув, я рассказала, из-за чего он на меня набросился, и Луи рассказал, что и вправду ходил к нему, когда до меня не дозвонился. Он переживал, что Гирсом в неадекватном состоянии что-то со мной сделал, и тем самым действительно к этому почти и пришло. До квартиры Луи хотел снова нести меня на руках, но я отказалась, потому что мы зашли не через парадный вход, а с подземной парковки, и там, кроме его машин, никого никогда не бывает. Трудно поверить, но эта недавно построенная высотка была ещё не заселена, так как в некоторых квартирах ещё работали дизайнеры, обставляя жилище для богачей. В прошлый раз по великой случайности мы встретились в лифте с его знакомыми, потому что они редко сюда приезжают. Для жителей соседних домов ресторан и магазины на первом этаже сразу начали работать, а вот с заселением именно этого дома Луи почему-то не спешил.

Первым делом я ушла в ванную и, пока смывала остатки макияжа и отмывала пятки, настраивалась на серьезный разговор, которого было не избежать.

Луи заказал ужин и поручил кому-то привезти для меня одежду. Я подождала, когда он освободится и обратит на меня внимание, и тогда решила во всём признаться:

— Я могла бы ничего тебе не рассказывать и сидеть здесь спокойно до того момента, пока не надо будет идти забирать свидетельство о разводе, но у меня на попечении появилась бабуля и трое детей. Мне необходимо появляться у них, чтобы они могли жить и ни в чём не нуждаться. Я даже готова прекратить встречи с тем мужчиной, чтобы надолго не пропадать там, но это, похоже, окончательно разобьёт мне сердце. Он единственный, кто видит во мне человека, а не леди Салису де Аренберг. Он принимает меня такой, какая я есть, — указала я на своё корявое лицо, — Когда мы познакомились, я выглядела ещё хуже, и я ему всё равно нравлюсь, — с трудом произнесла я, чувствуя, как подступают слёзы.

— Ты думаешь, что он не знает, кто ты?

— На все тысячу процентов. Ты, может, и не поверишь, и доказать это я никак не смогу, находясь здесь, но я перемещаюсь в другой мир. Там время течёт по-другому, поэтому я не знала, что меня тут так долго не будет. Там я пробыла пять дней, потому что оформляла опеку над детьми и никак не могла сюда вернуться, пока не забрала их из Дома ребёнка. Нет, я не издеваюсь над тобой и не шучу. Я говорю правду, поэтому мне необходимо, чтобы при разводе тот дом остался мне. Я перемещаюсь при помощи одного предмета и только из своей комнаты, — решила промолчать я про чердак.