— Теперь все будет по-другому, — спеша, я нетерпеливо шагал, стража будто в такт глухо шагала за мной. Непроглядная ночь лунным светом дала надежду на лучшее будущее!

— О мой Царь, вы здесь? Миналь, Миналь… — Ее служанка тяжело дыша, выбежала из сада.

— Что с Миналь? — Тревожно спросил я.

— Она пропала, ее нигде нет! — Слова Наз прозвучали эхом из бездонного колодца, окутанного моим страхом. И только я хотел начать гневаться, как ее магия роз окутала меня. Я раскрыл ладони, подставляя пальцы под потоки лепестков. И тут они обернулись смятой розой, и она упала мне на ладонь. Почему такая? — удивленно уставились на бутон я и Наз. И мы, неожиданно осознав, прошептали в один голос:

— Охотничий домик…

Очнулась уже в знакомом месте, там где все и началось. Те же красные тона, комната с тахтой, на которой лежала я. В простой одежде, предназначенной для служанки, руки свободны и не перевязан рот.

И напротив на другой сидел Закар, закинув ногу на ногу, подобно королю.

— Дааа, ты прекрасна, не поспоришь, неповторимая принцесса роз! — Спокойно начал он.

— Что тебе от меня надо? — Привстав, я заозиралась по сторонам, в комнате горела лишь одна лампада. За окном непроглядная ночь окутала все собой.

— Расплата, Миналь, знаешь ли, твой брат попортил мне не только жизнь, но и кое-что другое. — В карих глазах пылала ярость подобно огню, подбородок стянулся от злобы. — Будь ты не принцессой, было бы куда проще, в бордель, и дело с концом, но увы, пришлось прибегнуть к иному. — Он вздохнул, будто вся тяжесть этого бренного мира была на его плечах, и он нес её, даруя благородство.

— Что ты несешь? — Спросила я больше с брезгливостью, чем со страхом. — Негодяй, думаешь, сможешь кого, захочешь подобно той бедняжке держать в цепях. Жаль, брат не успел убить тебя, таким как ты место в самом аду. — Злобно уставившись, сказала я, он засмеялся, и его злобный хохот раздался устрашающе. Короткий миг, в котором он приблизился, наступило холодом в сердце. Он крепко сжал мой подбородок, я начала бить его, а он сильнее прижал меня к себе.

— Не лиши меня твой брат моего мужского достоинства, я бы сам пользовался тобой подобно половой тряпке. Араф думал, я ему все прощу и забуду, пока он будет восседать после твоего отца на троне? К царю подлизывался, глаз положив на принцессу Софие. Мечтал, что вы все будете купаться в счастье, пока я буду униженно проживать остатки своих дней? — Слова лились бурлящей ядовитой лавой, глаза горели. Он не сможет надругаться надо мной, этому я была рада.

— Что ты сделал? — В мысли прокралась догадка, надежда расплылась в воде подобно краске. — Это сотворил с ней ты? — Его злорадная улыбка заиграла всеми гранями.

— Всего-то сделал так, чтобы Таяз поверил в то, что планировал я. Иллюзии, Миналь, правдивы, когда ты не знаешь, что это они. Бедняжку, конечно, здорово потрепали мои союзники перед тем, как я ее убил. Как ты думаешь, принцесса, кто шептал все эти годы планы мести твоему любовнику. Ахахах… Чей шепот вынуждал быть монстром с тобой на ложе? Как жаль, что он не взял меня в поход за цветком, мы бы и там повеселились!

— Подлец, Таяз найдет меня и убьет тебя, Наз уже поставила всех на уши, и он начнет искать.

— К тому времени ты будешь уже мертва! — Спокойно заявил Закар. — Не вовремя ты решила понести от царя, я и так в последнее время с трудом проникаю в его мысли в полудреме. Очаровала ты царя, ну винить не могу его, ты ведь дьявольски хороша. — Он отодвинулся немного и стал осматривать мое тело, а следом пустилась его рука. Прикосновения противные, тошнота подступила к горлу, а слезы лились ручьем.

— Не прикасайся ко мне, не трогай! — Я безуспешно вырывалась из его сильных рук.

— Но мы здесь за другим. — Он, крепко удерживая меня за волосы, поволок к столу, усадил насильно на стул. — Будешь писать послание, напишешь прощальные строки, слезливые, ну, ты ведь девушка умеешь. И не забудь упомянуть, что забираешь его ребеночка с собой на тот свет! — Он толкнул меня ближе к столу, указывая на лист и чернильницу.

— Ты думаешь, он поверит, что я добралась сюда сама? — Я ухмыльнулась.

— Не забивай свою прекрасную головку такими мелочами. — Он посмотрел на мое платье и продолжил. — Служанка ночью вышла за ворота, в этом ничего подозрительного, а олухов я найду, на кого скинуть смерть лекаря и помощь в дороге сюда, убью их и подкину твои драгоценности. Как думаешь, как сильно разгневается он, узнав, что ты погубила его нерожденное дитя? А потом мы доберемся до Лейлы, и каждый из вашего рода мне ответит. — Сердце сжалось с новой силой, страх за близких нахлынул страшной волной.

Взяв медленно чернильницу и перо, я постаралась с невозмутимым видом начинать писать. Аккуратно вырисовывая буквы, тянула время в надежде, что мое спасение в дороге. Поймет ли он?

— Чего тянешь, пиши быстрей, а то брошу тебя на растерзание тех, кто стоит за дверью. — Угрожающе предупредил он.

— Ты думаешь, прочитав, что я беременна, он не заставит лекарей проверить? И они не поймут, что я была до смерти с мужчиной и не заметят, что меня взяли силой? — Я посмотрела на него снизу вверх, и даже сейчас чувствовала свое превосходство.

— Рот закрой и пиши не корявым почерком, чтобы тень сомнения не легла в голову нашего царя. — Он бросил предупреждающий взгляд, а я спокойно и важно продолжала писать.

В момент, когда за окном послышались звуки боя, Закар напрягся, хватаясь за оружие, после приставил его к моему горлу. Я сжала и выбросила письмо в руке в момент, когда он приподнял меня и потащил к выходу. Кожу холодил металл на шее, а душа ликовала, Таяз нашел меня!

Светлеющий горизонт начал уверять, что наступит светлое время. Множество воинов застыли, увидев меня и недруга позади. И стоял он, тот, кто вчера прогонял, с безграничной тревогой смотрел на меня.

— Никому не двигаться! — Крикнул Закар, оглушая слух криком. — Иначе зарежу принцессу! — Спотыкаясь, я спустилась по ступенькам, и он поволок меня в противоположном от спасения направлении.

— Не будь глуп, ты не сможешь выбраться отсюда! — Заверил царь.

— Только попробуйте выкинуть фокусы с туманом, если мне не уйти, то и ей не жить. — Я тяжело сглотнула, упорно смотря на мужчину впереди.

— Дорога снова тяжело далась, Миналь? — Таяз, улыбаясь, уставился на меня, а я ничего не понимала. Потом ощутила, когда Закар делал шаг назад, острие немного отодвигалось от кожи.

— Чего он несёт, ааа? — Закар злобно зашептал мне в ухо.

— Ничего, знаешь ведь, что плохо переношу дорогу! — Напомнила я, в чем он и так был уверен. А я мыслила, надеясь, что правильно поняла, чего он хочет. Таяз начал шагать вслед за нами, бросив мечи и подняв руки.

— Стой, где стоишь! — Крикнул мужчина позади, а Таяз остановился лишь на мгновение, прежде чем продолжил приближаться.

— Я безоружен, давай договоримся, чего ты хочешь, золото, земли? — Таяз, делая шире шаги, начал приближаться.

— Ты думаешь, я настолько глуп и буду рассматривать возможность того, что ты оставишь меня в живых? Неет, я отсюда живым не выберусь без нее. — Вновь на отступление металл отдалялся, а я смотрела на царя. Не такими уж и страшными были его объятия даже тогда, когда здесь были с ним. Сравнения рисовал разум, три года общей боли и до встречи возможно сблизила нас. От нервов внезапно скрутило живот, я прикрыла ладонью рот.

— Проклятье, до чего ты вечно блюешь! — И тут на следующем шаге я резко упала на землю. Острие резануло тупой болью, но не глубоко, легкой раной на шее. Кинжал Таяза, просвистев в воздухе, нашел грудь нашего общего врага. А мне стало плохо, отползая назад, я подскочила и бросилась за дом. Жизнь внутри меня сделала желудок еще чувствительнее. Придя в себя, я вернулась, когда царь занес над ним меч.

— Нет, стой! — Крикнула я. — Это он, это он. — Ноги предательски задрожали, и я остановилась. Горькие слезы застилали мой взор, когда я подумала, мои слова и правда сейчас его убьют. — Он владеет самой мощной магией иллюзии, Закар это сделал с Софие, а не мой брат. — Я начала рыдать, лишь сейчас позволив себе эту слабость. Мой брат, которого все эти годы презирала, был не виноват. Таяз отшатнулся от него и смотрел на меня шокированным взглядом. Теперь агония возрастет, как только он его допросит, то, что сотворил со мной, прикрываясь местью, станет его могилой мук…