Если коротко, то фраза «Выживают сильнейшие» описывала их идеально. Так что слабые или неуспевающие ученики выбирали побег, чтобы не стать добычей более сильных учеников или профессоров.

Этот недоучка заплатил всего тремя базовыми магическими знаниями, но почти каждый из них того стоил. «Почти», так как третьей вещью стала уже знакомая тренировка магического резерва. Оказалось, простых крыс в Академии учили именно ей, в то время как элитные ученики получали куда более качественные знания.

— Этим вещам учат в первый год Академии, — тихо шептал бывший ученик двум склонившимся рядом с ним крысолюдам. Скарс и Трасч выделили незнакомцу самую защищенную палату, непосредственно рядом с их собственными комнатами. — Первое заклинание, щит. Тот, кто не может освоить даже его, очень быстро умирает…

Замотанная крыса вздрогнула от ужасных воспоминаний, но заставила себя продолжать. Наложенные Сергеем швы болели, но живучая физиология крыс прекрасно справлялась с восстановлением.

— Второе заклинание позволяет двигать предметы на расстоянии магией. Оно очень слабое поначалу, и поэтому его дают только простым магам, не имеющим высоких покровителей или кланов…

Видя внезапное молчание Скарса, ученик испугался, что заклинание не нравится лекарю, и поспешил добавить. Учитывая, что та же тренировка магического резерва уже была известна этим двум лекарям, то ученик сильно беспокоился за свою жизнь.

— … Но я слышал, что если маг продолжает тренировки, то заклинание телекинеза способно достичь невероятных высот!..

— Спокойно, я полностью доволен тем, чем ты собираешься расплатиться, — глаза Скарса в тот момент горели знакомым светом, который Трасч уже выучил за последние месяцы. — Можно сказать, это заклинание для нас идеально!

В тот момент Трасч не понял слов босса. Разве было бы не лучше научиться знаменитой изумрудной молнии, способной плавить сталь и пробивать магические щиты? Даже одного такого заклинания было бы достаточно, чтобы стать силой в жестоком обществе крыс.

Но позже Скарс объяснил, почему заклинание телекинеза было для него ценнее.

— Это заклинание идеально для того, чтобы отточить наш магический контроль, мой друг Трасч, — выразительно улыбнулся Скарс. — Если бы мы получили нечто слишком мощное, то даже если бы его освоили, то не факт, что это пошло бы нам на пользу. Тот ученик достаточно раз упомянул учеников, чьи щиты были слишком слабы и рассеяны, чтобы соперничать с атакующими заклинаниями клановых. Так что пока лучше знать меньше заклинаний, но владеть ими идеально!

Именно из-под когтя Скарса родились эти необычные тренировки телекинеза, которыми они оба должны были заниматься весь день напролет. Так как магии они тратили не очень много, то хватало на всё время.

Правда, не обошлось без ложки дерьма в котле с мясом. Телекинез оказался невероятно разносторонним заклинанием, открывавшим великое множество тактических ходов в бою и обычной жизни.

Однако были у телекинеза и ограничения. Из-за наличия у каждого живого организма своей собственной ауры, сложность сжатия, к примеру, сердца врага телекинезом росла с огромной скоростью.

Да, опытный и сильный маг мог бы убить таким образом обычного крысолюда, но за те же затраты магии он мог бы с таким же успехом уронить на него десятитонную каменную плиту. Ну или разогнать до бешеной скорости маленький камушек, выбив тому мозги.

Второе ограничение плавно вытекало из первого — поднятие себя телекинезом хоть и было немного проще, но тоже оставалось очень трудной задачей.

Его босс довольно быстро нашёл выход, собрав у себя за спиной стальную конструкцию, отходящую от тела достаточно далеко, чтобы телекинез действовал, однако одновременное управление собой и чем-то другим было слишком сложным. Не говоря уже о том, что магия тратилась слишком быстро.

Кроме того, во время испытаний конструкция разломалась, и один из добровольных «испытателей» шмякнулся, пораскинув вокруг мозгами.

Однако неудача не ошеломила Скарса, и он явно был готов улучшить своё лётное устройство. Сам же Трасч благодарил Многохвостую мать, что когда его босс предложил надеть «сбрую» ему, он успел заикнуться о других испытателях.

Многочисленные опыты и испытания, которые они провели вместе, дали Трасчу лучшее понимание их лидера. Скарс был поистине талантлив, и огромный магический резерв был лишь малой его частью.

Там, где Трасч потратил на освоение телекинезом поднятия килограммового груза месяц, Скарс справился за неделю.

Но, несмотря на весь его талант и воображение, существовала одна существенная проблема — Скарс был совершенно безумен, готовый ради интересного эксперимента обрушить весь этот мир прямо в бездну!

Именно поэтому, чем ближе Трасч подходил к святая святых, лабораторным помещениям, тем более неуверенно он себя чувствовал. И, судя по мордам охранников, они разделяли его опасения, сжимая копья и алебарды до хруста суставов.

Жуткий грохот впереди заставил сердце Трасча застыть. Именно этого он и боялся!

— Держи его, Трасч! — крик Скарса не улучшил положения. — Не дай ему сбежать!

Звон разбиваемых дверей и запоров становился всё ближе и ближе, пока не взорвалась дверь прямо перед самим Трасчем, открыв вид на жуткого монстра.

Когда-то это явно был крысолюд, но затем кому-то сумасшедшему пришла «гениальная идея» пришить к нему части тела «ползуна», мясистой четырёхногой твари, похожей на здоровенного хэдкраба, поедающей грибы и выполняющей роль свиней. Но и как кабаны прошлого, ползуны в случае необходимости могли показать, что они отнюдь не мирные твари.

И словно этого мало, тот, кто сшил этот ужас, заразил получившееся существо техночумой, сделав его ещё опаснее.

Мерзость дико орала и бежала прямо на испуганных охранников, выставивших свои дрожащие копья, однако любому становилось очевидно, что ещё немного, и они побегут.

В этой ситуации Трасч понял, что если он хочет выжить, то придётся полагаться только на себя.

Кружившийся стальной кубик выстрелил прямо вперёд, разгоняясь всё быстрее с каждым пройденным метром.

Треск!

Стальной куб с хрустом врезался в переднюю лапу монстра, заставив того споткнуться и кубарем покатиться вперёд, чтобы по инерции подъехать почти к самому Трасчу. Но это всё ещё была удача, ведь чем ближе, тем лучше работал телекинез.

Трасч отчаянно зарычал и, схватив лапами воздух, резко дёрнул вниз, вырвав верхние стальные листы потолка и ударив ими прямо по пытающейся встать твари.

Сотни килограмм металла, ускоренные телекинезом, с силой вбили мерзость обратно вниз, но она явно не успокаивалась. Обливающийся потом и удерживающий её стальными листами Трасч кое-как повернулся к охранникам.

— Что вы стоите⁈ Ждёте, пока она освободится и сожрёт нас⁈ Рубите-режьте её, скорее!

Стражников дважды упрашивать не пришлось. Десятки крыс хлынули вперёд и принялись яростно втыкать свои алебарды прямо в морду и шею монстра. За последние месяцы это был не первый инцидент, и они уже хорошо выучили, как правильно разбираться с последствиями экспериментов их босса.

— А-а-а! — Трасч закричал от напряжения, стремительно расходуя все свои силы.

Монстр сопротивлялся отчаянно, истощая магические резервы шатающегося от нагрузки Трасча, но его тело было слишком плохо собрано. Швы от удара стальных плит разошлись, а алебарды завершили «разборку».

Когда их босс наконец подоспел, монстр испустил дух. Сам Скарс был одет в шипованный шлем и чёрную броню, поверх которой был натянут длинный белый халат, пола которого почти касались пола.

Трасч так и не понял одержимость его боссом этой странной одежды. Несмотря на то, что она легко пачкалась кровью и грязью, он упорно придерживался именно этого цвета, сводя с ума прачек.

— Ах, какая жалость, — Скарс с искренним огорчением взглянул на мёртвую тварь. Взмах ладонью, и те плиты, которые Трасч с трудом обрушил, мягко поднялись и встали обратно на свои места на потолке. Если кто-то пригляделся, то заметил, что Скарс даже согнул металл обратно, чтобы они прочно встали в пазы. — Такой хороший образец пропал. Трасч, ты не мог быть поаккуратнее?