Особенно в этом плане выделялся Кус. Будучи самым бестолковым и жалким из них всех, в его действиях было больше всего злобы. Он уже несколько раз пытался сделать подножки своим хвостом идущим вокруг обычным крысам.

Сергей отметил в памяти провести с Кусом «беседу», напомнив, что его статус не позволяет ему вести себя, как он хочет.

Но заданный Трасчем вопрос все ещё висел в воздухе, поэтому Ордынцев спокойно ответил.

— Эта монета была выдана тем агентам, которые действуют в одиночку. Чтобы не привлекать ничьё внимание, стоит лишь показать этот знак, чтобы агент понял, что я требую от него работу. Я же, как босс, получил информацию о многих владельцах монет, в то время как они обо мне не знают.

Слушатели сильно задумались, пытаясь обработать столь секретную систему.

В то же время Сергей незаметно усмехнулся краешком губ. Создавая эту легенду, он старался обрезать любые нити, которые могли привести настоящих членов клана убийц к ним.

Если же о них узнали бы, то что? Кто-то создал некие ячейки? Просим прощения, но больше они с нами не связывались, а лишь оставили инструкции. Но мы, как соискатели в ваши ряды, готовы выполнять ваши приказы!

— А что значит эта странная кодовая фраза? Гидра… Доминатус? — вновь заговорил Трасч, и теперь уже на него удивлённо посмотрели все остальные крысы.

Нет, не из-за того, что они знали ответ, а так как раздражать и привлекать к себе внимание вожака в обществе крыс было чрезвычайно глупым решением. А Трасч сделал это уже целых два раза подряд.

Кажется, осознав свою поспешность, Трасч уже собирался начать извиняться и забрать назад свой вопрос, когда столкнулся с довольным выражением морды их нового босса.

— Не смотри на меня так, Трасч. Я никогда не был сторонником наказания за любознательность. Наша жизнь слишком жестока и мрачна, чтобы отказывать себе в любопытстве. Касательно же твоего вопроса, то я сам не знаю. Мне не объясняли его значение. — легко соврал Сергей.

Ведь объяснение Трасчу всех подробностей своего иномирного происхождения могло привести прямиком на хирургический стол какого-то крысолюдского мага или учёного.

В памяти Сергея мелькнули далёкие и приятные воспоминания об изучении им книжной серии книг «Warhammer». Тогда ещё не нужно было беспокоиться о радиации или насколько можно растянуть последнюю банку консервов.

Внезапно Ордынцев почувствовал лёгкую грусть. Хоть Земля и покатилась прямиком в ад, а все, кого он там знал, скорее всего, были давно мертвы, но это всё ещё была его родина, которую он, скорее всего, больше никогда не увидит.

Но эта меланхолия так же быстро рассеялась, как и пришла, ведь Сергей не был человеком, любящим лишние душевные метания.

Кроме того, сгоревшие, деревянные районы показали свой конец, и впереди наконец появились целые, длинные бараки.

Чтобы распахнуть тяжелые двери, пришлось работать целым шестерым крысам, засов был достаточно тяжёлым, чтобы играть роль небольшого средневекового тарана.

Когда же их наконец запустили внутрь, первым, что встретило Ордынцева, это отвратительнейший запах свалявшейся шерсти, мочи, пота и… крови.

Получив это новое тело, Сергей уже заметил свои аномальные чувства, вроде слуха, но тот же великолепный нюх явно был преимуществом всей расы крыс. И сейчас это было настоящим проклятьем.

Хуже всего было то пренебрежение, с которым молодые крысолюды заходили внутрь. Это означало, что они давно привыкли к подобным условиям. А может, считали их даже неплохими?

Внутри бараки оказались достаточно отвратительными, чтобы соответствовать запаху. Кровати? Может быть, хотя бы самые примитивные шконки? Ха! О подобных излишествах молодые крысы могли только мечтать.

Бараки были возведены прямо на стальном, неровном полу, где в паре мест остались следы выступов для рельсов или чего-то подобного.

Чтобы хоть как-то утеплить пол, использовались всякие остатки ветоши, грязь и мусор. Настоящим же люксом считались раскиданные по бараку толстые деревянные поддоны, на которых могло поместиться сразу несколько крыс.

Свет подавался благодаря четырём монструозным плафонам, чья броня могла бы поспорить с танком. Каждый из этих фонарей испускал слабый из-за толщины стекла, рассеянный зелёный свет, который кое-как разгонял удушливый мрак.

Туалетом оказалась здоровенная дыра в земле, в которую, если быть неосторожным, можно и упасть, исчезнув навсегда.

Именно в этот момент пролилась первая кровь. Увидевшие немногочисленные поддоны крысы, словно сумасшедшие, кинулись к этим деревянным, божественным «тронам». Отталкивая, оскорбляя и кусая друг друга, крысы яростно пищали, пытаясь взгромоздить свои тощие, истощенные тела.

Но претендентов было так много, что счастливчиков просто выдавливало, из-за чего они падали на холодный пол и безжалостно затаптывались спешащими следом крысолюдами.

Кровь, гной и осколки зубов щедро усеивали этот грязный пол, пока чёрно-серое море шкур колыхалось то в одну, то в другую сторону. Несколько неудачников оказались сдвинуты к туалетной дыре и отброшены прямо туда. Их затихающий визг быстро стих, а прочие крысы, как ошпаренные, отошли прочь, со страхом взирая на чёрную, покрытую отвратительным налётом пропасть.

Безумие всего происходящего было столь заразительным, что даже подчинённые Скарса начали пробираться вперёд, но перед ними внезапно встал Сергей.

— Э-э-э, босс? — глаза гиганта Грума немного прочистились, но он всё равно нервно смотрел на занимаемые поддоны. — Займут же! Надо взять-хватать место!

— Не торопись, мой красноречивый друг. — глаза Скарса жутко светились в темноте кроваво-красным светом. — К чему спешка, наоборот, подожди, ведь сейчас начинается самое интересное!

Вошедшие последними крысиные банды сразу поняли, что происходит, и это им совсем не понравилось.

— Кви-и-и-и! — первым взревел одноглазый вождь серых, самых многочисленных крыс. Его хвост был настоящей аномалией, обладая толщиной и длиной, превращающей его в смертельное оружие.

Повинуясь боевому кличу своего вожака, серая банда с озлобленностью ударила в спины обычных крысолюдов, кусая и полосуя их шкуры, вызывая дикие крики агонии.

Следом ударила смешанная и чёрная банды. Неорганизованные крысолюди могли лишь пытаться прикрыть головы лапами от нескончаемых ударов.

Но, как и подозревал Сергей, творившееся безумие не могло продлиться слишком долго. Нехватка еды и голод быстро истощили силы всех сторон, и побоище начало постепенно затихать.

А это означало, что пришло время тех, кто действовал с умом.

— А вот и наше время. — слова Скарса мгновенно оживили его маленький отряд. Сергей сделал шаг вперёд и тут же отдёрнул голову, когда рядом с его шеей щёлкнули чьи-то клыки.

Обезумевшая от кровопролития серая крыса издала сумасшедший крик, готовясь к ещё одной попытке нападения, после чего этим же криком и подавилась, когда мощный удар кулаком заставил её шататься. В тот же момент, когда хвост Сергея привычно сделал подсечку, стоявший сбоку Крайс инстинктивно поморщился, потрогав зубы.

Но вскоре Крайс понял, насколько же ему повезло.

Склонившись над копошащимся и дёргающимся крысом, Сергей кивнул Груму, предложив тому удержать того. Несмотря на недостаток интеллекта, Грум сразу понял, что от него требовалось, прижав атакующего к земле.

Довольно кивнув, Сергей схватил голову пытающегося укусить крысолюда, после чего положил его переднюю часть с длинными острыми резцами на выступающий из пола выступ.

Полюбовавшись секунду своей работой, Ордынцев резко встал, после чего с силой опустил стопу, наступив прямо на голову крысы.

Хруст! — жуткий треск огласил барак, когда передние зубцы крысолюда с брызгами крови отлетели в сторону.

Наклонившись, Ордынцев придирчиво оглядел свой новый инструмент, после чего неохотно одобрил. Длина была всё ещё недостаточной, но вот острота и прочность оказались неплохими.

За всем происходящим с жадным любопытством смотрели остальные крысы. Вид чужих пыток был развлечением, от которого не смог бы отказаться никакой крысолюд.