Обо всём этом я узнавала сейчас, когда глашатаи повсюду трубили о «союзе, объединяющем Вермитур», и зазывали толпу на свадьбу, намеченную через неделю.

Полный ритуал… Таррен на самом деле собирается взять её на глазах у всех прямо в храме Этарра?

Не меньше меня интересовала судьба Полианы Таггерт — младшей сестры, которая, по сути, послужила для него лишь способом добраться до старшей. Слухи именно о Полиане ходили гораздо дольше, и он ухаживал за ней точно так же. Только в отличие от бродячих циркачей, Полиана обожала верховую езду — и в подарок ей досталась редкая, невероятно породистая и легендарная лошадь стоимостью в особняк.

Я верила, конечно — в лошадях я не разбиралась от слова совсем.

Оказывается, Таррен умеет подобрать ключ почти к любой женщине. А там, где не справляется обаянием, он добивается своего манипуляциями и психологическим давлением — таким, что способно разлучить даже родных сестёр.

— Помните, всегда ступайте за четырьмя невестами, не поднимайте глаз, только если к вам не обратится Его Величество, — наставляла меня Лиида Ларре. — Хотела бы я, чтобы у нас было больше времени, но полный ритуал короля не может ждать. Кто знает, когда его снова вызовут на поединок?

С учётом того, что Таррен не разговаривал со мной с того момента, как объявил о планах сделать меня фавориткой, я сомневалась, что и теперь он попробует начать диалог. Я бы даже подумала, что весь тот разговор мне просто приснился, если бы…

Ко мне каждый день не заходил алхимик. Брал мою кровь, тестировал на коже какие-то свои зелья, записывал что-то и уходил, забавно шевеля усами. Он был не особо разговорчивым, но не из-за грубости — просто оказался полностью погружён в науку. Когда я попросила объяснений, алхимик попытался их дать, но использовал такие запутанные слова, компоненты и травы, о которых я никогда не слышала, что я сразу забросила эту затею.

Чем-то он напоминал мне Таррена в те моменты, когда тот пытался увеличить мою устойчивость к ядам и кислотному дождю.

— Он собирается взять своих жён на алтаре? — спросила я наставницу по этикету в лоб.

Та некоторое время молчала, издав звук, напоминающий недовольное кряхтение. И без того узкое лицо вытянулось ещё сильнее, выдавая, насколько ей неприятен этот вопрос.

Угу, у них целый свод правил для жён касательно скромности, а варварский полный ритуал они игнорируют.

— Да. Это их супружеский долг, и ваш пример только укрепил во всех веру в его необходимость. Кто-то распустил слухи о том, что вас не брали на алтаре, и именно поэтому вы создаёте столько проблем своему мужу. Это жертва, которую они приносят в честь величия дракарра.

— А как же младшие жёны? Я слышала, что многие соглашаются на эту роль из политических соображений, неужели для них это приемлемо?

— Дракарр не может взять в жёны ту, кто совсем ему неприятна физически. Наверное, именно поэтому в жёны никогда не берут женщин моего возраста. — Этот факт никак её не расстраивал, я вообще сомневалась, что этой женщине было свойственно хоть что-то романтическое. — Каждая из жён знает, что это их обязанность, им говорят об этом с юности, и они считают подобное честью. Кроме того, многие соглашаются на роль вторых жён после того, как на них появляется печать истощения. Для них это в буквальном смысле спасение жизни, так что они готовы боготворить своего дракарра. Каждая из них награждается чуть более долгой жизнью, но когда старшая жена находится на грани смерти, среди младших начинается настоящая битва за эту роль.

Я кивнула, понимая, что это лишь легализованный способ окружать себя любовницами. Беррай, насколько я помнила, имел десятки жён самого разного возраста, потому что проводил ритуал многократно. Наверняка едва ему попадалась красавица с печатью, он сразу же принимал решение.

— Его Величество просил передать это вам, — Лиида Ларре закончила мой брифинг, открыв небольшую коробочку. Там лежал кулон из неизвестного мне светящегося белого камня с мелкими красными крупинками. — Вы поймёте всё, когда увидите остальных жён. Помните, что сейчас они не имеют над вами власти. Ваш статус даёт вам в какой-то степени даже больше официальных полномочий, чем им.

Слова женщины эхом отдавались в моей голове, когда я вышла наружу и обнаружила толпу слуг, готовящих четырёх будущих невест Таррена. Люди ещё не знали, кем станут остальные три — именно сегодня должно было состояться их представление народу.

Четыре жены в четырёх открытых двуколках. И фаворитка на пятой, самой последней.

Леди Октавия Таггерт буквально лучилась от счастья, окружённая личными служанками и родственниками. Всеми, кроме сестры, которой нигде не было видно. Девушка была облачена в белоснежный наряд из сияющей ткани, покрывавшей её золотисто-каштановые кудри. Пояс с драгоценностями подчеркивал узкую талию и высокую грудь. Камни на пояске идеально сочетались с ожерельем из пяти камней, висевшим на её шее.

Это были те же камни, что и на моём кулоне. Таррен пытался показать, что не обидит никого, но одновременно сразу обозначал иерархию. Октавия оказалась единственной, кто смог подготовиться и знал о подарке заранее — это выдавала каждая деталь в её наряде.

Остальные жёны получили по три камня, словно им говорили об их равенстве, в то время как у меня был один.

— Леди Франческа, — дружелюбно улыбнулась мне… леди Дельфина Стоун.

Дочь советника Его Величества, молодая родовитая красавица. Без печати.

Что даже в теории могло заставить её согласиться на роль младшей жены? Она могла бы выбрать любого — любого, кроме короля.

— Я вижу, вы не согласны с моим решением, — Дельфина была единственной, кто подошёл ко мне. Яркая, темноволосая, решительная — она, наверное, могла бы стать прекрасной королевой.

Что-то заставляло меня верить, что она не готова просто похоронить свою жизнь в статусе младшей супруги.

— Я не в той позиции, чтобы осуждать кого-либо, — иронично улыбнулась я.

— Вы правы. Его решение взять вас фавориткой вызвало настоящий скандал во дворце, который до сих пор не утих. Возможно, именно поэтому Таррен так торопится со свадьбой. Громкое празднество, главное событие в жизни города, хоть немного заглушит голоса недовольных.

Таррен…

— Вы знаете, Франческа, я не могла даже помыслить, что вы любовники. Или что у Таррена есть к вам интерес подобного толка.

— Мы были любовниками, но я не знала о его планах на будущее, иначе никогда бы не связалась с ним.

И не стала бы помогать ему освобождать драконов и забирать власть.

— Но он помог вам с лордом Феррелом, я уверена, вы благодарны за это. Знаете, Франческа, мне кажется, мы могли бы стать подругами. У нас общая цель Я уверяю вас — совсем скоро у леди Октавии будет куда больше власти, и она не преминет ею воспользоваться.

Леди Дельфина не скрывала своего ума и цепкости. Она точно знала, чего хочет, и уже вовсю искала союзников. Но я, честно говоря, не могла понять, к чему она ведёт.

Какие у неё шансы против Октавии?

Разве что она захочет её убить…

Мои размышления прервали тяжёлые шаги того, кто просчитывал каждый свой ход наперёд — и жён подбирал по тому же принципу. Таррен спустился по широкой мраморной лестнице и направился к своим будущим невестам.

Несмотря на то, что никакого официального порядка жён не существовало и в теории все младшие супруги были равны, иерархия всё равно чувствовалась. Она читалась в том, как жёны несли себя, как держались друг с другом, и даже в очерёдности двуколок.

Первой, вместе с Тарреном, территорию дворца покинула леди Октавия Таггерт, стоявшая гордо и прямо, совершенно не реагируя на лёгкую качку экипажа. Девушка махала рукой случайным прохожим и никогда, ни при каких обстоятельствах не оборачивалась назад.

Король Вермитура и его будущая старшая жена тихо переговаривались. Глаза Октавии горели удовлетворением, что бы он ей ни шептал.