Увы, он так и не достиг цели.

Его поглотил низкий гул, чуть отдававшийся в ногах Арда. Не разбился о щит, не был перехвачен сложной контратакой, а именно рассыпался на лету в мелкую снежную крупу, которую тут же втянул купол Арены.

На этот раз Монах не стал утруждать себя щитом.

— Модификация Огненной Плети Абара… — Вельт, похоже, впервые за вечер запутался в увиденном. — Ронал, может Абар сломал печать⁈

— Вряд ли, Симон, но, именно поэтому, я и сказал, что все уже закончено.

А затем тот же самый гул ударил в Арда.

Хотя вряд ли это можно было действительно назвать ударом. Низкая, проникающая от досок через подошвы в кости волна, от которой задрожали зубы и зачесалось под ногтями. Одиннадцать дисков Орловского, кружившие вокруг него, вдруг задрожали вместе с воздухом, и тут же разом лопнули. Как стекла в раме, когда в стену въезжает грузовик.

Его сбило с ног, будто кто-то невидимый поставил подножку. Доски ушли из-под подошв, колени подогнулись, и Арди, не удержав посох, упал на четвереньки. Кровь из носа вместо капель ударила тонкой струйкой, а в ушах, перекрывая гул трибун, вновь возник все тот же тонкий комариный звон.

— Раунд! — откуда-то издалека донесся до него беспристрастный голос судьи. — Очко: Монах, неустановленным заклинанием разрушил пассивную защиту Абара и нанес повреждения. Один-один. Стороны, у вас минута!

С прошлой минуты, как бы глупо ни звучало, не прошло и нескольких секунд, а Ард сидел, запрокинув голову, и смотрел, как над куполом падает снег. Красиво, честно говоря. Где-то вдалеке застыла полупрозрачная пленка, а по ней сверху медленно плыли белые точки и гасли, пока над Ромбом, кутаясь в свет прожекторов, замерли два великана в масках. Один, чуть приподняв маску, высмаркивал кровь, а другой полоскал горло.

Тратить лишние лучи на Звездное целительство Ард не собирался.

— И все же, несмотря на мое плохое предчувствие, это третий раунд, дамы и господа! — Вельт, судя по голосу, уже успел промокнуть лоб и вернуть на место прическу. — Впервые в сезоне! Запомните, где вы сидели!

— Стороны, приготовиться! Финальный раунд!

Третий раунд Ардан начал так, как начинал бы любой Зеленый маг, по недоразумению попавший в сетку Синих, и попытался открыться с комбинации.

С навершия его посоха срывались вращающиеся конусы, чтобы, рассыпавшись о невидимый барьер, собраться на поверхности Ромба звонкими цветами. Те, рассыпаясь и поднимая в небо бесчисленное множество острейших лезвий, вновь исчезали в снежной пыли, чтобы уже в следующее мгновение оказаться пронзенными очередными конусами.

Монах на этот раз не ограничивался защитой и бил в ответ, но как-то… лениво. От его посоха и печатей вновь расходился низкий, едва заметный гул, но неизменно исчезал внутри целого града снежных заклинаний. Арди лишь ощущал вибрацию под своими ногами и больше ничего…

Возможно, Монах, все же не понявший, что именно отличало в первом раунде одно заклинание Арда от другого, решил больше не подставляться, но в то же время пока что экономил свои накопители и…

Постойте…

Вибрацию?

Ардан не успел развернуть эту мысль. Инстинкты, привитые уже далеко не одной смертельной битвой с другими магами, взвыли громче трибун, и, чувствуя угрозу, Ард тут же мысленно потянулся к пролитой Лей. Его попытка обмануть противника перешла к тому, что он действительно провел самую банальную комбинацию, переходящую в Резонанс.

Ардан ударил посохом и тут же почувствовал, как пролитая Лей отзывается потусторонним теплом и стягивается к массивной печати под его ногами. Воздух перед ним закружился в непроглядном вихре жестокой метели, мгновенно уплотнившейся и собравшейся внутрь самой себя, образовав идеально гладкую сферу. Ледяное Артиллерийское Ядро в воплощении Резонанса оказалось настолько… ледяным, что под ногами Ардана затрещали мигом промерзшие конструкции, удерживавшие платформу сражавшихся.

Если бы поблизости оказался незащищенный человек или зверь, то вся жидкость в их телах мгновенно бы кристаллизовалась.

Монах в тот же миг и сам ударил посохом, явно тоже используя Резонанс, вот только… ничего не произошло.

Глаза так ничего сперва и не увидели, и только впоследствии, из-за того, как изменилось движение воздуха, Ардан заметил призрачные очертания чаши или, скорее, Колокола. Колокола, который вобрал в себя оставшиеся два накопителя на пальцах Монаха, которые тот так и не потратил за оба раунда.

Вот только понял это Ард, когда его заклинание, заставляя промерзать и разлетаться деревянной и металлической стружкой Ромб, уже отправилось в полет.

Полет, окончившийся прямо в жерле едва различимого Колокола.

В следующий миг Ардан мысленно благодарил всех тех бесчисленных Звездных инженеров, которые на протяжении десятилетий дорабатывали стационарные щиты. Магия Арены спасла Арда от того, чтобы чужой активный щит (Спящие Духи, он впервые видел, чтобы кто-то использовал Резонанс для создания щита! Пусть и активного), вобрав в себя силу еще и Резонанса Арда, в лучшем случае превратил бы его внутренние органы и кости в кровавую кашу. Да уж… смешно… в «лучшем» случае…

Беззвучные, благодаря магии стационарного щита, и в десятки раз ослабленные им же вибрации от перехлестывающихся звуковых волн снесли Арда с настила невесомой пушинкой. Он прокатился по доскам, перелетел через край Ромба и остановился, уткнувшись плечом в промерзшую от его собственной Лей землю.

— Абара вынесло за Ромб! — все надрывался Вельт. — Но летел, надо признать, весьма красиво!

— Я же говорил, Симон, — коротко и весьма емко резюмировал Кирс.

Раздался последний свисток, и на табло над Ромбом, рядом с единицей, вспыхнула двойка на стороне темной маски.

— Раунд! — судья, кажется, даже привстал. — Очко: Монах, срезонировав активный щит модификации Треснувший Колокол, усилил его Резонансом противника, использовав больший объем Лей, вытолкнул Абара за пределы Ромба. Победа: Монах, два очка против одного!

— Два-один! — заорали ретрансляторы. — Победа! Победа Монаха, дамы и господа-а-а!

Купол над Ромбом втянул в себя остатки заклинаний, и звуки снова вернулись к постепенно приходящему в себя Арду.

Трибуны ревели. Иллюзия темной маски над Ромбом спокойно шла в его сторону.

Монах протянул руку, и Арди с благодарностью ее принял. Протез под Монахом качнулся, и они едва не упали вдвоем, что трибуны встретили с восторгом.

Они вместе помахали зрителям и направились обратно в раздевалку.

— Ты специально? — спросил Ардан.

— Что именно? Отдал тебе первый раунд? — переспросил Монах и тут же сам же и ответил. — На самом деле — нет, коллега. Ты оказался лучше, чем я думал, вот и все. Не смог прочесть твою модификацию, вернее даже не понял, что то заклинание отличалось от других. Добро. Хорошая идея, Абар. Мой прием понял или подсказать?

Ардан неуверенно кивнул и тут же пожалел о содеянном. Голова нещадно гудела.

— Ты создаешь вибрации при помощи базовых воздушных военных заклинаний, — проскрипел сквозь сжатые от боли зубы Ард. — Затем эти вибрации разрушают собственную стихийную оболочку, не давая противнику нормальным образом среагировать. А если ты опаздываешь и противник уже атакует, то он все равно запутается из-за наличия стихии на первых этапах заклинаний. И, получается, что весь секрет, в принципе, заключается скорее в том, как применяется шифровка, нежели в самих модификациях.

— Браво! — без доли иронии или сарказма восхитился Монах. — Вот теперь уверен, что ты и вправду занимался у Аверского, да примут его Вечные Ангелы.

— Сам придумал?

— Нет, конечно, Абар. Куда мне до таких гениев, как твой наставник, — хохотнул Монах. — Разработку начал еще мой наставник в Армии. Что-то он во мне тогда разглядел и научил. Ну а я немного доработал. Штука, конечно, очень хорошая, но, увы, одноразовая. Теперь, когда ты знаешь секрет, против тебя уже не сработает. Но, как можешь понять, в настоящем бою и не надо.