На улице ждал все тот же неприметный автомобиль. Ловсли сел за руль, Статский вновь устроился сзади, а Ардан закинул посох между диванчиков и опустился рядом с водителем.

В голове было пусто.

Они тронулись. Улица потекла назад, мимо потянулись витрины, потоки автомобилей и прямая, как стрела, тень надземки.

Первые кварталы они проехали под аккомпанемент спора о том, можно ли считать граммофон музыкальным инструментом или же это просто шумящая мебель.

Ардан не вслушивался.

Он смотрел, как за окном разворачивается Новый Город, столь же огромный и сияющий, сколь и равнодушный. Ардан ни о чем не думал. Просто смотрел за окно.

— Так, а насчет сейфа, — обернулся с заднего сиденья Статский. — Ты сказал, третий цех. Это который к погрузочным воротам ближе или который дальше?

— Дальний, — Ардан отвечал через силу, глядя перед собой. — Где точная сборка.

— А сторожи откуда обход начинают?

— От проходной. По часовой.

— Ситуация… — Статский откинулся назад и хмыкнул. — Степан, а представь, если у них сейф тоже фирменный. С всратой гравировкой. И с наценкой за историю их…

Договорить он не успел.

Впереди, на перекрестке, наперерез им резко, с визгом покрышек, вывернули и встали поперек проспекта несколько автомобилей. Приземистых, темных и до отвращения знакомых. Ардан узнал их раньше, чем успел подумать.

«Дерксы».

Ошибиться Ардан не мог. Он слишком много часов провел в одной из таких машин, слишком хорошо знал их приземистые силуэты, посадку, глухой стук их дверец. Служебные автомобили Черного Дома.

А потом по салону ударило свинцом.

Стекла брызнули внутрь колючим крошевом, обивку рвануло клочьями, что-то с тупым звоном вошло в дверцу у самого локтя. Ардан, даже будь он с посохом, все равно бы не смог ничего наколдовать из-за того, что машина была на ходу. Так что… Он охнул, согнулся, зажал ошпаренную ногу обеими руками, и между пальцев тут же проступила горячая кровь, сочащаяся сквозь штанину из пулевого ранения.

— Срань! — рявкнул Ловсли и бросил автомобиль по встречной, вильнув так, что Арда впечатало плечом в дверцу.

Статский сзади уже выбил локтем остатки заднего стекла:

— Я только пальто из химчистки и ремонта забрал… ну сколько можно!

Он палил короткими очередями из автомата, который оказался спрятан за фальшивой, откидной спинкой сидения.

— Степан! — рявкнул он между двумя хлопками. — Это твои друзья⁈ У вас какой-то свой способ приветствия⁈

— Это ни демона не смешно, Джейкоб! — огрызнулся Ловсли, выкручивая руль. — Это сраные Плащи!

— А то я не понял!

— Решил уточнить на всякий случай!

— На всякий случай лучше дай газу! — Статский втянулся внутрь салона, перезарядил автомат и вновь выглянул наружу.

— Если будешь учить меня водить, я начну учить тебя стрелять! — дергая рычаг коробки передач, закладывая крутой вираж, огрызнулся Ловсли.

— Справедливо!

— Откуда они, блядь, здесь⁈

Ардан, зажимая горящую ногу, смотрел на бросившиеся за ними следом автомобили и, впервые за весь день, был согласен с мутантами. Он тоже понятия не имел, откуда здесь взялись его с Миларом коллеги.

За ними гналось три казенных автомобиля.

Ардан разглядел это в треснувшем боковом зеркальце, пока Ловсли, матерясь сквозь зубы, мчал машину по встречной полосе, разлетавшейся перед ними наподобие стаи голубей, спасавшей свои жизни из-под чужих колес. Что, в какой-то степени, так и было.

Три «Деркса» выстроились широким клином. Один по встречной, точно за их корпусом, еще два, чуть отставая, по своей стороне проспекта, отрезая любую попытку перестроиться обратно.

Статский сзади выдал очередную короткую очередь, и у ближнего преследователя брызнула и погасла фара.

— Мимо! — рявкнул Ловсли.

— В фару! — возразил Джейкоб.

— Ну обалдеть! Это многое, блядь, меняет!

Бедро горело. Ардан давил на него обеими ладонями, но безуспешно. Горячая, липкая кровь толчками проступала между пальцев, пропитывая штанину и стекая под сиденье. Он старался не думать о ней. Ард старался вообще ни о чем не думать, но проспект летел мимо в сияющем искусственном свете (в столь же отчаянной манере пытавшимся удрать от осенней хмари), витрины дробили солнце, швейцар у отеля нырнул за колонну, какая-то дама с коляской застыла посреди тротуара с открытым ртом, и все это мелькало и мелькало, а над головой по-прежнему ползла ровная тень надземки.

Ловсли рванул руль, машину бросило поперек перекрестка перед самым носом трамвая, вагоновожатый ударил в звонок, и на секунду мир потонул внутри протяжного звона, визга покрышек и мата Статского. У того от рывка вылетел из рук магазин.

— Джейкоб! — Ловсли заметил произошедшее в зеркале заднего вида.

— Перезаряжаю!

— Быстрее!

— Иди ты в задницу!

Ловсли тоже выругался и, не глядя, запустил руку под сиденье, выдернул оттуда револьвер, тяжелый, тускло-черный, и ткнул им Арду в грудь.

— Держи. Стреляй.

Ардан, не мешкая, принял чужое железо. Он посмотрел на него. Потом в зеркало бокового вида. Потом снова на револьвер.

Проклятье…

Промахнется, и эти двое могут заподозрить… да что угодно. Тем более, что все, что не попадет в «Дерксы», может угодить, по закону подлости, в витрину, в тротуар, в даму с коляской, в швейцара за колонной. Не говоря уже про другие автомобили на дороге.

А если, Спящие Духи, попадет, куда целился… Там, в «Дерксах», такие же сотрудники второй канцелярии, как и он сам! Может быть, среди них есть даже Урский с Эрнсоном или Милар.

— Эльф! — Статский все же вбил магазин обратно в автомат и заорал ему прямо в затылок. — Стреляй уже!

— Не ссать! — подхватил Ловсли, вжимая педаль. — Из окна не вывалишься!

Ардан опустил стекло. Вернее попытался, потому как стекла не оказалось. Оно давно лежало осколками у него на коленях, так что Ард просто высунулся в проем по плечо. Ветер ударил в лицо, пороховая гарь от автомата Статского забила нос, нога отозвалась на движение такой болью, что потемнело в глазах. Он вытянул руку вперед. Ближний «Деркс» прыгал в трясущемся, ныряющем мире где-то за мушкой, и Ард вдавил спусковой крючок.

Револьвер подпрыгнул в ладони. Пуля ушла куда-то вверх, в тень надземки, и там, судя по короткому жестяному щелчку, встретилась с вывеской.

— Еще! — рявкнули сзади.

Он выстрелил еще раз.

И на этот раз, к иронии и хохоту Спящих Духов, попал. Не туда, куда целился, совсем не туда, но попал. Пуля вошла в капот ближнего «Деркса» точно под радиатор, и из-под крышки ударил белый столб пара, залив лобовое стекло сплошной молочной пеленой. Водитель, ослепнув, может по инерции, а может избегая риска столкнуться в бурном дорожном потоке Нового Города с кем-то еще, дернул автомобиль в сторону. «Деркс» на полной скорости заложил вираж, зацепил колесом кромку гранитного островка посреди проспекта, встал на два колеса, качнулся…

И взлетел.

Ардан наблюдал за происходящим так, будто само время вдруг решило дать ему шанс разглядеть все в мельчайших подробностях. Приземистая черная машина оторвалась от мостовой, вокруг оси вращения перевернулась в воздухе через крышу, продемонстрировав на мгновение днище; колеса, все еще крутившиеся вхолостую; и, в фонтане стекла и искр, рухнула на бок. Казенный агрегат, разбрасывая осколки, проскользил по мостовой еще метров двадцать и замер, уткнувшись в фонарный столб.

В салоне автомобиля Нарихман на мгновение воцарилась тишина.

Ловсли ничего не сказал. Статский недоуменно выгнул бровь. А Ардан… Ардан, все еще держа револьвер на вытянутой руке, мысленно молился о том, чтобы в перевернутом автомобиле не смолкли чужие сердца.

Два «Деркса», двигавшиеся по своей полосе, отпрыгнули в стороны, обходя лежащего собрата, и снова сомкнулись за кормой. Погоня и не думала стихать.

— Степан! — гаркнул, перезаряжаясь, Статский. — Ты это видел?