С наступлением холодов замёрзли и мои ученические способности: прогресс встал намертво, и сколько бы я ни билась над новыми заклинаниями, ничего не получалось.
Дело осложнялось тем, что теперь Ли Цю был постоянно занят. Из-за постоянных проверок, консультаций и выездов он пропадал по делам не только днями, но и вечерами, а иногда даже ночами. Так что времени на моё обучение практически не оставалось.
Когда у него выдавалась свободная минута, и Ли Цю предлагал позаниматься, отказывалась уже я. Врала о том, что хочу ещё раз повторить старые заклинания или сосредоточиться на теории. Ссылалась на личные дела. В общем, придумывала достаточно убедительные причины, чтобы наставник мог хотя бы немного отдохнуть со спокойной совестью.
Впрочем, дела у меня и в самом деле были. Помимо того, что я по-прежнему старалась ездить с Ли Цю на задания, когда могла хоть чем-то пригодиться, теперь ещё и Лана периодически звала меня во дворец — причём не как ученицу придворного чародея, а как отдельную магическую единицу для личной помощи.
Один раз, например, она поручила мне разобраться, куда исчезла целая коробка приглашений на дворцовый приём, и после получаса расспросов выяснилось, что один из слуг просто отнёс её не в ту канцелярию. В другой раз Лана попросила помочь проследить за подготовкой комнат для гостей, потому что сама уже запуталась, кому что обещала. Магии для разрешения этих вопросов не требовалось — просто немного терпения и внимания. Так что полезнее я себя от этого не чувствовала. Скорее наоборот.
Теперь многие во дворце обращались ко мне не иначе как «госпожа чародейка» — видимо, называть по имени женщину, чьё имя совпадало с именем богини, людям всё-таки было неловко, — и мне постоянно казалось, что я выдаю себя за кого-то ещё. Хотя иногда магия всё-таки требовалась.
Однажды какой-то неведомой силой подписанный лист из важного международного договора умудрился залететь под тяжёлый шкаф, который трое мужчин так и не смогли сдвинуть с места — тогда я приподняла бумагу левитацией и легко вытащила наружу.
В другой раз Илара Вейн потеряла кольцо и никак не могла вспомнить, где именно видела его в последний раз. За день она успела посетить едва ли не половину центральных мест Цереса, и на их пеший обход ушла бы уйма времени. Так что я просто стала открывать небольшие мини-порталы в одно место за другим, пока через очередное окошко мы наконец не обнаружили кольцо под столиком в кондитерской.
По-моему, ничего впечатляющего ни в одном из этих событий не было. Но Лана придерживалась иного мнения. Выступая главным инициатором моей стремительно растущей популярности, она была совершенно счастлива.
— Мора, это так здорово! Теперь не только у отца есть свой чародей, но и у меня — своя чародейка!
Она смотрела на меня с таким восторгом, что мне оставалось только улыбнуться в ответ и молча согласиться. Только вот её энтузиазма сама я не испытывала. Ну какая из меня чародейка, если в моём арсенале едва набирается десяток заклинаний, а в обучении я опять топчусь на месте?
Куда красноречивее о моём настоящем уровне говорили задания, на которые я отправлялась вместе с Ли Цю. Там от меня обычно пользы не было. Наставник самостоятельно разбирался с проблемой, а я в лучшем случае помогала сделать так, чтобы ему не мешали. Хороша помощница, нечего сказать. Да и что говорить?
Я пыталась бороться с негативными мыслями, но настроение окончательно и бесповоротно перешло в стадию «всё очень плохо», так что в конечном итоге даже постоянная занятость не помешала Ли Цю это заметить.
— Что тебя беспокоит? — спросил он однажды вечером, после короткого стука входя в мою комнату и устраиваясь за письменным столом.
Когда дверь открылась, я поторопилась принять сидячее положение и немного привести себя в порядок. Получилось не слишком убедительно. Волосы растрепались, и я всё ещё была в ночной рубашке, поэтому пришлось поспешно натянуть на себя плед, чтобы не выглядеть человеком, которого только что подняли с постели.
Особенно неловко было оттого, что сам чародей только вернулся с очередного дела и даже не успел переодеться в домашнее. Он работал. А я уже два часа валялась в кровати и жалела себя. Замечательно, просто замечательно.
— Ничего, — поспешила ответить я, и тут же осеклась.
Вот и зачем я вру? Ли Цю всё равно уже заметил, что что-то не так. К тому же наверняка устал, и устраивать сейчас долгий спектакль из «всё нормально» значило только зря отнимать его время. Я вздохнула.
— Просто мне кажется, что я не справляюсь.
— С чем? — уточнил наставник, и в его голосе мне послушалось лёгкое удивление.
И в самом деле, с чем? У меня и дел-то никаких, а я всё равно умудряюсь не справляться. Едва удержавшись от ответа «со своей жизнью», я пояснила:
— Мне кажется, я не настоящая чародейка и не имею права так называться.
Ли Цю посмотрел на меня внимательнее, и брови у него едва заметно приподнялись.
— Чародей — человек, рождённый со способностью чувствовать магические потоки и управлять ими при помощи собственной воли, — процитировал он определение из церейского словаря. — Не вижу причин, по которым ты не могла бы так называться.
— Да знаю я, — пробормотала я, сильнее закутываясь в плед. — Но мне кажется, я не заслуживаю, чтобы меня так называли... другие. Когда Лана приглашает меня во дворец и представляет всем своей чародейкой, я чувствую себя самозванкой. Толку-то от моей магии почти никакого. Ни придворным помочь не могу, ни тебе. Я бы, наверное, больше пользы приносила, если бы просто работала кухаркой.
— Ты ошибаешься, — серьёзно ответил Ли Цю. Потом чуть помолчал. — Не возьмусь судить, насколько велики твои кулинарные таланты…
Мне немедленно стало стыдно ещё и за это. Когда-то я хотя бы готовила нам завтраки и обеды. Но после того, как график Ли Цю окончательно перестал подчиняться законам здравого смысла, я вообще перестала следить за нашим продовольствием, и в последнее время мы ели только то, что сам наставник успевал купить по пути домой. Прекрасно. Выходит, кухаркой я бы тоже оказалась бесполезной.
— …Но могу совершенно точно сказать, что твои магические способности делают тебя хорошей чародейкой, — продолжил Ли Цю, делая вид, будто не заметил, что я успела провалиться в ещё одну внутреннюю бездну. — Ты умеешь определять, какое заклинание уместно использовать в конкретной ситуации. Замечаешь следы магического вмешательства. Не применяешь силу там, где она не нужна.
Я слегка приподняла голову. Ли Цю продолжал перечисление тем же спокойным тоном, словно зачитывал строки канцелярского отчёта:
— За последние месяцы ты заметно продвинулась в портальной магии. Более того, твои компактные порталы — довольно необычный случай. Все известные техники рассчитаны на довольно крупный разрыв пространства. Ты же научилась создавать маленькие устойчивые окна без лишних затрат энергии.
Я моргнула.
— Это правда так необычно?
— Достаточно необычно, чтобы я рассказал об этой технике нескольким коллегам из Джуна. Они крайне заинтересовались.
Я машинально выпрямила спину. Почему-то от этого уточнения стало ещё приятнее.
— Так что, — закончил Ли Цю, — при всём желании я не могу согласиться с утверждением, что ты лишь притворяешься чародейкой. Ты родилась со способностями, развила их и осознанно их используешь.
Я медленно кивнула. Если Ли Цю действительно видел меня именно такой, это было здорово. И всё же неприятное чувство внутри никуда не исчезло. Я перевела взгляд на книжные полки. Большинство учебных пособий на них всё ещё предназначались начинающим: управление потоками, базовые жесты, простейшие способы контроля.
— Тогда почему я всё равно чувствую себя самозванкой? — тихо спросила я.
Ли Цю ненадолго задумался.
— Думаю, ты просто ждёшь от себя гораздо большего.
Я снова повернулась к Ли Цю. Он внимательно смотрел на меня, и в этот раз я выдержала его взгляд.
— Но это уже не вопрос способностей, — продолжил наставник. — А вопрос о том, кого ты сама считаешь настоящим волшебником. Была у меня когда-то одна история, в которой возник занятный спор как раз на эту тему.
