Она помнила только, что всем в своей жизни обязана собаке, проявившей удивительную преданность. Князь Мирош хотел забрать Олло в свои покои, но пес упрямо стремился к Селин, и правитель Северных земель, по-настоящему тронутый и восхищенный этим существом, позволил ему это.

О псе заботились, как заботились о лучших воинах князя, изломанных в битвах. Он прожил счастливую и достойную жизнь. И его искренне любили, баловали и почитали все в этом замке. Северяне вообще всегда любили собак, а этого - особенно....

Совсем по другому жизнь в замке сложилась для Селин.

Да, она была дочерью одного из погибших защитников замка, на территории Северных Земель. Но таких детей, оставшихся сиротами на разграбленной войной земле, было в то время тысячи и тысячи. И совсем не каждого брали в замок к самому князю Мирошу. Вернее, и не брали-то туда никого...

Олло здесь ценили за проявленное мужество. К Селин же относились просто, как к подкидышу, к минутной прихоти Северного князя, о которой он тут же позабыл.

Если бы не Шиира - кухарка, безраздельно правящая в царстве казанов, пара и восхитительных ароматов кухни, Селин, выжившая в разграбленном замке, тихо погибла бы в сытом, теплом и изобильном чертоге князя Мироша. Селин отдали в переходы замка, которые занимали слуги. Но никто не собирался ей здесь заниматься. Ее и кормили то через раз - не со зла, просто потому, что все были заняты своими делами, которых для каждого из слуг в замке и так было предостаточно.

Шиира, потерявшая в тот год внучку такого же возраста, пригрела возле себя рыжую, никому не нужную малышку. Подкармливала, заботилась понемногу, учила помогать на кухне. Дел то у нее самой и так было с утра до ночи.... А потом и привязалась к Селин, прикипела к ней сердцем....

Селин до сих пор помнила волшебные шоколадные пироги Шииры.

Воздушное ароматное тесто, с густой, умопомрачительно пахнущей шапкой шоколада, а сверху орехи и ягоды.... Шиира всегда пекла их по особому рецепту, для маленького Ярсона, крошки-княжича. Сладкоежкой он был невероятным.

Селин доставались лишь крошки, - но можно было потом вылизать миску из-под шоколадного крема.

Увидев, с какой жадностью Селин следит за тем, как он уминает пирог, Ярсон перестав жевать, несколько секунд разглядывая ее... растрепанную рыжую девчонку, забившуюся за мешки с картошкой, а потом отломил хороший кусок и протянул ей. Не из дружеских чувств, скорее из жалости, как к покалеченному зверьку.

- Возьми, это вкусно..... Ешь, я тебя не обижу.

Селин было все равно из каких соображений он оказался так добр. Она просто принимала это, как нежданный и редкий дар. Каждый раз заходя на кухню, Ярсон стал делиться с ней своим лакомством, и она была вполне счастлива. А ему - просто есть за компанию с ней было и вкуснее и интереснее. К шести годам он немного окреп, но все равно еще часто болел и выглядел гораздо младше и ниже своих лет. Постепенно они начали болтать о разной всячине, и сами не заметили, как подружились.

Они были ровесниками, но выглядели очень забавно - Селин, похожая на лисенка-замухрышку, и Ярсон, крошка-княжич с шелковыми волосами, который едва доставал ей до плеча. Рысьи глаза оборотня казались огромными на худеньком бледном лице.

Недавно отец пообещал ему, что скоро опояшет его первым поясом с воинским мечом, специально выкованным для такого ритуала, и Ярсон изо всех сил старался быстрее расти и выглядеть по-воински. Выходило не очень успешно. Но он пообещал матери, что однажды станет одним из лучших воинов Северных земель, и ради этого готов был тренироваться с утра до ночи.

С появлением Шииры и Ярсона жизнь в замке правителя Северных земель стала для Селин вполне счастливой....

Если бы не Фрой, один из бастардов князя, выбравший ее для себя в игрушку для травли.

Имя матери Фроя князь Мирош уже и не вспомнил бы, она была одной из множества наложниц, побывавших в его постели еще до появления в его жизни Желанны. Сладких и недалеких, похожих одна на другую, как сахарные куклы. Но родившегося у нее ребенка он оставил в замке, о мальчике заботились и в положенный срок начали обучать воинским искусствам.

Бастард был задирой, и на голову выше всех сверствников. Не очень умным, но отличался особой, совсем не детской жестокостью, которая отвращала от него даже видавших многое наставников. Сил же в нем было, как в бодливом бычке.

Селин попалась ему под руку случайно, но почувствовав ее явный страх и свою безнаказанность, Фрой быстро выбрал ее в любимую потеху для себя и своих дружков. Они затаскивали ее в дальнюю прачечную, где стиралась одежда слуг, в утреннее время там почти никого не было. И потешались над ней, как хотели. Селин ходила в синяках и кровоподтеках, молясь, чтобы Богини Тишины упрятали Фроя под самый толстый лед....

Олло никогда не дал бы ее в обиду, но верного пса все чаще стал брать к себе князь Мирош - то на охоту, то на прогулку в лес, то просто в свои покои - побаловать любимца вкусной едой из своих рук.

Шиира помочь ей ничем не могла - против Фроя она и слова не могла сказать. А скажи - он принялся бы изводить и ее. А Ярсону признаться в том, как ее обижают, Селин было невыносимо стыдно.

В этот день Фрой заставил ее изображать героического Олло.

Селин в собачьем ошейнике стояла на четвереньках, а на ее спине, рискуя проломить ей позвоночник, прыгал один из дружков Фроя. Дергаясь и кривляясь, он изображал подвешенную за шею Селин, какой ее нашли люди князя Мироша.

Искусство театра прикосновений в галерее искусниц было одним из самых ярких курсов.

"Еда из женских рук способна стать невероятной магией..." - Слова Гристаль привычно прошелестели в моей памяти.

Шаг за шагом она приоткрывала для нас это искусство, разворачивая мягко и вкрадчиво целый веер эмоций и ощущений, за внешне такими простыми движениями. - "Или же жгучей отравой, разъедающей быстрее и опаснее, чем яд" .

Я никогда не была самой прилежной. Но как угощать мужчину из своих рук, создавая для него целое действо прикосновений, приправляя живые касания своей южной, лакомо-ягодной энергией, была обучена с 13 лет.

Обещаю не слишком притравливать тебя, моя княжич.... Во всяком случае, не сразу....

Я скользнула взглядом по рукам Ярсона, считывая в своих ощущениях, что мне ждать от него.

На его правой руке не хватало фаланги мизинца. По ребру ладони была выписана тонкая татуировка - вязь знаков обрывалась, потеряв свое окончание на обрубленной верхушке мизинца. Как сторожевая башня без сигнальных огней....

При этом, часть пальца была срезана уже давно, - рука смотрелась совершенно гармонично, привыкнув жить в таком состоянии.

Кто из мальчишек не получает шрамовых зазубрин на теле?

Воинским искусствам княжеских сыновей здесь обучали с детских лет. И они очень рано начинали сопровождать отца во всех выездах и событиях - связанных и с мужскими забавами и с войной. Шрамы и посеченные отметины, нанесенные оружием здесь, конечно же, не были редкостью.

Но что-то именно в этой потерянной его части вызывало мое смутное беспокойство... Как будто чешется чувствительное место на коже.... и хочется отмахнуться, но невольно возвращаешься к этому снова и снова......

- Что же ты прячешь от меня? - я легонько протянула энергию своего внимания по его ладони, скользнула по твердым горячим пальцам....

Информация не шла, как будто руки его были запаяны для считывания.... Я знала, что смогу просмотреть, возможно, просто чуть позже... когда начну узнавать его получше.

После свадьбы, из княжеской сокровищницы мне выдадут полный набор женских драгоценностей. С княжескими родовыми знаками дома, частью которого я стану. И тогда мне придется носить только их.