Все девушки мечтают стать невестами.

Кажется, нет ничего слаще этого предвкушения, радужного волнения и надежды – стать любимой, стать женой для особенного, самого лучшего мужчины на свете.

Мне 17 лет и я невеста. В чужой, заснеженной, равнодушной земле.

Мой будущий муж – Ярсон, младший из 15 сыновей князя Мироша. А это значит – что земли и славу ему придется добывать самому. Если повезет.

Все, что было достойного у его отца – унаследовали те, кто успел родиться пораньше.

Нас привезли сюда на громадном корабле, угрюмом и почерневшем.

И я, выросшая у теплой, воркующей воды в лагуне Золотых океанов, училась впускать в себя холод и снег. Училась принимать стылую, иссиня-черную глубину этих вод, с чудовищными белесыми спинами огромных рыбин, скользящих у самой поверхности воды. Иногда она даже начинала казаться мне по-своему красивой.

В галерее искусниц нас слишком хорошо обучили тому, как чутко твое состояние и твои возможности зависят от того, с чем ты соединяешься и взаимодействуешь вокруг. С какой Мощью. И какую энергию умеешь вплетать в потоки своей Силы.

Я была тщательно обучена, но опыта – глубинного и яркого, такого, который по-настоящему проявил бы мою суть и Силу, мне, конечно же, недоставало.

Здесь мне предстояло теперь жить. И чужую, колючую и незнакомую энергию этой земли мне хочешь-не хочешь приходилось теперь принимать и приручать, чтобы сделать своей.

- Детка, это сажа у тебя на щеке?

Неста поймала меня за подбородок, и обнаружив на нем полосы, стала наводить блеск. - Ты же невеста, а не землякоп...

Пальцы у нее были теплые, пахли шерстью и чем-то сладким, домашним… совершенно неуместным среди этих мокрых канатов, смоляного дерева и чужой воды.

Я повернула щеку, привычно отдаваясь ее заботе.

— Корабль грязный.

— Особенно наверху, — отозвался Ван.

Я посмотрела на него.

Он стоял, прислонившись к мачте, и с таким сосредоточенным видом доедал кусок пирога, словно больше ничем в жизни не занимался. Например, не снимал ночью с корабельных снастей собственную воспитанницу.

— Ты обещал не рассказывать.

— Я и не рассказываю. Поддерживаю разговор о чистоте корабля.

Неста перестала тереть мне щеку.

— Эльс…

— Там уже почти не качало.

Ван медленно прожевал.

— Мачту. Тебя мотало, как котенка.

Я бы непременно нашлась, что ему ответить, если бы Неста не повернула мое лицо к себе. Смотрела она совсем без улыбки.

И я взяла ее за руку.

— Зато оттуда видно, как светится вода. Вся… до самого края. А вокруг темно. Представляешь?

Она вздохнула. Но все-таки представила — я почувствовала это по тому, как чуть ослабли ее пальцы.

— Покажешь мне отсюда. С палубы.

— Если будет светиться.

— Если не будет, подождем.

Я прижалась щекой к ее ладони. Совсем на мгновение. Все таки как же хорошо, что она со мной.

Впереди показался высокий заснеженный берег.

Неста, одна из немногих, кто решился сопровождать меня сюда, чуть слышно вздохнула и придвинулась ко мне.

Протянула приготовленный заранее мешочек из синего бархата. Также как и я, она не отрываясь, смотрела на новые берега, так же, как и я, она надеялась, что они примут нас.

Стянув пушистые рукавицы, я взяла мешочек, и шагнула к борту. Мороз жадно лизнул пальцы, но я не замечала этого.

Передо мной лежал новый, чужой, скованный льдами край, которому суждено было стать моим домом.

Закрыв глаза, я сделала глубокий вдох… и выдох…. чувствуя, как тело привычно расслабляется, и, позволяя переместиться своему восприятию на иной уровень.

По моим пальцам из мешочка заструилось зерно, крупное, отборное… орехи… кусочки лакомых засахаренных фруктов…Плоды, которые дарила людям моя солнечная родина. Плоды, которые я, как дар, как подношение, отдавала сейчас духам этой новой земли…. Мощным духам здешних вод и ветров….

Поток изобильных плодов стекал по моей ладони в воду… в какой-то момент его снизу словно подхватил ветер, взметнув вверх фонтанчиком зерна, орехов и водяных брызг... И потом глубина этих вод приняла, втянула в себя подношение, на мгновение жемчужной вспышкой подсветившись изнутри.

- Будь благословенна, Эллиэйс из Южных Земель.... - я скорее почувствовала, чем услышала их отклик. Или мне просто хотелось верить, что они примут меня?

На берегу нас встречали, и мое сердце тревожно сжалось от предвкушения.

Я видела на снегу четкие силуэты всадников, их было человек 20, и, задержав дыхание, я выискивала среди них глазами Ярсона.

Кони под ними были драконьей крови – огромные, золото-черные, с бешеными глазами и таким же зубастым, непредсказуемым нравом. Только такие могли выжить в этих снегах, только такие могли подойти джильтам – дружине княжеского сына. Пусть даже и самого младшего. Возле них нас ждали сани, застланные пятнистыми шкурами, видимо предназначенные для меня.

Ярсон…. За долгие недели плаванья мне нравилось представлять нашу встречу.

Представлять себе – каким будет сын Северного князя, и как он встретит меня…. Как под скалой его породистой и жесткой мужской силы проступит нежность ко мне… Как я смогу затронуть его душу, как я почувствую это, и …. Я засыпала в сладком предвкушении, и в полусне – проживала нашу встречу… как то, что станет очень особенным и зажжет нашу жизнь – друг для друга.

Мы пересели в громадную лодку с высокими бортами, и она тяжело отчалила от корабля, чтобы доставить меня, Несту и моих людей на берег.

Я смотрела на тех, кто ждал нас на берегу… пытаясь почувствовать кто из них Ярсон… кто из них тот, кто совсем скоро станет моим мужем. Мне казалось, я смогу узнать его сразу.

То, что он совсем не понравится мне, стало для меня полной неожиданностью. На это я совсем не рассчитывала.

Он был очень, очень…очень красивый.

И очень мне не рад. Хотя и был уверен, что замечательно скрывает это.

Рикаст, князь Соляных земель.

Солняной Рикаст. Именно так его теперь называли. И он позволил всем забыть свое настоящее северное имя. Позволил это даже себе...

Над ним куполом светилось огромное небо. Снежно-облачное, как всегда в этих землях. Когда-то он посылал в него лишь проклятия. Сегодня - оно казалось ему полным праздничных сюрпризов.

Он знал, что мальчишка понравится ей...

Взбесит?

Разозлит?

Возможно... но понравится.... Есть что-то в этих полукровках, что плавит женские тела, как сахар над свечкой.... Включая их глупое сердце.... даже если его отшлифовали в шелк в галерее искуссниц....

Рикаст почти обустроил этот мир под себя. Его замок в Соляных землях снаружи превратился в неприступную крепость, внутри же - теперь превосходил все его самые смелые фантазии.

Совсем не плохо для того, кого сбросили умирать в ущелье.... почти ослепшего от боли, с отрубленной рукой и перебитыми ногами... Его окровавленная кисть, сжимающая меч, валялась перед ним все дни, что он пытался умереть... В конце она уже качаясь, двоилась и троилась перед его глазами, превращаясь в посиневший укор.... Ему казалось, с каждой ночью она подбирается к нему все ближе, отщипывая от него куски мяса, чтобы выжить...

Его новая рука получилось совсем другой. После обновления, когда после нескольких попыток, он все таки смог воссоздать все то, что было потеряно. Чуть больше пальцев, иная кожа, лишь хвостик змеистой татуировки чуть выше запястья, оставшийся от прежних времен....и уже совсем другие линии прочерчивали теперь его ладонь. Отражая то, как не колеблясь, он вывернул свою жизнь наизнанку.

Теперь, лежа в огромной ванне, вырубленной в скале под открытым небом, он беззвучно благодарил Богинь Тишины. За то, что этот заветный день наконец-то настал.