– Мама, познакомься, это Юля. Моя невеста, – Олег произнес это так спокойно и веско, будто мы были обручены как минимум пару лет. – Юля, это моя мама, Валерия Валерьевна, и её подруги.
Подруги – две холеные дамы с подтянутыми лицами – переглянулись.
– Надо же, какая скромная девочка, – сладко протянула одна из них, разлядывая мой лаконичный клатч. – Юленька, а из какой вы семьи? Напомните, ваши родители ведь владеют сетью клиник или...
– У Юли потрясающая семья, – перебил её Олег, не дав мне покраснеть. Его серые глаза опасно сузились. – Но в отличие от большинства присутствующих здесь Юля всего в жизни добилась сама: с отличием окончила иняз, свободно говорит на двух языках и руководит людьми. Именно поэтому она здесь. Бабушка просила познакомить её с серьезной девушкой, а не с очередной любительницей чужих капиталов.
У маминой подруги аж рот приоткрылся от такой вежливой пощечины, а Валерия Валерьевна недовольно поджала губы. Мать явно была не в восторге от выбора сына, но спорить на людях не решилась.
– Что ж, у Олега всегда был... специфический вкус, – процедила она, натянуто улыбнувшись. – Идите в малый зал, Олег. Бабушка и твой дядя как раз там.
– Обязательно зайдем, мам, – кивнул Олег.
Он развернул меня и уверенно повел прочь от змеиного логова. Едва мы отошли на безопасное расстояние, я шумно выдохнула:
– Романов, ты сумасшедший! Ты только что выставил свою мать и её подруг полными дурами.
– Они это заслужили, Фиалка, – хмыкнул он. – Привыкай. Моя женщина должна уметь держать удар. А теперь пошли, покажем тебя главному критику.
Мы подошли к массивным дубовым дверям, за которыми скрывался малый зал для самых близких гостей. Олег мягко толкнул створку, увлекая меня за собой.
Я замерла на пороге малого зала так резко, что Олег чуть не проскочил вперед. Мои пальцы, до этого просто переплетённые с его, судорожно впились в ладонь парня. В глазах на секунду потемнело, а воздух вокруг стал густым и удушливым, как перед грозой.
В пяти метрах от нас, спиной к огромному камину, стоял тот самый человек, чьего шага в коридорах нашего корпуса до дрожи боялись и студенты, и профессора, и простые сотрудники, как я. Декан нашего с Олегом факультета – Аркадий Валерьевич Смирнов.
«Всё, это конец, – набатом застучало в моих висках, пока паника ледяной волной накрывала каждый миллиметр моего тела. – Трудовая книжка со статьей за аморальное поведение мне обеспечена. Он же решит, что я продвигаю студентов за деньги или… Боже, о чем он вообще подумает?!»
– Юль, ты чего? – Олег обернулся, нахмурившись, и сжал мои дрожащие пальцы. – На тебе лица нет.
– Романов… – сипло, одними губами выдавила я, пытаясь буквально вжаться в его широкое плечо и спрятаться от зала. – Там декан. Наш декан. Разворачиваемся и уходим, пока он не повернулся. Пожалуйста.
Олег проследил за моим паническим взглядом, на секунду замер, а затем его губы медленно разъехались в совершенно нечитаемой улыбке. В серых глазах вспыхнул такой откровенный, мальчишеский азарт, что мне стало еще страшнее.
– А, Аркадий Валерьевич, – спокойно протянул этот невыносимый мажор. – Ну надо же, я и забыл, что он уже приехал.
– Забыл?! – я едва не перешла на ультразвук, продолжая пятиться к выходу и пытаясь высвободить свою руку из его. – Романов, если он увидит меня здесь с тобой, то он уволит меня прямо сейчас! Неужели ты не понимаешь?!
Освободиться из хватки его пальцев у мен, конечно же, не получилось, зато у него прекрасно получилось притянуть меня к себе ближе.
– Не уволит, – второй рукой Олег крепко обнял меня за талию, не позволяя сбежать, и силой удержал на месте. Его ладонь на моей пояснице приятно обжигала через бархат платья, снова отвлекая от паники. – Дыши, Фиалка. Я же сказал: с руководством я договорюсь лично.
В этот момент Аркадий Валерьевич, словно почувствовав на себе чужой взгляд, повернул голову в нашу сторону. Его строгие, кустистые брови мгновенно взлетели вверх.
Взгляд декана, привыкший сканировать должников на экзаменах, прошелся по Олегу, переместился на его руки, прижимающие меня к себе, и, наконец, замер на моем лице.
На секунду мне показалось, что декан подавился своим виски. Он даже моргнул несколько раз, словно проверяя, не померещилась ли ему скромная, тихая и исполнительная сотрудница его студенческого отдела в образе роковой светской львицы.
Декан извинился перед собеседником и тяжелым, уверенным шагом направился прямо к нам. Каждое приближение его лакированных туфель отзывалось у меня в ушах ударом колокола. Отступать было некуда – только если в обморок падать.
– Ну привет, опоздуны, – наконец раздался густой баритон Аркадия Валерьевича.
Я зажмурилась, мысленно прощаясь с карьерой, и выдавила из себя бледную улыбку:
– Д-добрый вечер, Аркадий Валерьевич…
– Дядя, привет, – легко и непринужденно перебил меня Олег, протягивая декану руку для крепкого мужского рукопожатия. – Что ты тут делаешь? Я думал, у тебя учёный совет, после которого, скажем так, планировался менее учёный междусобойчик с ректором и остальными деканами.
Я застыла с открытым ртом. Слово «дядя» повисло в воздухе, окончательно взрывая мой мозг. Я замерла, глядя то на одного, то на другого, пока до меня со скрипом доходил смысл сказанного.
Дядя? Но Аркадий Валерьевич же…
В голове со скрипом сложился пазл: мой строгий декан Аркадий Валерьевич и та ледяная светская львица Валерия Валерьевна, которая только что устроила мне допрос на аллее были родными братом и сестрой!
А Олег, получается, приходился декану родным племянником.
Декан тем временем крепко пожал руку Олега, а потом добродушно, совершенно не по-декански усмехнулся:
– Вообще-то, у моей мамы сегодня восьмидесятилетний юбилей, оболтус ты этакий. Как я мог не приехать к ней? А вот что здесь делает моя лучшая сотрудница, да еще и под ручку с моим самым перспективным студентом – это куда более интересный вопрос.
Аркадий Валерьевич перевел на меня искрящийся весельем взгляд, в котором не было и капли той академической суровости, к которой я привыкла за полгода работы.
– Так вот, значит, из-за кого ты всю неделю крутился около моего кабинета, Олег? – декан покачал головой, пряча улыбку в усы. – А я-то думал, ты так отчаянно рвешься защищать свой бизнес-проект на международном гранте. Изнываешь по науке, так сказать. Весь педсостав до сих пор в шоке от твоих показателей на этой сессии.
– Одно другому не мешает, дядь Аркаш. Бизнес-план написан, грант будет моим, – Олег на секунду замолчал, и его тягучий, внимательный взгляд скользнул по моему лицу, задерживаясь на губах. – И не только он.
Он нагло подмигнул мне, сильнее прижимая к себе за талию. От этой его двусмысленной фразы у меня по позвоночнику пробежал целый табун мурашек, а щеки мгновенно опалило жаром.
– Ладно, мы к бабушке, а то она нас с Юлей уже заждалась, – добавил Олег, обращаясь к дяде.
– Идите, идите, – благословил нас декан, всё еще с явным одобрением разглядывая мое преображение. – Юлия, прекрасный выбор. Не думал, что у Олега, помимо блестящих мозгов, еще и такой безупречный вкус на женщин. Увидимся на банкете.
Олег увлек менядальше по залу, а я шла, переставляя ноги как робот. Голова шла кругом.
Едва мы оказались в пустом, тихом переходе между залами, я вырвала свою руку из его захвата, развернулась и со всей силы стукнула Романова кулачком в грудь.
– Ты! – прошипела я, тяжело дыша от переизбытка эмоций. – Почему ты не предупредил меня, что декан – твой дядя?!
Олег поймал меня за запястья и прижал мои руки к своей груди, заставляя меня почувствовать, как под моими пальцами ровно бьется его сердце, и тихо рассмеялся. От его смеха у меня что-то приятно потянуло внизу живота.
– Потому что если бы я предупредил тебя, Фиалка, – его голос стал мягким, а взгляд многозначительно опустился к моим губам, – ты бы забаррикадировалась в своей комнате в общаге и ни за что не села бы в мою машину. Решила бы, что это какая-то безумная проверка от руководства, а мне на эту роль нужна была именно ты. Ну что, теперь ты мне веришь, что увольнение тебе не грозит?
