Я судорожно вздохнула, запрокидывая голову и впиваясь пальцами в его мокрые плечи.

Лифт тихо звякнул, объявляя нужный этаж. Олег нехотно оторвался от моего тела, глухо ругнулся, подхватил пакеты одной рукой, а второй намертво прижал меня к своему боку, практически дотащив до двери нашего номера.

Стоило электронной карте щелкнуть, как мы оказались внутри. Огромный номер был погружен в полумрак, и единственным источником света была гигантская панорамная стена во всю длину комнаты, где за стеклом расстилался Токио: миллиарды неоновых огней, светящиеся огни автомобильных дорог и похожая на футуристический корабль Токийская телебашня, светящаяся вдали. А дождь продолжал неистово стучать по стеклу, разбиваясь на тысячи сверкающих капель, в которых дрожали огни мегаполиса.

Но Олег не дал мне налюбоваться этим видом, а сразу же прижал меня к стене.

– Смотри на меня, Юля, – прошептал он мне прямо в ухо, пока его пальцы быстро, безжалостно расправлялись с остатками моего мокрого шелкового платья, позволяя ему упасть к моим ногам.

Олег не дал мне опомниться. Он рывком подхватил меня под ягодицы, заставляя обвить его талию ногами, и широкими шагами понес в душевую с панорамным окном в пол.

Зайдя в просторную кабинку душа, он опустил меня на ноги, одним движением включил тропический душ, и сверху на нас хлынула горячая волна воды. Его промокшие джинсы и рубашка полетели куда-то в сторону на мраморный пол, пока я отогревалась под горячими струями воды.

Олег прижал меня спиной к гладкому прозрачному стеклу, за которым сиял ночной город, и его серый взгляд лихорадочно шарил по моему телу, словно не видел его минимум год.

– Ты сводишь меня с ума, Фиалка. Слышишь? – накнец выдавил он, разводя мои бедра в стороны, заставляя меня обхватить его за талию, и крепко впиваясь пальцами в мои ягодицы. – Вся эта роскошь... Всё это херня по сравнению с тем, как ты на меня смотришь.

Он без подготовки вошел в меня: резко, до самого упора, заставив меня вскрикнуть и уткнуться лбом в его мокрое плечо. Мои пальцы судорожно впились в его широкую спину. Каждый толчок Олега отзывался во мне острой волной удовольствия. Горячие струи душа стекали по нашим сплетенным телам, а за окном дождь разбивался о стекло в каплях, отражавших огни Токийской башни.

Романов не давал мне передышки, он брал меня снова и снова, заставляя стонать в такт ударам воды. Всё расплывалось перед глазами, когда меня накрыло волной оргазма.

Я задрожала в его руках и обмякла в них, а Олег сделал последнее глубокое движение, содрогнулся всем телом и намертво прижал меня к себе, накрывая мои губы долгим и глубоким поцелуем.

Глава 12. Юля

После неонового шумного Токио, в котором мы пробыли полтора дня, остров Якусима показался мне другой планетой. Здесь не было высоток и скоростных трасс, как в столице: только леса и горы, верхушки которых тонули в густых облаках.

Олег в первый же день притащил меня в местный экипировочный центр, и теперь я смешно смотрелась в яркой мембранной куртке, трекинговых ботинках и со спортивным рюкзаком за плечами.

Сам Романов даже в походной одежде умудрялся выглядеть как модель с обложки журнала про путешествия: подтянутый, широкоплечий, с уверенным взглядом хищника, который готов покорить эти джунгли.

– Ну что, Юль, ты готова к марш-броску? – Олег затянул лямки моего рюкзака, мимоходом шлепнув меня по ягодицам и заставив вспыхнуть. – Нам предстоит долгий путь. Идем смотреть на самое старое дерево на этой земле. Называется Дземон-суги. Ему несколько тысяч лет.

– Несколько тысяч?.. – выдохнула я, поправляя ему капюшон куртки. – Олег, мне даже представить страшно. Наш университет по сравнению с ним – просто секунда в истории.

– Вот и отлично, – он взял мою руку в свою и переплёл наши пальцы. – Забудь про универ уже, Фиалка. Сегодня у тебя есть только я и этот лес.

Наш путь начался рано утром. Мы шли по старой заброшенной железной дороге, рельсы которой давно поросли густым изумрудным мхом. Воздух был настолько чистым и густым от запаха хвои и влажной земли, что у меня поначалу кружилась голова.

Олег шел впереди, уверенно прокладывая дорогу. Каждый раз, когда тропа становилась круче, или нужно было перешагнуть через огромный скользкий корень, его горячая ладонь неизменно оказывалась рядом, намертво перехватывая мои пальцы или талию, и помогая мне пройти через препятствия. В этой его заботе не было ни кпли пафоса – только уверенная мужская сила, на которую я могла опереться без оглядки.

Через несколько часов подъема, когда усталость уже начала наваливаться на плечи, туман вокруг нас внезапно сгустился, превращая лес в декорации к древней сказке. И вдруг среди этой белой дымки выросло оно. То самое дерево.

Дземон-суги поражал своими масштабами: его огромный ствол, покрытый мхом и вековыми складками коры, уходил высоко в небо. От него веяло такой древностьюи мощью, что мы с Олегом синхронно остановились на смотровой площадке, не смея нарушить этот покой.

Вокруг не было ни души. Только мы двое, этот древний великан и звуки природы вокруг.

Я завороженно смотрела на вековые складки дерева, чувствуя себя песчинкой в огромной вселенной. Внезапно Олег крепко прижал меня к своей груди и укутывая в свои объятия от прохладного ветра. Его подбородок уткнулся в мою макушку.

– Знаешь, о чем я думаю, глядя на него? – непривычно серьезно спросил он.

– О чем?

– О том, что этот кедр стоял здесь, когда рождались и гибли империи. Он видел тысячи лет до нас, и будет стоять тысячи лет после, – Олег развернул меня в своих руках, заставляя заглянуть в его пронзительные глаза. Его взгляд был таким глубоким, что у меня перехватило дыхание. – И я хочу, Юль, чтобы наша с тобой история была такой же. Чтобы то, что началось между нами, пустило такие же глубокие корни на всю жизнь. Чтобы ничего не смогло нас сломать.

У меня защипало в носу от переизбытка чувств. В этот момент, посреди туманного леса Японии, Олег Романов окончательно забрал мою душу. И я поняла, что этот мужчина – моя судьба окончательно, бесповоротно и на вечные времена.

– Олег, – всхлипнула я, пряча лицо на его груди и впиваясь пальцами в его куртку. – Зачем ты это говоришь здесь? Я же сейчас расплачусь.

– Потому что здесь некому нас слушать, кроме него, – Олег приподнял мой подбородок и бережно, с невероятной нежностью поцеловал мои губы.

После многочасового марш-броска по мшистым тропам Якусимы тело приятно поднывало от усталости, а пальцы на ногах слегка покалывало от горной прохлады. Но стоило нашему такси притормозить у скрытого в бамбуковых зарослях отеля, как походные тяготы были забыты.

Наш отель казался вершиной японского уединенного люкса – укутанные туманом деревянные павильоны, тихий шепот горного ручья и абсолютная приватность. Нас встретили поклонами, выдали традиционные легкие кимоно и оставили наедине с нашим номером.

Главной жемчужиной номера, как мне ранее пояснил Олег, был индивидуальный онсэн – вырубленная прямо в скале чаша с термальной, минеральной водой, расположенная на открытой террасе.

Я вышла на террасу с онсэном уже в свободной хлопковой юкате, завязанной на талии широким поясом. Горный воздух после душного пара чаши показался бодрящим. Опустив руку в воду, я зажмурилась от удовольствия – вода была горячей, почти обжигающей.

Сзади послышался глухой стук раздвижной деревянной двери. Я обернулась.

Олег был в одном лишь распахнутом кимоно, наброшенном на крепкие плечи. Настоящий породистый хищник, вернувшийся с охоты в свое логово.

– Юль, погреемся? – его хриплый голос заставил меня сладко сжаться внутри.

Он подошел вплотную, по пути избавившись от кимоно. Его большие ладони легли мне на талию прямо поверх ткани: одним плавным движением Олег потянул за край моего пояса, и узел мгновенно ослаб.

Хлопок соскользнул с моих плеч к подножию каменных ступеней, оставляя меня абсолютно обнаженной в его руках.