Прежде чем я успела вымолвить хоть слово или сбросить вызов, длинные пальцы Олега уверенно скользнули вперед и просто вырвали смартфон из моей ладони.

– Романов, нет! – одними губами, в панике прошептала я, повернувшись к нему и пытаясь отобрать телефон, но он легко заблокировал меня своим корпусом, прижимая к перилам, и поднес трубку ко рту, включив громкую связь.

Его голос мгновенно стал бархатным, серьезным и уверенным. Голос идеального топ-менеджера из крутой компании, ей-богу.

– Алло, добрый день – вежливо произнес Олег, пока я в ужасе закрывала лицо руками, готовая провалиться сквозь землю. – Меня зовут Олег, я студент магистратуры факультета, на котором работает Юлия Степановна. Извините, что перебиваю ваш разговор, просто мы сейчас немного заняты, готовимся к очень важным международным переговорам.

В трубке воцарилась тишина. Я услышала, как у моей мамы на том конце провода падает из рук пакет.

– К... каким переговорам? – растерянно переспросила мама.

– Стратегическим, – без тени сомнения соврал Романов, продолжая свободной рукой медленно и дразняще поглаживать меня по бедру под толстовкой. Я еле сдержалась, чтобы не пискнуть прямо ему в грудь. – Дело в том, что у меня на следующей неделе серьезное выступление перед делегациями из зарубежных университетов по поводу стажировок, а с английским языком есть определенные трудности. И руководство нашего факультета и иняза рекомендовало Юлию как лучшего специалиста. Она меня сейчас... очень интенсивно подтягивает по ускоренной программе. Буквально из рук не выпускает. Так что вы не теряйте ее, она эти дни будет интенсивно погружена в процесс обучения со мной. Всего доброго.

Олег с абсолютно невозмутимым видом нажал отбой и протянул мне замолчавший телефон.

Я стояла, прижатая им к балконным перилам, тяжело дыша, и смотрела на этого сумасшедшего круглыми от шока глазами.

– Романов... ты... ты хоть понимаешь, что ты сейчас сделал?! – наконец обрела я дар речи. – Подтягиваешь английский?! Ты?! Да у тебя произношение как у принца Гарри! Если моя мама спросит...

– Не спросит она ничего, – Олег нагло ухмыльнулся, перехватывая меня за подбородок и заставляя посмотреть ему прямо в глаза, и я увидела, что в их глубине сейчас плясали шальные искры. – Твоя мама сейчас в таком восторге, что её Юлечку оценили на самом верху, что до понедельника точно не станет портить тебе ничего. А насчет интенсивного погружения... Фиалка, я ведь почти не соврал. Пойдем-ка обратно в комнату, твой доктор Романов еще не закончил утренний осмотр твоей шеи.

Глава 9. Юля

И в тот момент, когда Олег, опрокинув нас обоих на кровать, поцеловал меня, намереваясь окончательно лишить меня разума, где-то настойчиво и одуряюще громко зазвонил его телефон.

Я выдохнула ему в губы, пытаясь отстраниться, но Олег только досадно цокнул, не разрывая поцелуя. Он слепо пошарил рукой сбоку от нас, нащупал гаджет и, даже не глядя на экран, смахнул вызов, снова прижимая меня к себе.

Телефон затих ровно на три секунды и тут же разразился повторным звонком.

– С-сука, – выдохнул Романов прямо в мои припухшие губы.

Он неохотно оторвался от меня, тяжело дыша, посмотрел на экран и принялся за вызов.

– Рус... Если у тебя там не мировой апокалипсис, я тебя по твоему рингу раскатаю! – вместо приветствия рявкнул Олег.

Из динамика донесся абсолютно отчаянный мужской голос, да настолько громко, что я слышала каждое слово:

– Романов! Спасай, блять! Если ты мне сейчас не скинешь конспекты по управленческой экономике, декан меня с экзамена прямиком на отчисление отправит!

Олег тяжело вздохнул, но отключаться не стал. Вместо этого он уселся на кровати, одним движением подгреб меня к себе и усадил спиной к своей голой груди. Его мощные руки по-хозяйски обвили мою талию, а ладони снова пролезли под толстовку, укладываясь на мой многострадальный живот и делясь своим теплом.

Я довольно зажмурилась и удобнее откинулась на его плечо, прислушиваясь к разговору.

– Руслан, ты дурак? – абсолютно буднично проговорил Олег, уткнувшись носом в мои волосы и медленно поглаживая мой живот пальцами. – Во-первых, после провала на экзамене идет пересдача, даже две. А во-вторых... Ты где раньше был?

– Да я на сборах вечно был, блять, как будто ты не помнишь! Либо нашим проектом занимался! – заорал Руслан, судя по звукам, судорожно листая тетрадь. – Олег, вбей мне в голову хоть что-то из этой теории! Я тут открыл вопросы и охерел! Вот откуда мне, нахрен, помнить про экономику неполной занятости?! Какая кейнсианская модель, Олег? И что за хрень фактор размещения производства?! Я боксёр, блин! Титулованный! Мастер спорта! А тут еще какие-то бухгалтерские издержки... Причем тут вообще они?! Я что, на бухгалтера учусь?!

Я едва сдержала смешок и почувствовала, как грудная клетка Олега тоже вибрирует у меня за спиной от тихого смеха.

– Так, Рус, дыши ровно и слушай сюда, – Романов, судя по голосу, переключился в режим лектора, хотя его пальцы в этот момент дразняще и нежно очерчивали круги на моей коже. – Простыми словами, бухгалтерские издержки это твои фактические денежные затраты: например, сколько ты реально заплатил наличкой за капу, бинты и зал. А экономические это те же бухгалтерские плюс упущенная выгода, то есть то, что ты мог бы заработать, если бы вместо тренировки пошел, например, вагон разгружать или на бирже торговать.

– Сука-а-а… Помедленнее, – протянул Руслан в трубке. – А неполная занятость?

– По Кейнсу рынок сам по себе не может автоматически выровнять спрос и предложение, – на ходу, без единой запинки разжевывал ему Олег, пока его губы касались моей шеи, вызывая у меня сладостную дрожь. – Из-за жесткости цен и зарплат экономика может годами застревать в состоянии, когда ресурсы и люди недогружены. Понял?

– Бля-а-ать, Романов, ты гений! – взмолился его друг. – Скинь конспекты! Прямо сейчас скинь, я умоляю! Там у тебя так же всё расписано? У меня экзамен завтра в десять утра, чувак! Они у нас сессию до середины лета затянули, я уже выть хочу.

– Руслан, завязывай паниковать, скину я тебе всё сейчас, как договорим, – вздохнул Олег, пока его ладонь под моей толстовкой медленно, дразняще очерчивала круги на моем животе.

– Погоди, не отключайся! – закричал Руслан, явно настроенный выжать из Романова бесплатный репетиторский курс по максимуму. – Объясни мне быстро про полезность! Там в билетах какая-то херня: предельная, удельная, индивидуальная, общая... В чем разница вообще?! Я помню только чей-то пример про то, что если пить пиво, то первая кружка кайф, а пятая уже лишняя!

Олег тихо усмехнулся мне в шею, и его грудная клетка мягко завибрировала у меня за спиной:

– Ну вот на пиве и запоминай, боксёр. Общая полезность – это кайф от всех пяти кружек вместе взятых. Предельная – это удовлетворение конкретно от последней, дополнительной кружки. И с каждой новой она падает, понял? Закон убывающей предельной полезности. Индивидуальная – это сколько кайфа получает конкретно твоя тушка, а удельная – это полезность, рассчитанная на одну единицу товара или на рубль затрат.

– Так... ладно, это зафиксировал, – забубнил Руслан. – А точка оптимума производителя это когда я в нокаут никого не отправил, но приз получил?

– Точка оптимума – это когда ты комбинируешь ресурсы, например, труд и капитал, так, что получаешь максимальный объем производства при минимальных издержках, – абсолютно невозмутимо отчеканил Олег, пока его пальцы под тканью поднялись чуть выше, к моим ребрам, заставляя меня судорожно вздохнуть. – Это пересечение изокосты и изокванты, Рус. График помнишь рисовали?

– Блин, изокванты эти ваши... Нихера не помню, посмотрю твои конспекты и вспомню! А последствия монополии это застой же, да?

– Завышенные цены, заниженный объем производства, отсутствие конкуренции и застой в технологиях. Монополисту похер на прогресс, ему и так хорошо.