И действительно. Через секунду я почувствовала, что меня начинает тянуть вниз и назад. Мои глаза широко раскрылись, и я непроизвольно запищала.

— Вытаскивайте меня отсюда!!! — Я начала помогать Добрыне. Согнула ноги, встала на колени и, как могла, поползла к ребятам навстречу.

— Тащите её! Упырь проснулся! — орал уже Печник. Он в панике метался по берегу. Из его тела вырывались проблески света, выдавая сильное волнение.

Как только моя рука коснулась берега, болото тряхануло, и раздался грохот. Меня схватили за обе руки и поставили на ноги, задвинув при этом за спины. Пока я убирала волосы с глаз, ребята обнажили мечи. Настоящие, блестящие, мать вашу, мечи. С красивыми такими рукоятями.

— Яр, у тебя осталось карманное солнце? — Коренастый детина с длинным хвостом цвета пшена повернулся ко мне и подмигнул голубым глазом. Ага, значит, ты — голубоглазик.

— Я свои на ту оранжерею истратил, пока твою задницу вытаскивали. — Я закатила глаза и посмотрела на кареглазого. По массе он чуть уступал голубоглазику. Если у первого рубаха с жилеткой чуть не лопались от мускулов, то у второго одежда гармонично показывала развитую, но не перекачанную мускулатуру. У меня только что слюни не потекли.

— Пс… — раздалось у меня над ухом. — Мирослава, хватит глазеть. Нам ноги делать надо. — Печник выпучил на меня глаза. — Они и сами тут разберутся! Ты же только мешать будешь, а я помочь им ничем не могу.

— Наверное. Твой друг абсолютно прав, русалочка. — Кареглазый повернулся и кинул на меня оценивающий взгляд. — Знаешь… Я начинаю сомневаться, что утренняя русалочка — это ты. Сейчас ты больше на кикимору похожа. — Этот гад, хоть и симпатичный, улыбнулся мне и подмигнул. Он это серьёзно? От возмущения у меня потемнело в глазах, и страх перед неизвестным мне упырём пропал.

— А ты вуайерист недоделанный, не имеющий ни грамма воспитания! — Я взорвалась. Почувствовав, что могу наговорить гадостей, я развернулась и начала подниматься в горку. По пути поднимая бурдюк и свою обувь. Распущенные и грязные волосы лезли в рот и глаза. Разбитую губу щипало. От обиды на глаза набежали слёзы. Я шмыгнула носом и вытерла слёзы. Сзади раздавались звуки борьбы и страшные рыки.

— Эй, русалочка, а поблагодарить? — крикнул этот… Ладно, не урод, но гад! Продолжая лезть наверх, я вывернула руку и показала средний палец. Печник рядом осуждающе зацокал. — Ай, как некрасиво! А мы ведь тебе жизнь спасли, да, Добрыня?

Я залезла наверх, попыталась отряхнуть налипшую грязь. Нет, это только в одежде в реку входить — может, тогда отмоюсь. Тряхнув волосами, я повернулась и посмотрела вниз.

Парни сражались со страшным монстром. Упырь был под два метра ростом — практически на голову выше кареглазого и на две — голубоглазого. У него был лысый череп и серая кожа, а ещё у него изо рта торчали огромные клыки. Парни рубили упыря мечами, как мясорубка рубит мясо. Ошмётки плоти летели во все стороны. Сложив руки рупором у рта, я крикнула:

— Спасибо, что спасли! Надеюсь, вы выживете! Аривидерчи! — Мальчики повернулись и посмотрели на меня. Упырь в это время остался без ноги. Я улыбнулась и помахала им ручкой.

— Ох, Мирослава… — Я повернула голову и вопросительно посмотрела на Печника. — Знала бы ты, как сейчас выглядишь. Не хуже того упыря. — Печник приземлился на камень. Его свет был намного бледнее обычного.

— Ну спасибо… Друг. — Я ещё раз посмотрела на духа. — С тобой всё хорошо? — выдохнув, уже с беспокойством спросила я. Поблёкший цвет духа вызывал у меня тревогу.

— Да, просто сил много потратил. Отдохну, и всё будет хорошо. Не переживай так. — Печник ободряюще мне улыбнулся. — Ты лучше давай в дорогу выдвигайся. Нам бы озеро найти или речку какую, а то грязь застынет — и встанешь статуей. — Дух тихонько рассмеялся. — Там за камнями тропка должна быть, по ней пойдём. По нитям чувствую, что вода там близко.

— Хорошо, идём. — Я бросила последний взгляд на парней и отправилась искать воду. Надеюсь, мы с ними больше не встретимся. Слишком я зла и смущена одновременно. А ведь это первые встреченные мной люди в этом мире.

О духе Голубой Черепахи и о её предсказании… Или я похожа на талисман удачи, если его перевернуть?

Ао и её предсказание

Спустя час ходьбы мы с Печником вышли к небольшому озеру. Моему счастью не было предела.

— Ура! — воскликнула я, скидывая грязную сумку в траву. За время ходьбы грязь успела высохнуть, и мои волосы, и одежда покрылись сухой коркой.

Перед блеском воды даже мысли о парнях отошли на второй план. Голубой цвет воды, как магнитом, притягивал мой взгляд. Я скинула с ног лапти, развязала верёвку на поясе — и штаны сами упали вниз по ногам. Печник тем временем крутился возле воды.

— Нет, без приключений мы, похоже, совсем не можем, — Печник тяжко вздохнул и отошёл от воды. — Мирослава, ты глубоко не заплывай, — дух опять вздохнул и сел на свой камень, что выпал из сумки. — Лучше у берега умойся, и в путь двинем. Хотя ещё лучше было бы другой водоём найти, — пробурчал он тихо.

— Да что случилось-то? — я перешагнула штаны и повернулась к духу. — Озеро как озеро, нечисти не видно, а до другого водоёма я уже не дойду, — я махнула рукой, как бы показывая, что вокруг блаженная тишина, ни души, кроме нас. — Пока мы дойдём до другого озера, я обращусь в грязевую статую самой себе, — я уже откровенно ворчала. — Да и разделась я уже. Ты лучше расскажи, что случилось, почему ты так против этого озера? — я села на траву около сумки и принялась доставать все вещи.

— Да почему-почему… Дух в нём старый спит, — Печник вздохнул и с грустью посмотрел на спокойную водную гладь. — Угораздило же тебя сначала на серые болота выйти, а теперь вот у голубого озера, чей покой уже давно никто не беспокоил. В озере этом старая Голубая Черепаха уснула аж несколько веков назад, — Печник активно жестикулировал и с толикой благоговения бросал взгляды на воду. — Озеро ведь именно из-за Черепахи и прозвали Голубым. В мире духов много легенд о ней ходит. Много событий она повидала, легендарных героев видела, даже с Ягой в других мирах была. Поэтому, когда она на покой ушла, её все и оставили, и не ходил сюда никто уже долгое время, — Печник вдруг остановился и всмотрелся в глубь леса. — Да, по идее, и не мог сюда никто попасть, — он вернулся к деревьям, за которыми пряталась тропинка, и стал принюхиваться, как заправская ищейка. — Защиту здесь сама Яга ставила, стороной должны мы были это озеро с тобою обойти, — Печник поднялся до верхней ветки широкой ели и снял какой-то шарфик. — Только вот не чувствую я защиту здесь, — он спустился и подошёл ко мне, а я в то время, как смогла, очистила штаны от комьев грязи. — Только на этом шарфике след какой-то и чувствую, — Печник отлевитировал шарфик мне в руки. — В сумку потом тоже положи, думаю, он нам понадобится ещё. А я пока слабенькую сигналку поставлю, чтобы хотя бы звери сюда не ходили.

— Хорошо, шарфик положи рядом с клубочками, я сумку тоже помою, — я махнула головой на свой сарафан, на котором и лежали все наши вещи, и тяжко вздохнула. — Правда, после твоего рассказа мне как-то совестно в этом озере грязь болотную смывать, — я посмотрела на свои грязные руки и на комья грязи, что ещё недавно украшали сумку и штаны. — Хотя, совестно не совестно, а я не хочу стать грязевой статуей, да и таблички здесь нет, а в том, что защита исчезла, мы не виноваты! К тому же, я думаю, черепаха, если проснётся, она не будет против небольшой компании, — расставив для себя точки над «и», я взяла в руки штаны и сумку, поднялась на ноги и так и пошла в рубахе в воду.

Я положила штаны и сумку около берега. Пощупав ногой воду, с удивлением поняла, что вода тёплая, как парное молоко. Ну хоть в чём-то повезло. Я зашла в воду и с наслаждением помыла руки и умыла лицо.

— И всё-таки интересно, всё ли в порядке с ребятами, — я вздохнула и повернулась лицом к берегу, ища взглядом своего друга-духа. Печник что-то колдовал над одним из деревьев.