Артём улыбнулся, когда-то он думал, что после смерти Алины и Миши от него осталась только оболочка, а потом Елена научила его снова чувствовать. А теперь их ребёнок показал ему то, чего он раньше не мог принять. Жизнь не обязана возвращать прошлое, чтобы снова стать настоящей. Иногда она просто даёт человеку возможность открыть дверь, и сделать шаг дальше.

Артём посмотрел на Елену и сказал.

- Я снова живу.

Она ничего не ответила, только положила голову ему на плечо, а за окном поднималось солнце. Артём держал на руках сына и смотрел на женщину, которую любил.

Эпилог

Эпилог

В доме снова было шумно, но теперь Артём знал каждый голос.

- Пап, смотри!

Илья стоял посреди гостиной с картонным самолётом в руках. Ему было пять, и он относился к своим игрушкам с серьёзностью человека, которому поручили важное задание.

- Он должен взлететь с дивана.

Артём посмотрел на конструкцию.

- Почему именно с дивана?

- Потому что это его аэродром.

- А пол?

Илья задумался.

- Пол запасной аэродром.

- Это разумно.

Мальчик довольно кивнул.

- Я знал, что ты меня поймёшь.

С лестницы донёсся возмущённый голос:

- Папа, он опять взял мой стул!

Четырёхлетняя Лиза появилась в гостиной, прижимая к груди плюшевого зайца. Она была полной противоположностью брату. Илья сначала делал, потом объяснял, а Лиза сначала наблюдала, потом выносила решение. Она остановилась напротив Артёма и серьёзно сообщила:

- Он взял мой стул без разрешения.

- Это правда сын?

Илья пожал плечами.

- Мне нужен был аэродром.

Лиза повернулась к брату.

- Тогда попроси меня.

- Лиза, это срочно.

- У меня все тоже срочно.

Артём едва сдержал улыбку.

- И что ты предлагаешь?

Лиза подумала.

- Пусть сначала вернёт стул, а потом я дам его на пять минут.

Илья возмутился:

- Нет на десять!

- На семь.

- На девять.

- На восемь.

Артём посмотрел на них.

- На пять.

Дети одновременно повернулись к нему.

- Пап!

Он поднял руки.

- Я уже понял, что ошибся, когда вмешался.

Из кухни донёсся смех Елены.

- Теперь ты понимаешь, каково мне каждый день.

Артём посмотрел на неё.

- Прекрасно понимаю.

Елена работала хирургом и по-прежнему возвращалась домой после смен уставшей, иногда настолько, что могла снять обувь в прихожей и несколько минут просто сидеть молча, но дома она никогда не исчезала в работе.

Артём научился брать на себя часть забот. Он готовил ужин, собирал детей в садик, проверял рюкзаки и научился различать их вещи без подсказок.

Илья обожал собирать конструкторы. Причём чем сложнее была инструкция, тем больше ему хотелось сделать всё самостоятельно.

Лиза терпеть не могла конструкторы, зато могла часами рисовать. Она рисовала семью, дом, деревья, собак, которых они когда-нибудь заведут, и почему-то огромное количество жёлтых солнц.

Однажды она нарисовала Артёма в форме, Елену с красной сумкой и себя рядом, а Илья был изображён в углу листа.

- Почему ты здесь? - спросил Артём.

- Я самолёт запускаю.

- Конечно.

Он уже привык, Илья постоянно что-то запускал, а Лиза постоянно что-то рисовала. Артём иногда смотрел на них и думал, насколько разными могут быть дети, выросшие в одном доме. Ему это нравилось, он никогда не хотел, чтобы они были похожими, даже друг на друга, и тем более на кого-то из прошлого.

В тот вечер дети долго не хотели ложиться: Илья требовал ещё одну историю, а Лиза заявила, что ей необходимо срочно рассказать маме важную вещь.

Важной вещью оказалось то, что Илья утром съел последний кусочек сыра.

- Это было еще утром, - напомнил Артём.

- Но я всё ещё помню, - серьёзно ответила Лиза.

Елена рассмеялась, наконец дети уснули. Илья заснул, обняв картонный самолёт, а Лиза улеглась поперёк кровати, оставив плюшевого зайца рядом с подушкой. Артём поправил одеяло сначала сыну, потом дочери, на несколько секунд задержался у двери. Тишина, но совсем другая. Когда-то тишина в этом доме означала пустоту, а теперь она означала, что наверху спят два человека, которые утром снова заставят весь дом проснуться.

Елена уже сидела на террасе, на столе стояли две чашки чая, Артём вышел и сел рядом.

- Наконец-то тишина, - сказала она.

- Это ненадолго.

- Я знаю это.

Он улыбнулся, несколько минут они просто сидели рядом, сад погружался в вечер. Из дома падал мягкий свет, и Артём посмотрел на окна детской.

- Знаешь, что иногда кажется мне самым странным?

- Что?

- Что я когда-то боялся детского шума.

Елена повернула голову.

- А теперь?

- Теперь, если дома слишком тихо, я начинаю проверять, что они придумали.

Она рассмеялась, Артём взял её за руку, несколько секунд он молчал, а потом сказал:

- Я долго считал себя закончившимся человеком.

Елена посмотрела на него внимательно.

- Я помню это.

- Мне казалось, что всё самое важное уже произошло. А дальше оставалось только работать и каким-то образом дожить до старости.

Он посмотрел в сторону сада.

- Я не думал, что снова буду ждать утра.

Елена сжала его пальцы.

- А теперь ждёшь?

- Иногда дети будят меня в шесть утра.

- Это не совсем то, что я имела в виду.

- Я понял тебя.

Он улыбнулся, а потом стал серьёзнее.

- После смерти Алины и Миши я думал, что моя жизнь закончилась вместе с ними.

Елена не перебивала, и Артём редко говорил об этом так прямо.

- А потом появилась ты, и изменила мою жизнь. После тебя я снова живу.