Единственное, что там действительно требовалось делать руками — это собирать урожай. Дело в том, что мои модифицированные растения совершенно не переносили машинную уборку. Эфирные плоды требовалось срезать вручную и очень осторожно, чтобы не повредить стебли.

Сортов я туда загнал немного, буквально пару видов. «Сахарная тыква» накапливала чистую энергию и отлично заменяла недешёвые пайки для Одарённых, а сок «Хрустального огурца» работал как сильный регенерат и мигом снимал любые воспаления.

Судя по моим внутренним биологическим часам, первый урожай как раз должен был созреть со дня на день.

Машина затормозила перед главными воротами агрокомплекса. Я выбрался наружу и осмотрелся. На въезде царил образцовый порядок: забор выкрашен, вокруг ни соринки, по периметру установлены новенькие камеры наблюдения.

Из караулки мне навстречу бодро вышагивали двое охранников — те самые ветераны из «Тихой Гавани», которых я недавно поставил на ноги. Мужики выглядели на зависть крепко: форма отглажена, плечи расправлены, на щеках румянец, и двигались оба легко. От прежней старческой немощи и постоянных жалоб на больные суставы не осталось даже воспоминаний. Они сами здесь всем хозяйством занимались, контролировали приборы и следили за порядком.

— Здравия желаем, господин Виктор! — козырнул один из них. — Рады видеть!

— Здорово, мужики. Ну как вы тут? Обжились?

— Да работать вообще замечательно! — заулыбался второй. — Воздух чистый, тихо, спокойно… Спина не болит, ноги бегают. Охраняем здесь потихоньку, за датчиками следим. Место — сказка!

— Происшествия были какие-то? — поинтересовался я, шагая вдоль ровных рядов теплиц.

— Да так, по мелочи… Кто-то пытался ночью вломиться через дальний забор, там ещё что-то шуршало в кустах… Мы их перехватили, задержали, пинков выписали. Это не проблема, обычные бродяги. Но мы хотели действительно с вами поговорить, командир, потому что тут поступило одно интересное предложение.

— Какое предложение?

— Заходила шпана всякая местная, — пояснил ветеран. — Пацаны из трущоб, подростки. Хотели с владельцем поговорить. Мы, само собой, не отвлекали вас, сказали, что нужно только с нами говорить, раз мы тут за старших. В итоге они поговорили и сказали, что предлагают свои услуги.

Я с интересом приподнял бровь.

— Зашибись. Интересно, какие услуги могут предложить беспризорники?

— Да разные. Сказали, что могут сажать, собирать, поливать, и всякое такое… И при этом всё это делать за еду. Говорят, жрать нечего на окраине, а тут вроде ферма строится. Но мы им объяснили, что у нас тут всё автоматика, оно само сажается и само поливается. Они немного расстроились…

Я остановился и внимательно посмотрел на ветерана.

— А сколько их?

— Да они сказали, что сколько нужно людей, столько и найдут. Человек двадцать-тридцать легко соберут по подвалам. Правда, понятно, что вам это не интересно, — поспешно добавил старик. — Поскольку могут вообще возникнуть проблемы с законом. Если кто-то пожалуется в опеку или ещё там что-то… скажут, что вы тут детей заставляете работать, так ещё и за еду вместо нормальной зарплаты.

— А что им делать, если денег им никто не собирается платить, а кушать хочется? — прямо спросил я.

Охранник замялся, отводя глаза.

— Ну… законы есть законы. Сами знаете, как у нас инспекции работают.

— Сможете найти кого-то из них?

— Да, они номер оставили на бумажке. Тот старший у них, смышлёный пацан.

— Хорошо. Пусть завтра в обед приходят сюда.

Ветераны переглянулись.

— Вы собираетесь им дать работу? — удивился старший. — Но тут практически нечего делать, командир. Автоматика же всё тянет.

— Ну а как? — я усмехнулся. — Вон, урожай скоро собирать надо. А плоды нежные, автоматический комбайн их помнёт. Руки нужны.

— Ну да… — охранник почесал затылок. — Собрать урожай они смогут. А риски? Если кто-то из конкурентов или чиновников пожалуется?

— Пожалуются так пожалуются. Будем смотреть, когда пожалуются. С чиновниками я уж как-нибудь сам разберусь, не впервой.

— Ну, в принципе да, — повеселел ветеран. — Это будет для них хорошая разовая работа. Хоть поедят досыта, да копейку какую-то заработают.

— Почему разовая? Вы разобрались, как это всё оборудование работает, да?

— Да, конечно! Мы ж тут и за пультом сидим, и охраняем, все инструкции от корки до корки изучили, во всём разобрались. Там ничего сложного, кнопки нажимай да на графики смотри.

— Молодцы. Тогда, когда этих молодцев пристроите, отключите тут автоматику.

Оба ветерана замерли, уставившись на меня так, будто я только что предложил им взорвать этот ангар к чертям собачьим.

— В смысле⁈ Но зачем⁈ Там же аппаратура на миллионы! Она же идеально всё делает!

— Ну а как мне ещё постоянно их обеспечивать работой? Если машины будут всё делать сами, пацанам опять на улицу идти воровать? Вырубайте технику. Будут сами грядки копать, сами поливать из шлангов, сами за ростками ухаживать. А вы будете за ними присматривать, чтобы не халтурили.

Я развернулся в сторону выхода.

— Сообщите мне, что они ответили: придут или не придут.

Старики переглянулись, их лица как-то странно дрогнули, а в глазах появилось такое выражение, будто они только что увидели святого.

— Слушаемся, командир… — почти по стойке смирно ответил старший. — Всё сделаем.

По факту, мне совершенно не было жалко этих овощей. Тыквы, огурцы… Да какая разница? Растения растут, земля благодаря Пятнышкам восстанавливается за считанные часы, урожайность прёт как на дрожжах. Потери? Да я в упор не видел здесь никаких финансовых потерь. Оно мне почти ни во что сейчас уже не обходилось, чистая прибыль из воздуха и земли.

Я вовсе не собирался строить из себя великого благодетеля или спасителя всех и каждого. Мне эти лавры даром не сдались.

Просто если у меня есть возможность занять делом пару десятков беспризорных пацанов, дать им нормальную еду, крышу над головой и показать, что они кому-то нужны… почему бы этого не сделать? Это ведь так просто.

Петербург, Российская Империя

Поместье рода Новиковых

Как только двери особняка захлопнулись, Агнесса наконец-то позволила себе сбросить маску непробиваемой валькирии. Стянула с плеч замызганный тактический плащ, швырнула его на руки подскочившему лакею и с наслаждением пошевелила пальцами в сапогах.

Дома.

После безумных трактов Диких Земель, где каждый куст норовил откусить тебе ногу, тихий холл родового гнезда казался ожившей сказкой.

— Агни!

Со второго этажа, перепрыгивая через две ступеньки, кубарем скатился Миша. Парень налетел на сестру, намертво сжав её в объятиях. Агнесса крепко прижала брата к себе, уткнувшись носом в его макушку. Пахло знакомым домашним шампунем и абсолютным покоем.

— Ну всё, всё, задушишь, — счастливо рассмеялась графиня, отстраняясь и оглядывая мальчишку с ног до головы. — Смотрю, ты времени зря не терял. Подрос, что ли?

— Конечно, подрос! — гордо вскинул подбородок Миша, выпятив грудь. — Я же режим соблюдаю, тренируюсь. И за хозяйством следил, как обещал!

Они пошли по широкому коридору в сторону гостиной. Миша, сияя от радости, взахлёб принялся вываливать на сестру столичные новости:

— … в общем, пока тебя в Тюмени носило, тут в столице такое началось! Помнишь тех ливонских диверсантов, которые по городу пакостили? Так вот, их накрыли! Всех до единого под корень вычистили! Говорят, Высшая Канцелярия на них какую-то секретную спецгруппу спустила, штурмовали сразу в пяти районах. В новостях, понятное дело, уже крутят победные репортажи, но патрулей на улицах до сих пор дофига. Зато теперь спокойно! Город наконец-то выдохнул.

— А за клиникой присматривал? — как бы между делом поинтересовалась Агнесса.

— А как же! Лично отправлял людей проверять, всё как ты просила, — закивал Миша. — У Виктора всё в полном порядке. Слушай, Агни, раз ты вернулась и всё улеглось, может, позовём его в гости? Накроем нормальный стол, посидим по-семейному, пообщаемся, поблагодарим за помощь по-человечески?