— База, это Третий! Запрашиваю протокол экстренного усиления! Борт охраны к моей позиции, прямо сейчас!

Он обернулся ко мне.

— Мы всё сделаем, Виктор. Если понадобится, выкупим квартиры целиком, оставив всю одежду и личные вещи на местах. Сделаем идеально!

— Да расслабься ты так, — усмехнулся я, глядя на то, как он прижимает ладонью блокнот к груди. — Ничего сверхъестественного. Просто рецептики, не самые сложные.

Парень посмотрел на меня с удивлением.

— Вы издеваетесь⁈ «Просто рецептики»⁈ Да за такую информацию половина мировых синдикатов глотки друг другу перегрызут!

Я вышел из машины возле дверей клиники, легко перемахнул лужу на асфальте.

План формировался сам собой. Антуан обеспечит доступ к помещениям, а я посажу «дублёров» по всем адресам. Осталось только подготовить подходящих «ассистентов» для встречи незваных гостей. Вырастить целую труппу очень «интересных» и весьма опасных химер, которые до одури будут похожи на этих милых граждан.

Спальный район Петербурга

Тридцать минут до полуночи

Лысый тип по кличке Клещ поскреб ногтями макушку и придирчиво уставился на свое отражение в салонное зеркало.

— Не, ну ты позыкай, реально пушок пробивается! — он ткнул пальцем в едва заметную щетину, которая появилась там, где последние два года сверкала голая кожа. — Не соврал барыга. Говорил ведь про слюну кислотного волка и какой-то мох в составе. Три дня мажешь, и на тебе — новая шевелюра.

Сидящий за рулем серого седана Косой выдохнул сигаретный дым в приоткрытую оконную щель.

— Задрал ты уже со своими экспериментами. То цвет глаз алхимическими каплями меняешь, то шрамы на морде мазью из свиной печени выводишь. Мы вообще работать едем или в салон красоты?

— Это, братан, называется маскировкой, — хмыкнул Клещ и провел ладонью по колючему ёжику. — Для гастролей всегда требуются свежие лица. Вот сегодня я лысый в Питере, а завтра окажусь кучерявым брюнетом в Новгороде. Ну а к концу месяца патлы отращу и отправлюсь во Псков. Слишком долго отсвечивать одной и той же рожей в нашем деле тупо небезопасно.

Косой лишь хмыкнул. Спорить было тупо, на нежелании лишний раз препираться их дуэт во многом и держался. В теневых структурах этих двоих давно окрестили отморозками. И без того немалая природная жестокость напарников множилась на абсолютное отсутствие каких-либо тормозов. Если кэш приятно грел карман, парни без раздумий брались валить криминальных авторитетов, вытягивать информацию из конкурентов при помощи горелки с плоскогубцами, громить подпольные склады или банально отрабатывать по обычным семьям. Они просто колесили из города в город и множили трупы. Перебивали старые лица очередным магическим зельем с чёрного рынка, закидывали вещи в багажник и спокойно двигали дальше.

— Слышь, Косой, — Клещ наконец оторвался от зеркала и посмотрел на бетонные коробки спального района. — Я вот всё спросить хотел. А тебе не кажется, что эти аристократы в столице вообще в край охренели? Им там в своих особняках заняться нечем?

— О чём ты?

— Да о заказчике нашем. Ты же видел этого хмыря, который предоплату заносил. Вырядился в костюмчик с иголочки, несёт от него целой парфюмерной фабрикой. Говорит через губу, а спина железобетонно прямая, будто заставили лом проглотить. Явно в десятом поколении прислуживает какому-то знатному мордовороту с родовым гербом.

— Ну и?

— Вот я и думаю, нахрена такой серьёзной шишке заказывать нам обычных людей? Вводные читал? Муж, жена, старушка и какой-то мелкий шкет в обычной хате на окраине. Они что, дорогу кому-то перешли? Может, этот пацан — незаконнорожденный байстрюк графа какого-нибудь, и следы подчищают перед наследством?

Косой заглушил двигатель. Седан припарковался в глухой тени между двумя мусорными баками.

— А тебе не насрать? — поинтересовался он, проверяя ход затвора на пистолете с накрученным глушителем. — Заказ есть заказ. Бабки отдали? Отдали. Платят, правда, маловато за четверых, но и работа — просто курам на смех. Ни тебе охраны с артефактами, ни боевых Одарённых, ни химер зубастых. Отработаем в режиме лёгкой прогулки. Пошли, давай. Цигель, цигель, ай-лю-лю.

Выбрались из машины. Ночной воздух района пах сыростью и кислым мусором. Двор спал.

В подъезд зашли без проблем — магнитный замок давно вырвали с корнем местные вандалы. Пешком поднялись на нужный этаж.

— Информатор мамой клялся, что после девяти вечера они всей семьёй сидят дома, телевизор смотрят, — шепнул Косой, натягивая на лицо плотную медицинскую маску.

— Как делаем? Сразу в расход? — Клещ вытащил из кармана увесистый баллон. Внутри плескалась вязкая багровая жидкость — дешёвая, но адски эффективная алхимическая зажигательная смесь — горит жарче бензина, водой не тушится, пластик и кости плавит одинаково быстро.

— Свяжем, закинем в одну комнату и спалим. Под чистую бытовуху, якобы газ взорвался. Действуем.

Клещ подошёл к обшарпанной железной двери, откашлялся и принялся отчаянно барабанить по ней кулаками.

— Соседи! Открывайте! Вы нас топите! — истошно завопил он. — Вода хлещет, всю кухню залило к херам! Открывайте бегом, нужно стояк перекрывать!

За дверью послышались шаркающие шаги.

— Да-да, иду, сынки. Господи, батюшки, как же так… — раздался дребезжащий старушечий голос.

В замке лязгнул ключ. Щёлк.

Клещ напрягся, готовясь дёрнуть створку на себя, но дверь не поддалась.

Раздался второй щелчок. Щёлк-щёлк. Верхний замок.

Затем характерный звук сдвигаемого засова. Вжик.

Потом клацнула тяжёлая нижняя задвижка. Хрясь.

Клещ переглянулся с Косым.

— Нихрена себе у них тут крепость, — одними губами прошептал он. — От кого они в такой халупе прячутся? Четыре замка!

Дверь наконец-то скрипнула и приоткрылась. В щели показалось морщинистое лицо бабульки в очках.

Косой не стал тратить время. Резко ударил плечом в металл, отбросив старушку в прихожую, и ввалился внутрь. Клещ рыбкой скользнул следом, моментально захлопнув дверь и щёлкнув ближней задвижкой.

Дальше всё шло по давно отработанному на десятках заказов сценарию. Оружие в лицо ошалевшему мужику, выбежавшему из спальни в одних трениках. Удар рукоятью поддых за попытку открыть рот. Загнали визжащую жену и зарёванного пацана в зал. Старушку кинули туда же, на диван.

Щёлкнули пластиковые строительные стяжки. Две минуты — и четыре человека надёжно скручены и брошены в кучу посреди зала.

Мужик пытался что-то мычать сквозь разбитые губы, но Косой просто ткнул в него стволом пистолета:

— Тихо сиди.

Клещ уже вовсю орудовал своим баллоном, поливая алхимической смесью обои, старый ковёр, шкафы, а заодно щедро плеснул багровой дрянью прямо на ноги связанным людям.

— Газ я открыл, — сообщил Косой, заходя из кухни. — Конфорки шипят. Давай, подпаливай и валим, пока соседи на шум не вызвали наряд.

Клещ чиркнул турбо-зажигалкой, бросил её в пропитанную лужу у двери. Смесь полыхнула, мгновенно выдав стену ядовито-синего огня. Жар сразу же лизнул лицо.

— Горит отлично! Уходим!

Они выскочили на площадку, захлопнули за собой металлическую дверь. Убедились, что в подъезде тихо, и быстрым шагом спустились по лестнице, растворяясь в ночном воздухе.

Через пять минут они уже сидели в своем сером седане, загнав его на небольшую возвышенность через два двора. Отсюда окна нужной квартиры на четвёртом этаже были как на ладони.

Клещ расслабленно откинулся на спинку сиденья и вытащил сигарету. Косой не сводил глаз с тёмных окон.

Они ждали.

Клещ докурил, щелчком выбросил бычок в лужу и нахмурился.

— Слышь, Косой… А почему там темно?

Косой протёр стекло рукавом.

Окна квартиры были абсолютно чёрными. Ни проблеска огня. Никаких красных отсветов. Стёкла целы, дым не валит, никто не орёт и соседи не бегают.

— Не понял, — Косой напрягся. — Алхимическая смесь за десять минут должна была выжечь эту хату дотла. Оно же горело, я сам видел. Газ открыт! Почему не рвануло?