Улица спускалась к тому, что Ольва сначала приняла за лес безлистных деревьев, но потом увидела, что это мачты множества кораблей, больше, чем она когда-либо представляла во всем мире, и часть ее содрогнулась при мысли, что найти корабль Люльфа Мартенса среди такого леса будет невозможно. За ними простиралась синева моря.

Она смотрела на это, застыв от изумления, пока Бор не оттолкнул ее в сторону от уличного движения, в укрытие статуи. Она присела на постамент, радуясь возможности снять тяжесть с ноющих ног. Ку плюхнулся рядом, высунув язык.

"Что-то происходит, - пробормотал Бор. "Никогда не видел столько кораблей в гавани, разве что в шторм". Небо над головой было голубым и почти безоблачным, очищенным ветрами предыдущего дня. "Может, волшебники что-то предсказали?" Он кивнул в сторону башни у гавани, сверкающей белизной на солнце. Над дверью башни красовался щит с гербом одного из лордов Саммерсвелла. Над ним развевались знамена Лиги.

Торун покинула их, пробравшись сквозь толпу к группе солдат-дварфов. Она что-то пробормотала на прощание, но ее слова потонули в общем гвалте. У дварфийки была привычка говорить так, словно она обращалась к своим ботинкам.

Ольва посмотрела на Бора, прикрыв глаза рукой от яркого солнца.

"Ты работал на Мартенса. У него есть здесь дом?"

"Есть. Склады и мастерские тоже. И люди. Если ты уложила одного из его парней в грязь, он этого не забудет. Это город Лиги, так что он не станет потрошить тебя на центральной улице. Но, ради Заступников, будь начеку". Он полуобернулся, окинув взглядом толпу. Одна рука лежала на рукояти меча, словно бросая вызов любому, кто осмелится приблизиться.

Ольва втянула голову в плечи, как будто могла спрятаться в тени статуи. Это была отвратительная железная фигура, вдвое выше Бора. Она с минуту смотрела на его оскаленное лицо, пытаясь понять, что изображено.

"Это не статуя, - поведал Бор. "Это создание лорда Боуна. Ничто не могло причинить им вред. Я знал человека, который потерял руку из-за такого. Когда Боун умер, все они просто остановились. В окрестностях Саммерсвелла есть поля, усеянные этими штуками. Дети лазают по ним".

Она могла представить, как это делает Дервин. Или, нет, он бы вообразил, что голем все еще жив. Он бы встал перед ним, используя ветку дерева вместо меча, и бросил вызов неподвижному чудовищу. Эрсфель был избавлен от подобных физических напоминаний о войне. Может быть, если бы Дервин рос, видя реальные опасности Некрада во плоти - или в металле - а не в сказках, ничего бы этого не случилось.

К ним подбежала Торун. "Никаких отплытий! Каждый корабль, который пытается пересечь Залив Слез, попадает в жестокий шторм, который разражается из ниоткуда. Это магия, так и должно быть! Говорят, что эльфы Рассвета перекрыли путь в Некрад, но никто не знает наверняка! Все это очень запутанно, и... и..." Она сделала паузу, чтобы перевести дух.

Ольва подняла голову, лелея маленькую искорку надежды. "Если ни один из кораблей не уходит, то, возможно, Дервин все еще здесь".

"Да, но если он здесь, в одном из убежищ Мартенса, то с таким же успехом может быть и на чертовой Луне. Пошли." Бор поднял Ольву на ноги. "Давай найдем себе убежище и оценим то, что у нас есть".

Торун указала вниз по улице. "Почему бы не пойти в Лигу? Ты же сестра Ламмергейра. Они наверняка помогут".

Ольва уставилась на знамя. "Думаешь, они послушают?"

"Нет", - ответил Бор. "Это глупая идея. У тебя нет никаких доказательств. Они рассмеются тебе в лицо".

"Она даст слово", - сказала дварфийка. "Даже среди вас, людей, это должно что-то значить". Торун посмотрел на Бора, щурясь от солнца. "А ты встречал Ламмергейра. Ты тоже можешь поручиться за ее рассказ".

"Засунь шпиль Аршота мне в задницу, - выругался Бор, - но вы пара чертовых идиотов. Лига не станет слушать какую-то старую бабу из Малладейла. Вот если бы ты была сестрой паладина или кем-то в этом роде, у тебя был бы перстень, прекрасная карета и целый штат слуг, тогда, может, они и пропустили бы тебя в ворота. Но ты для них никто. В любом случае, у них есть проблемы посерьезнее". Он махнул рукой в сторону гавани, полной кораблей.

Торун скрестила руки на груди. "Там будут и дварфы. Мой народ не так неразумен".

"Мы должны что-то предпринять. Если Дервин отправится за море, я не знаю, как найду его. Давайте попробуем добраться до цитадели". Ольва попыталась двинуться вниз по склону, но Бор крепче сжал ее руку и удержал.

"Мартенс владеет людьми в цитадели. Он владеет людьми повсюду. Ты ведешь себя глупо".

"Что же ты тогда посоветуешь?" - зашипела Ольва. "Отдать моего сына умирать?"

"Мартенс не убьет его", - сказал Бор, а потом сглотнул. "По крайней мере, не сразу. Теперь он знает, что твой парень живым ценнее - он крючок для одного из Девяти, а Девять управляют Некрадом".

"Это ничуть не лучше". Ольва вырвала свою руку. Она зашагала по улице, Ку и Торун трусцой последовали за ней. Позади них Бор долго стоял неподвижно, как железный голем, а затем крикнул: "Таверна "Черная рыба"! Встретимся там, когда вы закончите тратить свое время впустую!"

Башня волшебника была самой высокой частью обнесенной стеной цитадели, охранявшей гавань. Она немного напоминала корабль: длинные тросы, словно снасти, тянулись от шпиля башни к ближайшим стенам и стойкам, увешанным зеркалами и звездными ловушками, которые вспыхивали в солнечном свете. Фрагменты более нового камня говорили о войне, о том, как войска лорда Боуна захватили город. Лига отстроила многое из того, что было разрушено; теперь дварфы-каменщики были обычным явлением в землях Саммерсвелла, работая вместе со своими союзниками. Каменная кладка в этих землях значительно улучшилась, и Ольва слышала рассказы о новых дворцах и соборах, построенных дварфами в Саммерсвелле. Она гадала, живет ли Альф в подобном дворце, далеко в Некраде.

Не вся крепость была восстановлена. Неподалеку еще виднелись развалины, выглядывавшая из-за парапета. Когда-то это была надвратная башня, но теперь ворота были завалены обломками. Огонь уничтожил ее, и теперь все строение явно разрушалось. По обе стороны крепостной стены возвышались строительные леса, поддерживающие сгоревшую башню.

"Это были ворота для сбора десятины, - прошептала Торун, - для эльфов-колдунов".

Ольва прикусила губу. Ее рука коснулась ножа.

У других ворот крепости собралась толпа. Ольва протиснулась поближе, чтобы понять, почему там такая толпа: какой-то лорд нанимал солдат от имени Лиги. Любой, кто мог держать копье, мог пройти через эти ворота и получить зеленую тунику и серебряную монету. Поскольку проход в Новые Провинции был закрыт, многие из тех, кто сейчас застрял в Эллспорте, не могли упустить возможность подзаработать. Одна колонна войск уже двигалась по дороге, направляясь обратно тем же путем, которым пришла Ольва. Они миновали Фоссвуд, прошли мимо башни Терна и направились на запад, к Королевским землям Саммерсвелла. Она наблюдала за молодыми солдатами, которые маршировали мимо, спотыкаясь и толкая друг друга, распевая походные песни в такт друг другу. Одна из песен была о Девяти, и Торун пихнула Ольву локтем в колено при упоминании имени ее брата.

"Скажи им, кто ты, - настаивала дварфийка.

Но Бор был прав - она была здесь никем. Капитан у ворот едва слушал ее и, обращаясь к ней, смотрел мимо нее на следующего в очереди.

"Дайте угадаю - ваш муж напился и украл шиллинг Лиги, а теперь его храбрость иссякла, и он послал вас отстаивать его интересы. Что сделано, того не воротишь, мадам. Когда лорды Саммерсвелла призывают..."

"Нет, мой брат, Альф, он..."

"Муж, брат, неважно. Я ничего не могу для вас сделать. Следующий!"