Мамонт и команда уселись за большой стол на десятерых. Несмотря на то, что кухня уже закрывалась на ночь, их всё же накормили, быстро разогрев суп из концентратов, добытых со слов Заразы здесь же неподалёку. Чтобы это значило, Мамонт решил выяснить позже. Но супчик определённо всем понравился. На второе было картофельное пюре с подливкой и рыбные котлеты. Откуда здесь картошка выяснилось просто, это также был порошок. Местные нашли огромный склад забитый доверху всем необходимым для выживания именно на такой случай. Однако существовали и сложности. Сам склад размером с ещё одну такую же Чеховскую только расположенную на сорок метров ниже в результате тектонических изменений провалился уже на двести метров и рассыпался в гигантских карстовых пещерах. Не для кого не секрет, что, когда предки основали город возле реки, никто из них не знал, что на глубинах от трёхсот метров ниже поверхности, порода пронизана многочисленными карстовыми полостями. По сути, вся Москва стоит на хитросплетении титанических карстовых пещер и подземных рек. Помимо продуктовой закладки на случай катастрофы, кстати рассчитанной на несколько тысяч человек, а не двухсот, что жили сейчас, вниз свалилось ещё много чего полезного.

Так вот местные периодически поднимали припасы наверх, но в последнее время в пещерах появилось нечто зловещее. В пещерах начали пропадать люди. Желающих спускаться туда становилось всё меньше, несмотря на то что пожрать любили все. И тогда нашли выход напав на станцию Таганскую. Причём выход к ним нашли снизу через пещеры, они также лазали вниз, правда у них имелся спуск намного удобнее, но съестного попадалось мало, и они вынуждены ходить на «территорию» Горьковских. Случались конфликты, а когда верх у Таганских взяла ведьма, то вдобавок к набегам они стали похищать людей для жертвоприношений. Потом съедали всё, что от них останется. Отсюда стали понятны слова Заразы, что они там частично людоеды. Горьковские в свою очередь захватывали рабов и заставляли спускаться за продуктами в пещеры под страхом смерти. После каждого такого спуска недосчитывались человека, а то и двух. Тех же рабов, которые отказывались работать, заставляли биться насмерть. Одна такая битва должна была состояться завтра. Запив всё это изобилие информации компотом пришельцы направились на аудиенцию к товарищу Иванову, он уже ждал.

Зараза подвела их к стенке отделяющей треть платформы и постучала в дверь. В двери открылось зарешечённое окошко и с той стороны на пришедших уставились два карих глаза. Зараза быстро объяснила, кого она привела и зашла вместе со всеми. Мамонт сразу заподозрил что-то неправильное. Если Зараза работала простым часовым на Пушкинской, то почему вхожа к такому высокопоставленному клиенту? Одна решётка на двери чего стоило, да и стенка у него оказалась не фанерной, а металлической. Ко всему прочему ещё и два вооружённых охранника. Долго мучиться в раздумьях лейтенанту не пришлось, и он всё понял, когда Зараза по-хозяйски сняла сапоги и переобулась в тапочки. Она здесь жила, вместе с товарищем Ивановым. Ну что же, подумал Мамонт, лишнего мы вроде не наболтали по пути. Могла бы и предупредить, крыса. Она сразу не понравилась ему, что-то в ней было такое с двойным дном. К тому же Овца показала палец вниз. Наташа делала вид, что рада встречи, но Мамонт прекрасно изучил её и понимал, что она терпеть Заразу не может.

Сам товарищ Иванов оказался пожилым человеком ближе к семидесяти годам, с куцым венчиком оставшихся волос и презрительной ухмылкой, приросшей к его лицу. Он и поздоровался, словно боялся заразиться, с нескрываемым отвращением протянув Мамонту свою вялую ладошку. Сергей понимал, что, будучи ещё пару месяцев назад влиятельным лицом в горкоме партии он не подавал никому своей руки, кроме хозяина. Который точно также её пожимал. Сейчас же он был вынужден демонстрировать дружелюбие каким-то смердам. Единственная, кто заслужила его заинтересованного взгляда оказалась Наташа. Но та в свою очередь окатила его таким холодом, что товарищ Иванов внутренне сжался поняв, что перед ним непростая девушка.

— Каким ветром прибыли? — спросил он, когда все расселись. Наташе показалось, что он хотел спросить, каким ветром вас надуло в мои владения. Она позволила себе кривую ухмылку. Мамонт и компания казались какой-то жуткой крутой спецгруппой в своих арктических комбинезонах.

— Радиоактивным разумеется, — начал лейтенант. — Мы ищем выживших.

— Вот они мы! Нашли! — улыбнулся товарищ Иванов и захохотал. — С какой целью? Надеюсь, не с кулинарной?

— Нет, — Мамонт вспомнил как расстреливали жирного людоеда и поморщился. В него всадили порядка двух магазинов пока он сдох. — У нас имеется надёжное убежище на поверхности. Ищем желающих переселиться.

Мамонт запоздало понял, что сморозил глупость. Местное божество вряд ли захочет делиться с ним человеческим ресурсом. Но было поздно, а вдруг он сам захочет отсюда вылезти?

— Ммм…, — пожевал губами товарищ Иванов. — Нас это вряд ли заинтересует. У нас всё хорошо, молодой человек. К чему нам куда-то идти. В нашем распоряжении половина метрополитена Москвы. Продовольствие пока есть.

— Спать в холодных зала метрополитена? — не выдержала Наташа. — Не думаю, что это нравится всем. А у нас природа, сосновые избы, свежие овощи, настоящие мясо и молоко. И много чего ещё.

— Звучит сказочно, я бы вам не поверил, но Леночка утверждает, что вы дочь того самого Селезнёва?

— И внучка. Не менее известного Селезнёва.

— Какое удивительное совпадение, а я ведь работал с вашим дедом, пока он не ушёл на повышении.

— Скорее улетел, — поправила его Наташа, — прямо в Политбюро ЦК КПСС.

— О, да! Высоко забрался. Я, кстати может вас видел. Он как-то приезжал ко мне с милой малюткой, году так в шестьдесят третьем кажется.

— Возможно. Но даже если бы я была просто Иванова, — Наташа дала понять, что знает его настоящую фамилию, — то не стала бы вам врать. У вас сразу исчезнет множество головных болей. Людоеды, ведьмы, демоны, концентраты! Соглашайтесь!

— Но у вас вероятно уже сложилась управленческая структура? — вот что интересовало товарища Иванова в первую очередь. — Какое место в своей иерархии вы отведёте мне, например?

— Высокое, — Мамонт перехватил инициативу. — В данный момент убежищем командую я.

— Командуете? — Иванов приподнял бровь. — Старший лейтенант?

— У нас конечно же не воинская часть, но дисциплина существует. Впрочем, как и у вас. Вы, согласны стать моим заместителем? — прямо спросил Мамонт. Он тоже понял кто перед ним сидит. Плакатик с членами Политбюро висел у них в Командном пункте, остаётся непонятным одно, как товарищ Иванов оказался здесь, а не в Уральских горах. Не успел свалить? Смешно! Старший лейтенант предлагает, как минимум генерал-полковнику, стать его заместителем. Если, конечно, кто-нибудь осмелился навесить им погоны в мирное время.

— Царское предложение, — рассмеялся товарищ Иванов. — Я обдумаю ваше предложение, а пока не желаете отдохнуть с дороги? Путь наверняка был нелёгким. Удивительно как вы добрались из Волоколамска сюда.

Мамонт отметил, что он знает их точку отправления, которую они озвучили только Михалычу и Заразе. А также его звание. Лена постоянно была с ними, а Михалыч исчез во время ужина. Бегал стучать, отметил про себя Мамонт.

— Да, конечно, с удовольствием бы отдохнули, — согласился Мамонт.

— Вам выделят царские покои, — товарищ Иванов кивнул охране.

Мамонта и его группу проводили практически в соседнее помещение, примыкающее к хоромам товарища Иванова. Их разделяли буквально сантиметры, но что творилось по ту стороны стены Мамонт не услышал, сколько бы не прислушивался. В просторном помещении их ждали десять коек с относительно чистым бельём и горячая вода в чане. Нагревалась он всё тем же красным камнем, что и плита. Местные умельцы провели под плитой трубы, по которым насос качал воду из скважины и нагревал её. Кроха подтвердила наличие подобного «Батарейки» артефакта у товарища Иванова. Где он находился, оставалось неизвестным. Также Мамонта заинтересовал охранный артефакт, что засёк их при спуске в само метро. Им бы такой не помешал. Расспросить подробнее о нём он решил утром и с удовольствием ополоснувшись улёгся рядом с Наташей, сдвинув вместе две койки в самом углу.