— Где, где… в комнате у нас, — Зараза нетерпеливо дёрнула за рукав товарища Иванова. — Давай уже!

— Погоди дорогая, это было бы очень просто. Хочу вперёд насладиться поединком, — товарищ Иванов вновь вернул себе облик умудрённого опытом партийного функционера.

— Да какие здесь могут быть бои, они еле ноги переставляют! — расстроилась Зараза. — Разом всех выпустить и сожрать!

— Ты очень кровожадна, дорогая. Тебе следовало попасть к ним во времена Гражданской войны, вот где раздолье было. Жри человечину от пуза.

— Кто нам сейчас помешает? Что касается человечины, то её ещё полно. Выжили в глухих районах. Мы всех найдём, дорогой. Здесь их конечно на порядок меньше, но пока хватает. Так что?

— Первый бой мы всё же проведём. Хочу увидеть, как они сожрут друг друга, — погладил себя по груди товарищ Иванов и обвёл взглядом клетки с внимательно прислушивающимся людьми. — Высший мир! Это они-то высший мир? Стадо обезьян, я низведу людей на уровень амёбы! Ты же в курсе, дорогая за кого они нас считают? Мы для них нечисть! Мы, элита Ада, нечисть? Тогда кто вы? Вот сейчас и посмотрим, насколько вы высокоморальны. Открой третью клетку и вытащи сюда женщину и молодого парня. Насколько я помню, это мать и сын. Вот сейчас и поглядим на их мораль.

Пока товарищ Иванов готовился унижать человечество в лице полумёртвых людей, Мамонт сделал несколько шагов к Марине и прошептал.

— Заморозь прутья решётки, пора уходить, — Марина кивнула и прикрыла глаза. К всеобщему удивлению, вокруг Марины не образовался снежный буран как бывало обычно перед мощным выделением холода. Вместо этого показалось несколько чахлых снежинок и на этом её силы закончились. Мамонт опешил и попробовал хотя бы погнуть прутья и опять ничего не вышло.

— Серёжа Иванович, не напрягайся. Такое ощущение, что нас блокируют. Помнишь Димасика с его чёрным артефактом? — тихо прошептала Наташа. — Подождём.

— Чего? — спросил Мамонт, не поворачивая головы. — Пока они нас жрать начнут?

— Не знаю, но сейчас, по-моему, бесполезно. Жалко они усилители забрали…, — вздохнула Наташа.

— Мой при мне остался, — прошептал Мамонт.

— Тогда жди момента. У нас будет только один удар, — выдохнула Наташа в ухо Мамонту.

— Но они же сейчас убьют их, — возмутился лейтенант.

— Иначе они убьют всех. Нельзя в клетке его активировать, зря потратишь силу. Он одноразовый.

— Тебе откуда знать? — опешил Мамонт.

— Демон сказал напоследок. Он его так и назвал, последнее средство. Палочку надо сломать в последний момент.

— Понял, — Мамонт ещё больше помрачнел и смотрел как младшие демоны вытащили из клетки растрёпанную женщину лет сорока с сумасшедшим взглядом и совсем молодого парня. Они упирались, хватались за прутья клетки, кричали и кусались, но это совершенно не впечатлило одетых в чёрные плащи прислужников товарища Иванова. Их вытолкнули в проход и оторвали друг от друга, растащив метров на десять.

— Я обращаюсь ко всем людишкам, — чопорно выплыл товарищ Иванов в переход так, чтобы его видели отовсюду. — Вы полагаете, если наш мир стоял ниже вашего в общей череде, то мы уродливы и тупы? Да будет вам известно, что градация выше или ниже не касается критериев ума или красоты. Этими понятиями оперирует только ваш вид. Порядок миров зависит от потенциала энергии, которым он заряжен. Это как вода в вашем любимом Чёрном море. У самого дна она насыщена сероводородом, а на поверхности кристально чиста. Но всё это вместе один и тот же объём. Считайте, что вы своим неразумными действиями подняли ил со дна. Возможно, он уляжется со временем, а может и нет, превратившись в какую-то новую формацию. Но сейчас вы в наших руках, а не наоборот. Мы издревле питались вами, вашими эмоциями, чувствами, страхами. Сейчас же нам предоставлена возможность ко всему прочему вкусить вашей плоти. Горе побеждённым! — Товарищ Иванов развернулся и вернулся к своей свите. Зараза жадно смотрела на мать и сына. Ей не терпелось начать.

— Сейчас эти двое будут рвать друг друга, а мы смотреть и наслаждаться! — выкрикнула демонесса. — Выживший может идти на все четыре стороны. Никто из нас его больше не тронет. Дайте им оружие!

Слуги в плащах вручили по небольшому молотку женщине и молодому человеку и благоразумно отошли подальше. Юноша сразу же выбросил молоток подальше и демонстративно сел на пол не желая участвовать в этом. Мать его безумно озиралась и, казалось, не понимала, что от неё хотят. Демоны внимательно смотрели на них и ждали. Тьма сгустилась в переходе и стены приобрели красный свет, как в подвале в Клину. Глаза демонов сверкали во тьме красными точками. Мамонт заметил, как они начали трансформироваться, приобретая свой настоящий облик. Скорее всего их не очень интересовал исход поединка. Они готовились к массовой резне. Тела их приобрели медвежьи очертания, хотя они по-прежнему оставались стоять на задних ногах. Из-под плащей выпростались толстые лапы с чудовищными когтями, головы вытянулись, приобретая медвежью пасть.

Мамонт наконец-то оценил всю сложность создавшейся ситуации. Если раньше ему казалось, что он поиграет с этими болванами, а потом порвёт их, то сейчас ситуация развернулась на сто восемьдесят градусов. Мамонт не знал сколько на станциях метро представителей нижнего мира. Вчера, когда они проходили мимо спящих людей, лейтенант насчитал не меньше сотни человек. Стоп! Он видел палатки, видел огороженные места, но людей он не видел за малым исключением укладывающихся на матрасы. Пыль в глаза? Очень похоже. Хреновый из тебя контрразведчик, Серёжа Иванович, голосом Наташи подумал Мамонт. Как мальца поимели за мороженку, а ещё ребят на плаху уложил. Тупой ты гондон, Серёжа.

Мамонт, пользуясь темнотой встал на одно колено якобы завязать шнурок. Он понимал, что демоны видят в темноте даже лучше, чем при свете, поэтому осторожничал. Короткая эбонитовая палочка скользнула в ладонь. Последний шанс, говоришь? Натаха права, надо ждать момент. Лейтенант встал с колена и схватил руками решётку. Справа свита товарища Иванова с горящими во тьме глазами. Слева женщина, похоже сошедшая с ума с молотком в руке. Красная пелена окрасила переход, высветила перекошенные от ужаса лица людей, запертых в клетках. Плач, ропот, мат и угрозы доносились из клеток, но люди были явно слабее демонов. Нечисть была права, рухнувшие незыблемые преграды между мирами смешали все слои. Демоны изначально обладали бо́льшей силой и теперь люди с отчаянием понимали какое зло они навлекли на себя своими необдуманными действиями. Не один учёный не мог предсказать подобный исход. Радиационное загрязнение – да, трескучий мороз и свинцовые тучи – да, голод, разруха, каннибализм – тысяча раз да, но прорыв инферно и подтверждение существования параллельных миров – нет. Впрочем, об этом уже поздно говорить, сколько не посыпай голову пеплом, назад не отмотаешь. Нужно думать, как выбраться отсюда, хотя Мамонт оценивал шансы как околонулевые.

Женщина с молотком в руках неожиданно взревела как раненая тигрица на весь переход и бросилась на покорно сидящего молодого человека. Он согнулся и закрыл лицо руками не желая видеть свою мать в таком состоянии. В оправдание женщины можно было сказать только одно, она не выдержала и сошла с ума. Моментально и окончательно. Вряд ли этого желал демон, когда собирался смешать род человеческий с грязью. Сработал защитный механизм, и человек превратился в овощ. Кого она сейчас видела перед собой? Демона? Сына? Но вся её ярость сконцентрировалась в руке с молотком. Не переставая орать, она нанесла единственный удар по голове своего сына. Раздался хруст, и парень завалился на бок. Женщина убила его одним ударом. Затем она резко развернулась и бросилась на стоявшего неподалёку демона прислужника. Он также, как и остальные преобразился в медведя, но это ни капли не остановило женщину. Запустив в него молотком, она с яростью бешеной кошки бросилась на демона. Прислужник не ожидал подобной прыти и пропустил молоток, который чётко угодил ему в глаз погасив его.