— Женька, как жизнь? — мрачно спросила она через переговорное устройство.

— У нас порядок, Кощей голову себе разбил, но сам же себя и вылечил. Короче всё в норме. Дует только, эта тварь дырок в крыше понаделала.

— В убежище заделаем, — пообещал Мамонт. — Заткните пока чем-нибудь.

— Уже делаем, — послышался голос Резвого заталкивающего своими гипсовыми оковалками стёганое одеяло в рванину металла. Неровные края ещё лучше держали ткань.

— Я вам вот что скажу, а лучше сами взгляните, — Кроха поднесла Око к видеокамере, как ни странно, работающего и без Клёнова. Голубая голограмма показывала, как отовсюду к двум шоссе ведущим на северо-запад стягивается черная масса демонических существ. — Разозлили мы их основательно!

— Может дальше границ города они преследовать не будут? — с надеждой спросила Женька.

— Вот уж вряд ли, — покачала головой Наташа. — Больше того, мне кажется, все эти огромные кратеры сообщаются между собой, и они спокойно могут телепортироваться, например в Клин или Волоколамск.

— Это уже беспредел какой-то, — возмутился Резвый.

— Погоди, Натаха, ты хочешь сказать, что они могут атаковать Убежище прямо из Волоколамска?

— Дошло наконец-то, — Наташа с мрачным выражением лица двинула машину дальше.

— Всю Москву под себя подмяли черти? — отрешённо спросил Кощей, очнувшись от полученных травм. Голову он себе поправил, но теперь сидел в кресле пристёгнутый рядом с выходной дверью с огромным синяком под глазом. За пулемётом сидела Женька и неотрывно следила за задней полусферой обшаривая двумя прожекторами тёмное небо.

— Как видишь, — хмыкнул Резвый держась за поручень. Он стоял рядом с Женькой и гладил её по голове. Между ними возникла искра, если не целый пожар, какой не потушить даже Химкинским водохранилищем, мимо которого сейчас мчался вездеход. Но уединиться они пока не могли, пока вездеход был на задании. Сейчас, когда Наташа держала путь в Убежище уверенно выдавая по заснеженному шоссе сотню километров в час, молодые люди воспылали непреодолимой тягой слиться в экстазе. Они бы и сейчас занялись всякими безобразиями, если бы не Кощей, развлекающий их россказнями. Резвый уже пытался уложить его спать в жилом отсеке, но дедуля выполз назад и снова присел на уши.

Сама Женька жмурилась от удовольствия представляя, как они будут жить дальше. Кроха по её просьбе переговорила с самим Мамонтом и тот пообещал им отдельный дом с кухней и спальней. Судя по наплыву всё новых и новых людей, владение собственным домом очень скоро станет привилегией. Со слов Крохи, она опасалась, что Купол также имеет конечную точку и может прекратить расширяться. Или большая Батарейка не сможет поддерживать площадь сверх меры. Вариантов развития поведения артефактов множество. Короче она поздравила себя с удачной поездкой, и сейчас нежилась под сильными руками Резвого делавшего ей массаж воротниковой зоны. Его пальцы оказались сильными и одновременно нежными. Кощей два часа как снял с его рук гипс и Резвый таким образом ещё и разминал их. Женька только-только начала приходить в себя после того подвала в Клину. И тут такое счастье навалилось, девушка даже боялась думать о Резвом, как бы не спугнуть всё это.

— Хрен ли нам в Москве этой делать? — послышался голос Крохи. — Помидоры на бетонных плитах выращивать или каждый час проверять Купол на прочность? Здесь демонов этих кишит, мама дорогая.

— Даша, ты в Убежище была, как там? — осторожно спросила Женька.

— Классно! Гномы вообще звери, работают за десятерых! Помню к нам шабашники приезжали, по началу ничего, бодро так конечностями двигали. Но через две недели уже еле шевелились. Устали, выпить хочется. Бабы местные не дают бесплатно, заказчик косяки нашёл и всё такое прочее. Куча отмазок, коровник в результате не доделали и свалили.

— Гномы не за страх работают, а за совесть! — умиротворённо произнёс Мамонт. Ему тоже порядком надоел этот анабасис по столице. Хотелось отдохнуть хотя бы недельку.

— В крайний раз там уже сотня изб стояло. Вырубили километра на три вглубь лес, кстати Купол вырос и накрыл часть реки. Мне Петрович поведал, я застала его в шортах и с полотенцем на плече. На пляж, говорит иду, прикиньте? Они там, суки купаются, а мы как прокажённые по грани ходим, — озлобленно буркнула Кроха.

— Мамонт, надо им хорошенько вставить, чтобы голова не качалась, — засмеялась Наташа, подначивая мужа. — С усердием вставить!

— Мамонт сделает, Мамонт им такое сделает, — кивнул лейтенант, говоря о себе в третьем лице. — В шортах? Охренеть! Мамонт, однако злится!

— Я уж не стала вас расстраивать, — призналась Кроха. — У него ещё и корзинка была. Там помидоры, огурцы и что-то мутное в бутылке…

— Пиздец ему…, всем им! — не переставая хохотала Наташа. — Мамонт хороший, Мамонт всех к стенке поставит!

— Однозначно! — вырвалось у Сергея. — Считай дождались. Так Купол реку разморозил? А рыба там есть?

— Есть, Ряха сетью ловит. Вы не поверите, лосось и горбуша в одной реке. В ней даже крабы тихоокеанские водятся.

— Кроха, завралась ты уже, — не выдержала Женька. — Откуда под Волоколамском тихоокеанские крабы?

— Сама увидишь, больно надо мне врать. Не удивлюсь если они кита загарпунят, гномы они такие.

— Скоро увидим. Серёжа, так по Риге и идём? — спросила Наташа.

— Проблемы? — живо поинтересовался Мамонт.

— Нет, ну вдруг зеки увяжутся за нами, — поддакнула Кроха.

— На чём? На палке верхом? Так мы их расстреляем, — заскрипел Кощей.

— Рано Иванова отпустили, — усмехнулась Наташа. — Такая мирная профессия у человека, но я его даже немного испугалась. Форменный зверь!

— Молодец, я считаю. Так он увлечённо всех расплавил, — улыбнулся Резвый. — Начальник, у нас скоро народу будет больше, чем у Старика. Можно будет их потревожить.

— Обязательно потревожим, только отдохнём недельку. Позагораем, рыбку поудим, — мечтательно произнёс Мамонт, глядя на снег за окном.

— Мамонт, сюда взгляни, — Кроха показала Око. — Впереди нас колонна появилась, прямо по шоссе идут. Око сейчас на три километра видит, вот и считай. Они почти на всю длину растянулись.

— Опять нас воевать идут? — проскрипел Кощей.

— Как-то не очень верится, медленно слишком, — не согласилась Кроха.

— Сейчас проверим, — Наташа включила все прожектора разом и подала звуковой сигнал. Клёнов успел поставить корабельный ревун. Им обычно в тумане пользуются, чтобы не столкнуться. Стоило ей включить дискотеку, как колонна впереди заволновалась и разошлась по обочине.

— Чёрные в колонне есть? — быстро спросил Мамонт.

— Не вижу.

— Так-так. Кроха и Женька на пулемётах. Наташа за рулём, а мы идём поговорим со скитальцами, — решил Мамонт. — Тормози, мать!

Вездеход начал плавно скидывать скорость и остановился посреди колонны. С обеих сторон на вездеход пялились люди. Наташа включила освещение по периметру, и машина окуталась кольцом света. Сейчас Мамонт смог детально рассмотреть людей. Да, люди, это точно. Уже немало. Всех возрастов, кроме детей. Меньше четырнадцати лет ещё никого не встречали, как правило, они умирали. Дав ещё раз сигнал ревуном, Наташа окончательно перепугала людей. Что интересно, отметил Мамонт, у них почти не было оружия. Завоёвывать нас у них в планах нет. Тогда куда они идут в таком количестве. Застегнувшись, он полез из кабины. Стоило только спрыгнуть вниз из тёплого вездехода и жены под боком, как в него ожесточённо вцепился ледяной ветер. Из жилого модуля вылезли Резвый с Кощеем. Последний прихватил свой саквояж. Резвый сунул руки в карманы, наверняка держит заряженный пистолет, решил Мамонт. Когда-нибудь он у него точно выстрелит, и Женька останется наедине с импотентом.

— Какая удача! — к Мамонту подбежала женщина и зарыдала. — Спаситель!

— Нет, гражданка, всего лишь старший лейтенант, — Мамонт мягко отодрал руки вцепившегося в него дамочки. — Старший есть в вашем отряде?