А уж после того, как легендарный меч мелькнул в воздухе, делая несколько восьмёрок, даже у самых мнительных и сомневающихся свидетелей этого действа, внимательно вглядывавшихся в изменённого и выздоровевшего героя, не осталось сомнений в идентичности владельца. Только его Святость мог так легко обращаться со своим оружием одной рукой. Иным смертным такое не было дано.

Затем начались приветствия и объятия стоящей на балконе знати с прибывшим героем. Вначале он приблизился к королю, склонил голову и даже попытался встать на одно колено. Только Гром этого не допустил, подхватывая друга и сжимая его в своих богатырских объятиях. Не будь инопланетянин после усиливающей трансформации троекратно мощнее от своей прежней силы, точно был бы задушен. А так выдержал да ещё и в ответ умудрился слегка помять венценосного товарища. Тому пришлось отстраниться, чтобы ещё раз всмотреться в знакомые черты:

– Ай да чудеса! Ай да неожиданность! – твердил монарх. – Откуда ты взялся?! И откуда в тебе столько силёнок вдруг появилось? Да и выглядишь ты так, словно с самого детства воинскими дисциплинами занимался.

– Да всё тебя пытаюсь догнать по силе, – отвечал Виктор с искренней улыбкой.

– Так что случилось? Где ты был? Мы думали, ты погиб!

– Как видишь! Жив-здоров!

– Ох! Виктор! – встала между сыном и Менгарцем Линкола. – Как я рада тебя видеть! – Пока он целовал её руки, она громко потребовала: – Рассказывай немедленно, что случилось и почему тебя сочли погибшим!

– Ваше величество разрешит вначале со всеми поздороваться? – Он вроде спрашивал у монарха, и тот махнул на это рукой, но ответила его мать:

– Со всеми может и не обязательно, потом во дворце поговоришь и обнимешься, а вот её высочеству ручку поцеловать можешь. Народ такие жесты любит и одобряет.

Ну ещё бы не одобрял! Как только мужчина поцеловал ручку у принцессы, над площадью пронёсся вздох восхищения и восторга. Каждый из зрителей фантазировал в сознании слова, которыми влюблённые сейчас обмениваются друг с другом. Но наверняка все эти фантазии носили только возвышенный, одухотворённый характер. Слишком уж все обожали Покорителей Небес, чтобы даже в мыслях допустить по отношению к ним некую вульгарность или скабрезность.

Тем временем Гром Восьмой решил удалиться хотя бы на время с балкона, чтобы уже в коридоре выслушать доклад Менгарца о его приключениях. И стал придумывать повод для достойного ухода. Тогда как Линкола, безостановочно тараторя Виктору, что здесь было и как хорошо выступил король, сразу же предупредила сына:

– Люди могут не понять! Ещё и заподозрят нас во лжи или в сохранении какой-то скрытой информации. Так что пусть Виктор рассказывает здесь всё, для всех и сразу!

– Ну как же так?! – возмущался монарх. – Надо всё обдумать, вдруг он сболтнёт нечаянно важные государственные секреты?

– Когда это я болтал лишнее? – усмехнулся его Святость. – Видишь вон те грузы, что несут катарги основной стаи? Благодаря им вскоре Чагар станет самой технически развитой державой на континенте. И про те секреты я словом не обмолвлюсь. Уж поверь мне, во время полёта я успел продумать, что надо сказать народу, а что оставить только для твоих ушей и для наших лучших кузнецов-оружейников.

– Точно! – поддержала его и принцесса. – Это же какое будет величие для твоей короны, отец, и для твоего авторитета, когда ты прямо сейчас дашь слово Менгарцу и разрешишь ему поведать во всеуслышание о своих приключениях. Конечно, если эти приключения не слишком кровавы или антигуманны.

Никто не заметил, как прибывший герой нервно сглотнул: уж он-то про некоторые приключения сам желал бы забыть навсегда.

Но общими усилиями обеих родных женщин Грома удалось уговорить:

– Ладно, говори, главное – чтобы всё пошло на благо и процветание Чагара! – после этого предупреждения шагнул к перилам и вновь поднял руку, требуя внимания от собравшихся на площади и прилегающих улицах людей. – Чагарцы! Небо вернуло нам Менгарца, которого мы ждали гораздо раньше, желая устроить всем грандиозный сюрприз и праздник из его возвращения. В любом случае сюрприз получился, праздник продолжается, а вот о своих приключениях и о причине задержки его Святость сейчас расскажет сам. Своей высочайшей, монаршей властью я даю ему право на рассказ!

Народ вздрогнул от радостного предвкушения, резко и быстро продышался и вновь затаил дыхание, стараясь не пропустить даже второстепенного слова, даже короткой паузы, даже интонации предстоящего повествования.

Ну и Виктор, встав рядом с королём, стал говорить:

– Начну с событий последних часов, постепенно отдаляясь в то время, когда его величество оставил меня и ещё нескольких человек в тылу врага со специальным заданием. В данный момент мы возвращаемся со Второго Щита, где мне повезло участвовать в историческом событии: подписании многостороннего мирного договора сразу между семью сторонами. Это воистину феноменальное событие, гарантирующее на втором континенте с большой численностью населения мир и спокойствие. И начну перечисление этих сторон с описания независимого государства Сумрачные горы. Да! Я не ошибся! Есть отныне и такое официальное государство на Втором Щите. А живут в нём и здравствуют огромные орлы Розадо, которые разумны, так же как и Белые катарги.

Ну и дальше он описал свою посильную помощь Розадо в очистке их священного озера Око. Огласил новые сведения об истории планеты, про её трагедии, о которых упоминаний в летописях не сохранилось. Наличие у разумных пернатых огромного железного корабля, который летает между звёзд, поразило всех. Даже король стоял с отвисшей челюстью.

Ещё больший удар по сознанию слушателей нанесли сведения об ином, новом государстве – Цензорском княжестве. А также о наличии в этом княжестве такого универсального завода, что вскоре на планете обязательно свершится техническая революция. А если не свершится, если люди не успеют консолидироваться и прыгнуть сразу из рабовладельческого общества в эпоху покорения звездного пространства, то могут опять прийти завоеватели и опять уничтожить на планете всё живое. Поэтому о таком понятии, как внутренняя война, люди Майры должны забыть навсегда.

После таких речей Гром судорожно вздохнул, немного пришёл в себя и попытался остановить разошедшегося докладчика:

– Ты что мелешь?! – зашипел он в сторону героя. – Какие пространства? Какие завоеватели? Что значит забыть войны?!

Естественно, что вот так сразу в сознании вечно воюющего, надеющегося только на силу оружия монарха никаких радостных позывов по поводу услышанного не могло возникнуть. Только боль, разочарование, недоумение и растерянность.

А тут ещё друг решил окончательно добить своими речами и стал восклицать:

– И как раз император Гранлео – это один из завоевателей, которые превратили нашу планету в вольер для разведения людей. А потом собранных людей скармливали монстрам кашьюри, разводя их для одного страшного, античеловеческого эксперимента. Хотите знать, для чего Гранлео скармливал тысячи молодых, здоровых рабов в пасти ненасытных чудовищ? Хотите знать, как он это задумал и почему живёт веками? Хотите знать, почему подлый пришелец из иного мира считал себя бессмертным?

На все его эти вопросы народ да и все стоящие рядом с героем отвечали синхронным «да!». В том числе и король Гром Восьмой, вздрагивая от неприятного предчувствия, не смог остановить себя от страстного желания выяснить главную тайну своего самого ненавистного и проклятого поколениями предков врага. И выяснить немедленно, не откладывая до момента «с глазу на глаз».

И Менгарец решился бросить страшные слова в полной тишине.

У него и в самом деле было много времени в полёте, чтобы продумать свою речь и возможные её производные. По сути дела, никто ещё в Чагаре не ведал истинную правду про наложниц покойного императора. Даже в письмах Розе и Линколе о самой страшной тайне не было сказано ни слова. И сейчас было неимоверно важно понять и решиться: стоит ли заявлять о тайне во всеуслышание? А если заявлять, то как именно? Ведь в самом нежелательном случае на материке начнётся страшная резня всех, кто хотя бы мало-мальски будет похож на прекрасных, умопомрачительных по своей красоте наложниц. А там всего один шаг до того, что начнут вырезать всех подряд симпатичных женщин. В такой обстановке ни одна из наложниц не пойдёт на добровольный контакт и на добровольное излечение.