— Угу! Парень просто уникальный. И в последнее время, во мне растёт уверенность, что это именно он предотвратил нападение похитителей на интернат в Китланде.

— Ага! То есть он уже тогда умудрился спасти нашу обожаемую принцессу?

— Выходит, что да.

— Но как он там оказался? И с другой стороны, само его участие в подобной стычке бросает на него массу подозрений. Вполне возможен и такой вариант, о котором упоминал принц Януш: парнишка просто идеально сумел втереться в доверие и уже практически овладел самой большой ценностью Оилтонской империи.

— Очень сомневаюсь, хотя и совсем откидывать подобную версию не берусь, — признался Серджио. — Могу только сказать, что мы работаем в этом направлении и если в самое ближайшее время не раскроем эту тайну, то придётся Парадорского допрашивать. Вплоть, что не остановимся перед применением психотропных средств, а точнее домутила.

Винселио Грок озадаченно скривился:

— Надеюсь ты понимаешь всю деликатность положения: Патрисия нам не простит, если мы наделаем ошибок.

— Мне не в первой, — философски вздохнул командир Дивизиона. — А с другой стороны, мне и прощения просить не надо. Для блага и безопасности империи я десяток таких парадорских выпотрошу. Хотя сразу хочу признаться: в отношении этого конкретного парня рука у меня будет дрожать. Уже сейчас жалею, что мои личные симпатии могут помешать беспристрастному расследованию.

— Так ты что, лично с ним знаком? — поразился маркиз.

— Довелось часик пообщаться в Китланде в тот раз. Но я тогда даже представить себе не мог, что события пойдут таким чередом и в итоге он окажется настолько близким для Патрисии.

— Мне кажется, подобный итог тоже характеризует парня с положительной стороны. Не стала бы наша девочка так с ним сближаться, окажись он лицемерным негодяем или предателем.

— Ох, маркиз! — запричитал Серджио. — Если бы у каждого негодяя на лбу было написано кто он такой, то мы бы с тобой землю пахали или дома строили.

— Увы! — печально воскликнул Винселио. Но тут же встрепенулся и перешёл к основной теме их разговора: — Так что окончательно решил император?

— Так и не нашёл веского повода запретить поездку принца на Хаитан. В итоге через пять дней тот отправляется на одном из малых десантных фрегатов.

— Я так и предполагал, что Януш обязательно совместит поездку с пребыванием на Хаитане Патрисии. Кстати, она уже там?

— Сегодня утром прибыли в городок. Хотя допуск вынуждены будут подтверждать повторными «проходами» на симуляторах.

— Не слишком это их задержит. Но мне не нравится большая шумиха вокруг поездки принца, — закручинился начальник дворцовой стражи. — Слишком долго он собирался, слишком много людей могло об этом узнать, и как вывод: теперь придётся удваивать охрану. Со своей стороны я даю десяток самых лучших телохранителей. Придётся и тебе удвоить своих воинов.

— Сам понимаю. Да и настаиваю. Как бы там Януш не возражал в своей безрассудности, но прикрытие мы ему мощное обеспечим. Выделяю для этого двадцать бойцов. Должно хватить. А?

— Как по мне, то я бы боевой эсминец послал с принцем. Да только такой эскорт тоже никаких гарантий не даст, только внимание привлечёт. А вот сквоки меня волнуют. Там ведь до них совсем рядом.

— Да не совсем, и не рядом, — прорывающимся раздражением Серджио дал понять, что и ему подобная угроза доставляла опасения. — Да и чего этим горбатым может понадобиться на Хаитане? Они никогда к подземным джунглям интереса не испытывали, а пограничный сектор боевые станции в эти дни будут прикрывать с особым тщанием. Я распорядился.

— Ну если так, то давая тогда наших людей сведём на эти пять дней вместе и пусть отрабатывают совместные действия в самых различных ситуациях. Кстати, у тебя ведь в подвалах есть парочка действующих симуляторов с последними программами?

— В дивизионе есть всё! — гордо отчеканил главный куратор имперской безопасности. — Даже в удвоенных количествах, а конкретно шесть штук. Вдобавок, за последние месяцы, используя тот самый «проход» наших космодесантников первого курса, программу ещё больше усложнили. Потому как не пристало моим ястребам, появившись на Хаитане парочку недель просиживать на учебном полигоне в получении допуска. Их тогда любой салага уважать перестанет. А уж такой шустрик, как Парадорский — и подавно.

— Это хорошо, что ты такой предусмотрительный, — похвалил ветеран самого лучшего воина современности. — А вот моих бойцов поднатаскивать придётся.

— Поднатаскаем. Мы по большому счёту, из любой балерины достойного воина можем слепить.

Винселио Грок только хмыкнул и указал рукой вниз:

— И всё равно, лучше твоих акробатов, никто в цирке не выступит.

Вторая боевая практика, началась чуть ли не с драки между молодыми космодесантниками. Настолько все желали получить допуск на охрану периметра самыми первыми. Ажиотажу и заинтересованности способствовали многочисленные пари, заключённые как между одинокими спорщиками, так и группами. Не последнюю роль в поднятии интереса сказало и наличие на первом курсе медалистов, которые все поголовно получили первые сержантские звания и повышенное денежное довольствие. Не слишком, конечно, повышенное, но важна сама суть подобных поощрений. В среде шестнадцати и восемнадцати летних людей, особенно желающих выделиться, стремление к росту во всём вполне уместно.

Пришлось применять власть и Тантоитану в подотчётном отделении, потому что первые из выделенных часов возжелали для себя все. Особенно девушки. Магдалена так вообще восклицала, с апломбом апеллируя в сторону Клеопатры:

— Лучше всего пусть парни и свои первые часы нам отдадут. Так и скажи своему Тантоитану. Он ведь такой добрый, такой добрый! И молчит — в знак согласия.

Причём действие происходило ранним утром, в одном из классов, в присутствии всего личного состава, что естественно дисциплину могло подорвать значительно. Но и ругаться Парадорскому с ними ох как не хотелось. Хорошо, хоть Гарольд рыкнул на расшумевшихся красавиц в своей излюбленной манере:

— Молчать! Раздеваться и строиться! — когда все притихли на момент, поглядывая на друга, выдал: — Некоторые считают, что у них доброе сердце, но на самом деле у них слабые нервы. Как следствие: один раз попустил, второй не настоял, и вот уже все подчинённые сели на голову и помахивают ножками. Танти, ты этого желаешь или поступишь по справедливости?

— Действительно, командир, — возмутился Граци. — Чем мы хуже женщин? Дискриминация получается!

После его слов спор разгорелся с новой силой. Причём теперь уже и Клеопатра настойчиво призывала своего любимого и словами и сердитыми взглядами к скорейшему решению вопроса в положительном для неё свете. Она, похоже, и сама надеялась в этот раз стать первой из первокурсников.

Тантоитан дождался, пока все выпустят пар, демонстративно посмотрел на часы и поднял ладонь кверху, призывая к тишине:

— Вы меня разочаровали. На мизерный, ничего не стоящий вопрос, потратили более чем полчаса времени. А всё почему? Понадеялся на вашу сознательность. Но как вижу, преждевременно. Хотя лучший и самый справедливый выход из положения сразу бы нашёл и ребёнок. К слову: уже через пять минут первая пара должна мчаться на полигон. Значит…

— Значит, мы уже пошли, — безапелляционно заявила Магдалена, цепляя Клеопатру за локоток.

— Младший сержант Шерех! — тихо, но довольно внушительно произнёс молодой командир. — В полученный за пререкания наряд отправитесь только после моего приказа!

— А что она такого сказала? — сразу попытался вступиться за свою богиню Роман.

— И пойдёте на камбуз скорей всего в паре с младшим сержантом Бровером! Раньше я и в самом деле склонялся разыграть первые часы между девушками, но за подобное поведение — никаких поблажек. Разыгрываем в жребий. Здесь десять кружков с номерами. Подходите в любом порядке и вытягивайте один жетон. Начали!