Поначалу никто не придал этому значения. Да и нелепое имя артиста – Паскуаль, редчайшее среди гаибсов, сразу причисляло его к разряду «не от мира сего». Ну подумаешь, соревновался! Подумаешь, удивился силе Метаксы! И что такого, пусть себе прогуливаются по глухим коридорам заброшенной базы и о чем-то все время спорят. Но когда чемпионка вдруг стала невпопад отвечать на вопросы технического персонала и других пленников и ходить с затуманенными глазами, все не на шутку переполошились. Начали приглядываться внимательнее, услышали, как недавняя смертница неестественно весело хихикает над какими-то шутками Паскуаля… Последней каплей стало ее отсутствие на ужине два дня подряд. «Удивительная парочка», или «новые друзья», или «коллеги по творчеству» – определения давались самые разные – преспокойно ужинали в каюте у странного гаибса.

Теперь уже возмутились все поголовно. Сам Борис Кац-ки имел продолжительную беседу с ангажированным артистом, который перешел все рамки приличия и вызвал такой всплеск возмущения среди общественности астероида. Но суть беседы осталась тайной, а на следующий день Паскуаль опять с самого утра стремился общаться лишь с Метаксой.

Наибольшую лояльность к их отношениям проявило всего несколько человек: главный режиссер Дейк Мердок, Николай Матеус и Гилана Баракси, а также, к всеобщему удивлению, Рут Галичано и бывший граф Цейлеранской империи Гайс. Причем последний изо всех сил еще и пытался заткнуть рты своим старым приспешникам и помощникам завидной дисциплиной. Как нетрудно было догадаться, Гайс использовал отношения своей сокамерницы с гаибсом-артистом в определенных целях. Николай и Гилана еще не знали, что именно он пытается выведать, но вполне это понимали и ждали только момента, чтобы объясниться. Вернее, найти и себе выгоду от этой ситуации.

А вот нейтралитет Рута Галичано решал чуть ли не все. В отношении с Паскуалем он вел себя так корректно и вежливо, что даже все остальные артисты прекратили нападки на своего коллегу. По крайней мере, в глаза над ним никто не потешался и не издевался. Зато за глаза, не стесняясь даже присутствующих пленников, говорили такое, что дискредитировало всех киношников без разбора. Однако в данный момент Матеуса совершенно не интересовали скандальные отношения в киношной богеме, а вот поговорить с бывшей чемпионкой хотелось.

Поэтому в ближайший же перерыв Николай намеренно оказался с ней рядом, и, похоже, беседа состоялась по взаимному желанию. К счастью, щетинистый Паскуаль где-то задерживался на съемках. Они присели среди нагромождения ящиков, попивая прохладительные напитки из пластиковых бутылочек.

Первым начал Матеус:

– Как тебе нынешняя сцена?

– Они тут все одинаковые: глупые, злобные и похабные.

– Видимо, автор сценария сам кровожадный маньяк.

– Точно! – оживилась Метакса. – Его Паскуаль лично знает, и рассказывал, что это знаменитейший писатель и сценарист всяких жутких и кровавых триллеров. Так что «Полдня до расплаты» как раз в его стиле.

– А он тоже осуждает сюжет фильма?

– Кто? – не поняла бывшая чемпионка. – Автор сценария?

– Да нет, – мотнул головой Николай. – Этот твой… друг, Паскуаль.

Женщина довольно улыбнулась правильно подобранной формулировке и призналась:

– Ты знаешь, похоже, что и вправду друг. С ним так спокойно и интересно. Слышал бы ты, какие потрясные истории он рассказывает! И про этого сценариста много знает. А про сюжет фильма говорит с полным омерзением.

– Видимо, он не дурак, – кивнул Матеус, но собеседница горячо перебила его:

– Да он просто уникальный, умнейший человек! Я дико удивляюсь, как он затесался со своим талантом в эту свору дешевых актеров.

– Ну почему же, здесь самые лучшие актеры республики Звездных Гаибсов, – вполне справедливо напомнил Матеус – Да и сам Паскуаль, говорят, играл великие и невероятно известные роли.

– Не знаю, – фыркнула Метакса, – что там играли остальные, но Паскуаль – действительно неординарная личность. Он, между прочим, и сам удивляется, как это его ангажировали. Догадывается, что просто не успели договориться с другими артистами его уровня. Или не смогли…

– А что он еще интересного рассказывал? – спросил Николай и, наткнувшись на укоризненный взгляд из-под густых бровей, добавил поспешно: – Не подумай, что выпытываю…

– А разве нет?

– Ну ладно… Может, тогда Гайс просил что-то передать для меня?

– Вы что, заключили союз?

– Да нет. Скорей дружно опасаемся и хотим прояснить ситуацию.

– Нет, пока ничего не передавал. Кстати, – Метакса нервно провела пятерной по своим коротко стриженным волосам, – ты ведь в последние дни все время был на работах у Мензари?

– Да… припахал он нас.

– А о моем «деле» ничего нового не слышно?

– Пока ничего, – пожал плечами Матеус – Но было бы странно быстро получить обнадеживающие результаты. Такого монстра, как этот Гарвард Никузи, не так легко сбросить с пьедестала. Даже при наличии компромата следователю придется ох как осторожно к нему подбираться. Сама ведь говорила, насколько тот опасен.

– Да уж. – Плечи огромной женщины содрогнулись в непроизвольном ознобе. – Невероятно опасен и мстителен… Ну раз не выходят на связь, значит, копают со всем тщанием. Лишь бы не сорвался…

– Да куда он денется! – возмутился Матеус – Имперская прокуратура все раскопает!

– Нуда! Ты о себе вспомни: много тебе твоя прокуратура помогла? А ведь считаешь себя невиновным!

Бывший лейтенант сразу сник и горестно вздохнул:

– К сожалению, бывают и перегибы…

– Ха! – воскликнула с возмущением Метакса. – Это не перегибы, когда таких верных служак казнят зазря. Скорей, это гнилая и коррумпированная система власти и судов. Ладно, не зыркай на меня так, все равно крыть нечем. Я тебе лучше вот что расскажу, на досуге припомнила. Видела я случайно у Никузи один счет оплаты текущих расходов по нескольким поместьям. И все они в центре Галактики. Уж я знаю этого волчару: обязательно соорудит себе запасное логово, да не одно. Так что если сбежит, то может там осесть под видом пенсионера. Он такой, перевертыш редкостный…

– И адреса помнишь?

– Один так и не вспомнила, – скривилась от досады Метакса. – Я ведь в разведке не училась и в шпионы не гожусь, но три других адреса словно перед глазами стоят. Слушай внимательно.

Второй раз ей повторять не пришлось, Матеус утвердительно кивнул после одного перечисления. В душе он был уверен, что эти данные не пригодятся: каким бы ни был Гарвард Никузи ловкачом и перестраховщиком, от жестких щупалец имперской прокуратуры ему не уйти. А с теми интересными данными, что следователи получили через крабер Мензари, – и подавно.

Пока же Матеус вознамерился более подробно выспросить об отношениях между Метаксой и Паскуалем и лихорадочно придумывал для этого подходящие и деликатные вопросы. Однако разговор пришлось прервать: актеров вновь потребовали на съемочную площадку. А в следующем перерыве их буквально разнял выскочивший откуда-то Паскуаль. Он требовательно схватил чемпионку по борьбе за руку и потащил за собой:

– Метакса, я там для нас небольшой второй завтрак устроил…

Но та осталась на месте, словно скала:

– Постой. Дай я вас хоть познакомлю. Паскуаль – Николай Матеус.

Гаибс живо обернулся и энергично потряс протянутую руку:

– Рад с вами познакомиться. Слышал о вас много хорошего. Хотелось бы с вами поговорить. Давайте сегодня вечером после ужина? Если будет время, конечно. Сегодня режиссер и его помощники прямо взбесились: гонят все сцены как на пожар. В смету перестали вписываться или что… Значит, договорились?

– Хорошо… – с некоторым недоумением согласился Николай. Его весьма удивило, что эта женщина о нем рассказывала хорошее, да еще и много. А в следующее мгновение он уже смотрел вслед стремительно уходящей парочке странных друзей. Что же привлекательного нашел в этой горе мускулов весьма неглупый и преуспевающий артист гаибсовской киноиндустрии?