Со стороны мы смотрелись просто потешно: меняющиеся одеждой и с самыми серьёзными физиономиями задающие нужные вопросы. При чём голосом громким и разделяя каждое слово. При этом я ещё часто прикладывался руками к лицу пленника, дабы Булька изобразил полное сходство. В один их таких моментов Ульрих оглянулся и зафыркал от смеха.

– Весёлое настроение перед боевой операцией только приветствуется! – отреагировал Роберт не оборачиваясь.

– Да вы просто смотритесь как древние шаманы при каком-то таинстве! – пояснил Ульрих с улыбкой. Затем спросил: – Делаем «восьмёрку»?

По показаниям пилота они всегда делали своеобразный манёвр, напоминающий восьмёрку, в городских транспортных потоках. Как бы сбивая со следа возможных наблюдателей. Хотя совершались подобные действия скорей по традиции и никто никогда особо по сторонам не оглядывался. Слишком уж уверовали моусовцы в свою безнаказанность на чужой территории.

Но из-за того, что мы и так слишком задержались на складе, наши дополнительные кульбиты в воздухе, только отсрочивали время прибытия в особняк. Что могло вызвать ненужные подозрения со стороны охранников и лишние вопросы в нашу сторону. Поэтому Ульриху последовала команда:

– Прямо в особняк!

Молчавший до сих пор эфир нашей общей связи заполнился голосом Алоиса:

– Только что наблюдатель возле особняка сообщил, что с территории объекта вновь выехало три автобуса. Предположительно с личным составом…

– Ага! – обрадовался Роберт. – Значит, они позавтракали и подались тренироваться на полосу препятствий! Только вот далеко ли она?

– Неважно! – мне тоже подобный расклад нравился. – Даже если уехали только водители – уже хорошо: тремя противниками меньше….

– Через пару минут поступит запрос пароля из особняка, – предупредил Ульрих. – Подлетаем….

Уже меняющимся голосом, который Булька пытался подстроить под пленника, я задал последние вопросы:

– Кто на вашей базе командует?

– Комендант Шилони….

– Он покидает особняк?

– Никогда….

– Где он может в данный момент находиться?

– Везде….

– В чём он чаще всего одет?

– В форме армейского майора…..

– Какой рост коменданта Шилони?

– Метр семьдесят….

– Комендант толстый?

– Нет….

– Худой?

– Нет….

– Какой у него цвет волос на голове?

– Не знаю….

– Он лысый?

– Да….

– Сколько лет коменданту?

– Пятьдесят четыре….

– Отлично! – в момент, привязав пленника к переборке и заклеив ему рот, я поспешил занять место второго пилота. Как раз с той стороны, которая выходила на охранников. Надевая на себя кепку пленного, я скривился: маловата! Но тут же разорвал затылочный стежок и таки нахлобучил на голову. Главное в окно выглянуть с уверенностью.

Переговорное устройство на панели запищало, и я его включил:

– «Сахарный» прибывает на базу через две минуты!

– Какой груз на борту? – довольно равнодушно и буднично потребовали с меня пароль.

– Две с половиной тысячи и в конце три пятёрки! – тем же тоном отвечал и я.

– Падайте! Я уже держу пальчик на воротах лифта! – после этого невидимый собеседник хихикнул и добавил: – Везёте что-то вкусненькое?

Что мне приходилось отвечать? Я ведь даже имени спрашивающего не знал! Всего выспросить мы не могли просто физически! Вот на таких-то глупых вопросах чаще всего и попадаются!

Потому я постарался ответить как можно нейтральнее:

– Как всегда! С голоду не помрёшь!

Видимо мой ответ понравился: раздалось новое хихиканье и рация отключилась. А я прокомментировал про себя:

«С голоду он точно не помрёт! Скорей – от моего кулака! Булька! Мы идём без бронежилетов, если можешь, подстрахуй мою грудь!»

«Устрою по высшему разряду! Не беспокойся!» – тут же отозвался риптон. А я включил внутреннюю связь и сделал объявление для всех:

– Никого не жалеть! Бить сразу насмерть! Не хватало нам за спиной оставить потенциальную опасность. Единственный, кого можно брать в плен – комендант Шилони. Пятьдесят четыре года, рост сто семьдесят, средней комплекции, лысый. Чаще всего одет в форму армейского майора. Но если он окажет ощутимое сопротивление – не церемоньтесь! Ваши жизни гораздо дороже! Главное – найти и освободить графа Шалонера. Всё: дальше действуем по обстановке! Удачи, ребята!

Я и сам сильно вздохнул и сосредоточил всё внимание на приближающемся особняке. Сверху он смотрелся внушительной буквой «П». Во внутреннем дворе всё закрывали огромные деревья, но среди них всё-таки просматривалось блюдце струящегося фонтана. Сам особняк являлся трёхэтажным зданием, окна которого, обрамленные гранитом, чередовались с аккуратной последовательностью фиолетовых и малиновых участков стены. Островерха крыша контрастировала ярко-жёлтой черепицей, которая смотрелась как натуральная. Но подобные изделия уже давно производились из сверхпрочного пластика и покрытия из них не требовали ремонта столетиями.

То есть внешне особняк смотрелся роскошно и почти великолепно. Общее впечатление портил лишь чрезмерно высокий забор с колючей проволокой, да тотальное покрытие асфальтом остального, наружного двора. Видимо транспортом здесь пользовались очень часто.

В обоих торцах здания находились ворота четырёхметровой высоты. Мы знали, что в постоянном пользовании были только левые, потому без лишних маневрирований опустились прямо перед ними. Ворота тут же дрогнули и поползли вверх и вовнутрь, а нашему взгляду открылся довольно просторный гараж. При желании в него можно было уместить и два таких флайера, как наш. Мы вкатились в середину, и ворота тут же стали закрываться. Прямо напротив кабин в стене гаража находилось большое окно, сквозь которое просматривалось длинное помещение, похожее на коридор. Скорей всего оно пронзало всё крыло здания и служило для вахтенных и дневальных служб. За окном маячило несколько фигур всё в той же армейской форме, но внутриказарменного образца. Два человека нам помахало руками с довольными улыбками на лица, остальные даже не отреагировали на наше прибытие. Но когда я помахал в ответ, один из встречающих неожиданно нажал кнопку на столе, и стекло поплыло вниз. Пришлось и мне открыть стекло со своей стороны и вопросительно вскинуть брови. А правой рукой я быстро сбросил с колен автомат и положил туда парализатор. Если хоть что-то пойдёт не так, будем глушить врагов отсюда и прорываться внутрь здания через окно.

Но охранник, желающий со мной перекинуться фразами, наверняка считался местным острословом, так как со смехом крикнул в окно:

– Если комендант увидит твою растолстевшую харю, сразу снимет тебя с полётов за продуктами! Иначе – мы все похудеем!

Его довольный смех заглушил хохот остальных моусовцев. Я же в ответ укоризненно закивал головой и хотел уже выставить раструб парализатора в окно, как пол под нами дрогнул, и мы стали опускаться на нижний уровень. Поэтому я только раздражительным жестом махнул в сторону охранников и обиженно отвернулся. Чем вызвал новый взрыв смеха с их стороны.

Вот так: шутки шутками, а небольшие изменения во внешности пилота всё же привлекли внимание одного из охранников. Хорошо, что это стало лишь поводом для высмеивания и тренировки собственного острословия. И меня не спросили о чём-то конкретном. Но всё равно: без Бульки мы бы сюда так легко не въехали! Услышав мою последнюю мысль, риптон радостно забулькал:

«Это уж точно!»

Первый уровень подземелий, который открылся нашим взорам, являлся по сути одним огромным гаражом. Простирался он под площадью всего дома, но нам была видно только меньшая его часть. И на этом участке мы заметили два автобуса, три пассажирских флайера и один космический бот ближней разведки. При его виде мы с Робертом многозначительно переглянулись. Если на его борту полное стандартное вооружение, то с таким ботом можно штурмовать подобный особняк прямо-таки играючись. Хотя изумляла сама возможность присутствия здесь космической боевой техники. Видимо бот здесь находится ещё со времён путча. Только тогда такие монстры часто летали над столицей, участвую в уличных сражениях с обеих противоборствующих сторон.