Потом он отнимет у него все.

Синди, продолжала, подливая масла в огонь.

— Знаешь, мне иногда кажется, что Мейсон просто боится потерять контроль. Боится, что кто-то увидит его настоящего — слабого и ранимого. Поэтому и строит вокруг себя эту стену безразличия и деспотизма. Интересно, как долго его истинная пара выдержит эту игру? Или она окажется такой же марионеткой, как и все остальные в его окружении?

Он откинулся на спинку стула, продолжая автоматически поглаживать девушку по спине.

Нужно действовать осторожно. Нельзя спугнуть эту «истинную пару». Необходимо узнать о ней как можно больше, не привлекая внимания Мейсона.

И Синди в этом ему поможет. Не зря же он так долго терпел ее навязчивость.

В его голове уже созрел коварный замысел, в котором «особенная» избранница Мейсона играла ключевую роль.

Мужчина поднялся:

— Извини, детка, мне нужно сделать пару звонков. Это по работе.

С этими словами он скрылся в своём кабинете.

Синди снова осталась одна.

Утром когда Синди проснулась, Аарона уже не было.

«Если он вообще ночевал дома»- с горечью подумала она.

За окном занимался рассвет, окрашивая мир розово-лиловыми оттенками. Синди потянулась, чувствуя ноющую пустоту в груди.

Она медленно поднялась с постели и посмотрела на его сторону — смятая простыня и едва уловимый аромат его одеколона были единственным свидетельством того, что он когда-то был рядом.

Тут взгляд девушки упал на прикроватную тумбочку, где лежал небольшой коробок, перевязанный красной ленточкой.

Она протянула руку и осторожно взяла коробку. Ленточка легко поддалась, и Синди открыла крышку.

Там лежал дорогой смартфон последней версии и записка.

Сердце девушки бешено заколотилось. Неужели это попытка сгладить его вечное отсутствие?

Она развернула записку, написанную его небрежным, но знакомым почерком.

«Это тебе, детка. Думаю тебе понравится. Надеюсь ты помнишь об осторожности и не будешь делать глупости, чтоб не загреметь обратно в клинику.»

Синди почувствовала, как кровь отлила от лица. Клиника. Это слово резануло, словно осколок стекла. Она так старалась забыть о том времени, о тех днях, полных отчаяния и страха.

Нет, она не хотела обратно.

Девушка включила телефон. Экран ожил, засветившись яркими красками.

В списке контактов был вбит один единственный номер.

Синди нажала кнопку вызова и услышала знакомый, низкий голос:

— Вижу ты нашла мой подарок, но я сейчас занят, — прозвучало в трубке.

Голос Аарона был холодным и отстраненным, будто он говорил с незнакомкой, а не с женщиной, с которой делил постель.

Девушка вздрогнула, словно ее обожгло. Слезы обиды навернулись на глаза, но она старалась не показывать своей слабости.

Синди сглотнула, пытаясь справиться с волной обиды и непонимания. «Занят? Чем же он может быть занят в такую рань?» — пронеслось в ее голове.

— Прости, просто…я думала, ты рад меня слышать, — прошептала она.

— Рад, конечно рад. Но сейчас нужно думать о другом. Нам необходимо залечь на дно, пока всё не утихнет. А ты… только мешаешь, отвлекая меня своими глупостями, я сейчас за рулём.

— Аарон, где ты? — тихо спросила она. — Почему ты не был здесь, когда я проснулась?

На другом конце линии воцарилась тишина, нарушаемая лишь едва слышным фоновым шумом. Наконец, он ответил, и в его голосе послышались стальные нотки:

— Это не имеет значения, Синди. Наслаждайся подарком и помни, что я сказал. Не делай глупостей. И запомни никаких контактов с внешним миром. Ты поняла?

Синди кивнула, чувствуя себя раздавленной и униженной. Мечты о счастливом воссоединении с любимым разбились о суровую реальность. Она снова оказалась в западне, только теперь ее тюремщиком был не реабилитационный центр, а мужчина, которого она так сильно любила.

— Поняла, — прошептала Синди, хотя горло сдавил спазм.

Ей хотелось кричать, умолять его вернуться, объяснить, что ей не хватает его, что ей не выносимо одной, но что-то в его тоне говорило, что это бесполезно. Он уже принял решение.

Аарон бросил короткое «Пока» и отключился.

Синди уставилась на экран телефона, не веря своим глазам. Подарок, предостережения, приказ о заточении — все это было похоже на жестокую насмешку. Она чувствовала себя в его руках, игрушкой, которую достают, когда удобно, и прячут в коробку, когда она мешает или когда наигрались.

Она машинально сжала телефон в руке. Дорогой гаджет казался теперь клеймом, символом ее беспомощности и зависимости от Аарона.

Слезы, которые она так отчаянно пыталась сдержать, хлынули потоком, обжигая щеки. Телефон выпал из ослабевших пальцев и с глухим стуком упал на ковер. Синди уткнулась лицом в подушку, заглушая рыдания.

Она знала, что Аарон не ангел, но не представляла, что он способен на такое хладнокровие по отношению к ней.

Любит ли он ее вообще?

Девушка вытерла слёзы и подошла к окну.

Небо затянули тучи и нежные оттенки рассвета сменились холодным, безжизненным серым. Этот пейзаж как нельзя лучше отражал ее душевное состояние.

Она чувствовала себя потерянной и одинокой, как никогда прежде. В одно мгновение мир, который она так отчаянно пыталась построить, рухнул, оставив после себя лишь руины надежд и разбитых иллюзий.

Аарон вернулся лишь поздно вечером.

Синди услышала звук открывающейся двери и замерла, не зная, как себя вести. Ей хотелось наброситься на него с вопросами, выплеснуть всю боль и обиду, но страх сковал. Она боялась услышать правду, боялась, что его ответ разрушит окончательно все, что еще оставалось от их отношений.

Мужчина вошел в комнату, держа в руках бутылку дорогого шампанского.

Его волосы были растрепаны, а галстук ослаблен.

Синди автоматически считала его эмоции.

Он был расслаблен и даже доволен.

Он окинул ее взглядом, задержавшись на ее лице, и натянуто улыбнулся.

— Скучала? — спросил он, скорее констатируя факт, чем интересуясь ее состоянием.

Синди промолчала, не зная, как реагировать на его показное безразличие.

Аарон поставил бутылку на стол и достал два бокала. Он открыл шампанское, и комната наполнилась легким шипением. Налил вино в бокалы, один из которых протянул Синди.

— Сегодня у нас особый вечер.

Синди взяла бокал, ее пальцы слегка дрожали. Девушка смотрела на бокал, словно это был яд.

Она подняла глаза на Аарона, пытаясь прочитать в его лице хоть что-то, но видела лишь маску самодовольства.

— Особый вечер? Что ты имеешь в виду? — тихо спросила она, нарушив молчание. Голос ее дрожал, выдавая внутреннее напряжение.

— Разве не очевидно? — Аарон усмехнулся, отпивая шампанское. — Я хочу отпраздновать.

— Отпраздновать что? Моё одиночество? — Синди не выдержала, в ее голосе прозвучала горечь.

Мужчина поставил бокал на стол и подошел к ней. Он нежно коснулся ее щеки, но в его глазах не было тепла.

— Не говори глупостей, Синди. Мы всегда будем вместе. Просто сегодня… сегодня я стал успешнее. И хочу разделить это с тобой.

— За что пьем? — наконец спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Аарон усмехнулся.

— За хороший день, я стал ещё на шаг ближе к своей цели, — ответил он, отпил большой глоток и прикрыл глаза от удовольствия.

Синди почувствовала, как внутри все закипает. Как он может так спокойно пить шампанское, когда она умирает от неизвестности?

Она поставила бокал на стол, не притронувшись к нему.

— Аарон, я хочу знать, — сказала она, глядя ему прямо в глаза.

— Что ты хочешь знать? — Он нарочито удивился, оттягивая неизбежный момент.

— Все, — ответила Синди, — хочу знать, где ты был, почему ты такой довольный, и почему ты не смотришь мне в глаза.

Тишина повисла в воздухе, густая и напряженная, как натянутая струна, готовая оборваться в любой момент.